Станционный правитель - Сергей Плотников

Когда-нибудь пробовали внедрять на международном уровне ответственный проект, в котором задействованы представители нескольких рас и культур, а правовая база для него толком не отработана? И никто в принципе такого раньше никогда не делал, так что опереться на чужой опыт нельзя?

Плюс проект такого рода, что потенциально способен угрожать здоровью разумных существ, а сертификационных стандартов для этой области нет и в помине. Так что вам приходится одновременно с продвижением своей задумки всячески доказывать разнообразным проверяющим инстанциям, что все это безопасно, а вы сами — безобидная няшка… то есть заслуживающий всяческого доверия специалист, который полностью продумал и производственный процесс, и результат. Комиссии же, естественно, этому не верят, потому что они таких безобидных няшек навидались во всех видах… в том числе и в гробу, куда те периодически укладываются сами и укладывают окружающих.

А теперь умножьте все это на два: таких проектов у вас две штуки, и никто вам не собирается давать послабления ни по одному из них.

И главное, ругать некого: сам напросился.

Итак, у меня сейчас этих сложных проекта два: во-первых, отладка производства оранжевой слизи зогг в промышленных масштабах. Во-вторых, кулинарный конкурс.

В первом случае технических загвоздок вроде бы нет: по отдельности каждая раса, которую я задумал припрячь, владеет своим куском технологического процесса. Три-четырнадцать могут поставлять олиерит и производить из него колбы, станционные фабрикаторы могут сбрасывать их в атмосферу газового гиганта, платформа преи будет их облучать, дроны тораи — доставать, а лаборатории талесианок возьмутся работать с тем, что получится в итоге. Однако же, когда я начинаю собирать эти компоненты вместе, проблемы множатся, как на дрожжах.

Для начала со мной связывается наш доктор Сонг и напоминает, что использование зогг в качестве антидепрессанта, релаксанта или рекреационного наркотика не одобрено и не сертифицировано содружеством.

— Хорошо, — говорю я, — как его сертифицировать?

— Я могу помочь оформить документы, — отвечает доктор, — но это будет ад. Вы задохнетесь в проверочных комиссиях.

— Будем считать, что я мазохист, — отвечаю я. — Начинайте процесс.

Затем главный инженер Томирл, который отвечает за размещение плазменной платформы преи, предупреждает, что у зайцев несовместимый формат источников питания, и нужно срочно клепать переходники. Между тем та же Сонг, чтоб ей счастливо жилось, докладывает, что в ее медслужбу стали чаще обращаться преи — и у всех нервы шалят.

Когда я пытаюсь разобраться в проблеме, оказывается, что у зайчишек, живущих в модуле, несварение и понос от мысли, что теперь с ними будут соседствовать их же вояки. Полный удивления, спрашиваю Самохана — неужели население так боится собственного флота?

(Про себя, впрочем, думаю, что для некоторых имперских сеттингов это наоборот характерно.)

— Нет, что вы, капитан, — отвечает Самохан, — наше население обожает и уважает защитников отечества! — слова его звучат довольно убедительно. — Просто всем кажется, что если на станции появился военный контингент, значит, на нас планируют напасть. Мы пробовали объяснять людям, с чем это связано, но… — Самохан разводит лапками, его ушки обвисают. — Не очень-то нам верят. К сожалению, теперь наши жители считают, что мы их попросту успокаиваем в сложное время.

— Нам стоит ожидать массового бегства преи из вашего модуля и снижения числа арендаторов? — спрашиваю я с неприятным чувством.

— Нет, — отвечает Самохан, — большинство из них не может просто так взять и уехать. У них подписаны рабочие контракты, мало кому по силам выплатить неустойку. А те, кому по силам, обычно из числа ценных специалистов, которые кровно заинтересованы в наших урожаях… нет, капитан, просто так они не сбегут. Однако им очень тревожно!

— Гм, — говорю я, — а если я выступлю в вашем модуле, объясню, в чем причина размещения платформы на станции? Это поможет?

Предлагаю просто из вежливости — если уж они собственной администрации не поверили, то с какой стати им верить мне? Но Самохан тут же с энтузиазмом соглашается:

— Это будет очень кстати! У вас, капитан, репутация человека, который слов на ветер не бросает!

Так и приходится мне сочинять выступление для заек. Пустяки, конечно, но игра ведется в реальном времени, так что два часа из моего дня — долой. А этих часов и так категорически не хватает, потому что на станцию начинают сыпаться проверка за проверкой.