Станционный правитель - Сергей Плотников

— Ну-ну, — говорит она. — Называйте вещи своими именами: вы наконец-то хотите отдать свою жалкую станцию под контроль великой Ауранской империи! И я, пожалуй, даже возьму вас под свою длань.

— Напоминаю, что станция в некотором смысле уже находится под контролем Ауранской империи, — ровным голосом сообщает Бриа. — По крайней мере, согласно договору вы имеете право на выплату доли дивидендов, пропорциональной вложенным средствам, как и другие спонсорские расы. Ведь Ауранская империя также участвовала в постройке Узла.

— Да, адмирал, в ваших же интересах способствовать дальнейшему развитию вашего актива! — на радостях от неожиданной помощи я даже формулирую аргумент самым что ни на есть бизнес языком. — Это пойдет на пользу всему Межзвездному содружеству!

Кошусь на Бриа с удивлением: она сейчас не непись, настоящая, это точно. Вот только адмирал Виоланна, скорее всего, сгенерирована нейросетью: уж больно картинно играет! Зачем нужен живой человек для переговоров с порождением искусственного интеллекта?

Или это какая-то особо важная часть игры, развилка, вот «Бриа» и решила ее проконтролировать?

Или за адмирала Виоланну все-таки тоже говорит актер? Просто от души наслаждается ролью злодея и старается быть как можно мерзее? Слышал я, некоторым такое нравится.

— Хм, — зайчишка барабанит пальцами по столу, тянет паузу, но видно, что аргумент ей не нравится. Мы с Бриа ненавязчиво напомнили ей, что за станцией Узел стоят несколько разумных рас, и что связываться с некоторыми из них себе дороже.

Боевой флот преи самый разрекламированный — их же усилиями. На деле флоты пяти основных рас вряд ли уступают друг другу… Ладно, семи рас, если считать 3,14 и джаштаншей, которые в строительстве Узла не участвовали — первые по причине скупости, вторые по причине общего пофигизма… по крайней мере, к этому сводилась официальная версия, если пересказать ее нормальными словами, а не дипломатичными.

В общем, если бы адмирал Виоланна распоясалась, ее было бы кому призвать к ответу. И она, разумеется, понимает это, однако не была бы преи, если бы не пыталась блефовать — без всякой необходимости, замечу! В конце концов, условия сотрудничества мы ей предлагаем абсолютно честные. Но бывают такие… гм, существа, которым без попытки продавить все равно кого — соперника ли, союзника, потенциального партнера — жизнь не мила. Некоторые даже считают это достоинством.

— Ладно, — говорит Виоланна. — Так уж и быть, выслушаю вас. Чего вы конкретно от меня хотите?

К этому объяснению я хорошенько подготовился, причем обсудил его не только с Нор-Е, но и с Томирлом. Лучше поздно, чем слишком поздно, как говорится. Поэтому довольно уверенно отвечаю ей:

— Для того чтобы добиться нужного эффекта, на заброшенные в атмосферу капсулы нужно воздействовать электрическими зарядами. Для этого в условиях атмосферы газового гиганта достаточно создать первичную ионизацию любым доступным способом — а дальше начнется цепная электрическая реакция, и в наши капсулы попадет достаточно молний. Мы решили, что наиболее экономичный и безопасный метод — плазменная пушка…

Далее я описал, как мы собираемся вылавливать эти капсулы с помощью малых дронов тораи, которые отлично приспособлены для того, чтобы выдерживать огромные давления в толще газового гиганта: тораи строят эти дроны для работы в глубоководных впадинах собственного мира. Там давление поменьше, но кальмары клепают свою технику с большим запасом прочности.

— Гм, — бормочет адмирал Виоланна. — Гм. Значит, в этом проекте участвуют представители тораи, три-четырнадцать, мы и…

— И Дочери Талес, — сообщает Бриа. — У нас есть опыт работы с высокоактивными биовеществами. Мы уже нашли лабораторию, которая согласна открыть филиал на станции Узел и заняться вскрытием капсул и культивацией оранжевой слизи.

Это не то чтобы неправда, просто некоторое забегание вперед: мы на самом деле нашли такую лабораторию. Даже три. Но везде нас вежливо подняли на смех и предложили приходить позже, когда мы добудем для них хотя бы одну партию полученных в неволе яиц зогг первого поколения — то есть размноженных половым путем.

— Ну допустим… — неохотно говорит Виоланна. Затем в ее глазах появляется хитрый огонек. — А сколько вы мне заплатите? Я имею в виду, сколько вы заплатите флоту великой и могучей Ауранской империи за участие в вашей… авантюре?

— Вы можете претендовать на пятипроцентную долю от прибыли минус возмещение расходов за содержание плазменного орудия, — предлагает Бриа.

— Плюс сами эти расходы, — тут же поправляет Виоланна.

Мы с Бриа переглядываемся.

— Хорошо, — как бы неохотно говорю я. — Но количество обслуживающего платформу персонала утверждаю я как капитан станции Узел.

Мы заранее обсудили, что надо дать Виоланне возможность поторговаться.

— Ну нет, — зайчишка складывает руки на груди. — Я имею в виду, сколько вы мне заплатите сверх обычной доли участника… чтобы наше могучее плазменное орудие не разнесло вам всю станцию!

И ухмыляется еще мерзее, чем обычно.

Честно стараюсь скопировать ее ухмылку, но, разумеется, не тяну. Тут нужен особый талант, которым меня природа обделила.

— Знаете, — говорю я, — даже представители могучей Ауранской империи должны понимать, что уничтожать станцию, на которой находишься — это даже… менее ортодоксально, чем рубить сук, на котором сидишь!

Мысленно глажу себе по голове за формулировку «менее ортодоксально» вместо «идиотски». А ведь чесался язык, чесался.

Кажется, для Виоланны этот довод становится новым и свежим. Она заметно теряется, но быстро находит под лапами привычную почву:

— Однако мой контингент и сам по себе способен на многое! — хвастливая нотка в ее голосе отчетливо говорит о неуверенности, это я уже знаю. — А ваша хваленая служба безопасности с кучкой расстроенных шахтеров не смогла справиться. Так что заплатите, не расклеитесь.

Скрещиваю руки на груди.

— А как мы справились с этими самыми расстроенными шахтерами? — спрашиваю я сладким голосом. — Мы наняли новых санитаров. И вы знаете, из числа кого их наняли?

Как я предполагал, история с якобы санитарами-мафиози разнеслась довольно широко. Даже удивительно, что зловредный игровой искин не снял с меня очки репутации за нее. Впрочем, и не набавил — а меня ведь, должно быть, молчаливо за нее уважают..

Реакция Виоланны это подтверждает. Она сникает еще сильнее.

Эх, ладно, раздражает она меня, но вообще-то вести переговоры с ней одно удовольствие — дави пока не продавишь! И проигрывает она мне всегда. Даже удивительно, что с упорством, достойным лучшего применения, снова и снова пытается со мной сладить. Непись, что с нее возьмешь.

— Ладно, — говорит она. — Пять процентов, плюс содержание моего контингента, плюс численность одобряешь ты… Но я требую право посещения для представителя Империи и дипломатическую неприкосновенность для него!