Плацебо - Ирина Фингерова

улыбки, но тут же пугалась саму себя и сбегала. Нынешней ночью Король пришел к Королеве за советом. По обыкновению своему Королева достала из глазниц своих глаза, чтоб не видеть слова Короля своими глазами, вырвала изо рта язык, чтоб не прерывать слова Короля своими словами и не вплетать свой рассказ в его рассказ. Уши прочистила мягким листком лопуха, нанизанным на серебряную спицу.

Когда разум Королевы был свободен, а руки заняты – она готовила земляничное суфле, Король поведал о том, что его тревожит.

– Какой чудной язык! – не выдержал Куку.

Импер раздраженно вздохнул.

– Может, кто-нибудь другой проявит желание читать пропись? Вы вообще когда-нибудь видели не печатные буквы? Писали? Тут уйма вензелей, закорлючек, лишних палочек, углов… Я был бы благодарен, если бы меня не перебивали.

– Согласна, – вступилась за Импера Флор, – эту муть и так не разобрать, а мы еще и растягиваем удовольствие.

– Да вроде все пока понятно, – пожала плечами Луна, – давайте дальше.

– Люблю суфле, – хихикнул Фатус.

«Жители нашего прекрасного королевства, по всей видимости, лишились рассудка! Они кидаются гнилыми помидорами в окна нашего замка. Один даже залетел ко мне в покои. Помидор утратил свою форму, превратился в кровавую жижу, тоненькая шкура слезла, уползла, как крыса с тонущего корабля, и посреди всего этого мокнущего мясного буйства я увидел камешек. Они начиняют камнями помидоры! Я попробовал камешек на зуб и раскусил. Это оказалась косточка оливкового дерева. Внутри косточки росло оливковое дерево! Не померещилось ли мне это? Что происходит?» Королева вздохнула, левой рукой она продолжила взбивать земляничную массу, правой – протянула Королю ложку.

– Вальтурис сказал, что история начинается прямо здесь, когда протянул задание, – Луна прервала молчание, воцарившееся после того, как Импер интонационно поставил точку, – значит, надо искать в этой комнате какую-то подсказку?

– Или все прозаичнее и надо искать, исходя из текста, – не обнаружив понимания на лицах остальных участников, Фатус лениво развалился на стуле и снисходительно объяснил: – Там о чем больше всего говорилось? Правильно, о жрачке! А жрачкой у нас кто заведует? Пус! Я думаю, нам к этому чудовищу, – гоготнул Фатус.

– Да с чего бы, – Имперу как будто воздуха не хватило выразить возмущение, – думаешь, идея в том, чтоб ходить по всему Санаторию и приставать к сотрудникам?

– Ага, – Фатус поковырялся в носу, – еще желательно ответ найти и демонстрировать, как мы все друг друга любим, – послал Имперу воздушный поцелуй.

– Ну, логика в этом есть. Там действительно много продуктов упоминалось. Конечно, это символы. Но может они и борются с нашей любовью глубоко копать. Так и говорят: думайте буквально, так проще живется, – улыбнулась Луна.

– Дело было ночью, – начала Флор, – может, надо просто ночи дождаться… Точно! – Флор аж подпрыгнула на месте, – нам нужно в экотеплицу, в торговом центре. Это на первом этаже, там наверняка есть оливковые деревья. Там нас и будет ждать ответ!

– Неплохо! – Луна щелкнула пальцами и указательным тыкнула в подругу, – это правда неплохо звучит.

– Я все-таки за жрачку, и буду проверять эту теорию, а вы как знаете, – хмыкнул Фатус.

– И я не против перекушить, – поддакнул Куку, – шакат еще чаша череш три, можшем и туда, и туда шходить!

– Да нет, разделимся, – Фатус встал со стула и направился в сторону выхода, затем резко обернулся, – ставлю на его будущую вставную челюсть, – он показал на плетущегося за ним Куку, – что мы вас сделаем.

– Время пошло, – пошутила Луна.

Камера гаснет.

Фатус и Кукумерис заходят в столовую.

Крупный план

Квадратное, испещренное рытвинами лицо Пус. Большие голубые глаза, контрастирующие с черными слипшимися ресницами. Две русые косы, перевязанные красными ленточками.

Губы разъзжаются в разные стороны и демонстрируют ряд ровных белых зубов. Пус блаженно улыбается.

– Чё надо?

Общий план

В столовой пусто. Хромая уборщица протирает столики от разводов кетчупа.

– Я ей сегодня подножку подставила, – шепчет Пус и ржет, – теперь хромает, бедолага. Юмора не понимает, сама виновата.

– Мы к вам по делу, милейшая, – елейничает Фатус.

– О! – Пус мигом отвлекается от созерцания своих сдавленных кольцами сосисочных пальцев и переводит взгляд на Фатуса. – Надумал на свиданку позвать наконец? То-то ты вокруг меня все вился да вился, добавки просил! Ясно теперь, какую тебе добавку подавай, – Пус скромно опустила глаза и по-дурацки захихикала.

– Я тоже по делу, – робко вставил Кукумерис.

– И ты здесь! – удивилась Пус, – надо же, какой худенький, – она схватила Кукумериса за щечки и начала тискать. Обнаружив на его щеке кусочек жареного лука, перекочевавший из ее ладони, Пус поморщилась и вытерла руки о фартук.

– У тебя лук на лице, – не преминул заметить Фатус.

Пус пригласила гостей зайти на кухню.

Кукумерис пытался рассмотреть свое отражение в большой хромированной кастрюле, но вместо кусочка лука, который видимо, отвалился сам, обнаружил содержимое кастрюли.

– Шмотри, Фатус! – Кукумерис активно жестикулировал, пытаясь привлечь внимание Фатуса, – тут суфле.

– Да, это мое фирменное, – вмешалась Пус для которой тайная система знаков Кукумериса не осталась незамеченной. – Вы что, пожрать пришли?

– Что ты, золотце, – Фатус почтительно хрюкнул, – мы пришли узнать тебя получше. Финал шоу не за горами, а все наше общение с тобой свелось к двойной порции супа со вкусом лазаньи и шипучке безо льда. – К концу своей речи, Фатус натянул больничные штаны повыше и втянул живот.

– А я пожрать люблю, – Пус сыто рыгнула. – Извиняюсь, – тут же покраснела и смутилась повариха.

– А что за фирменное суфле? Выглядит потрясающе! – восхитился Фатус. – Поделитесь рецептом.

– Ах, это, – Пус махнула рукой, – пустое, немного плаценты, крови для цвета, ягод годжи – чистое здоровье.

– А мы подумали, земляничное, – сдавленно пискнул Кукумерис.

Пус разразилась хохотом, вытирая рукавом катящиеся из глаз слезы и кашляя, она наконец выдавила: – Купились, какая плацента в наших краях, я что, на мамку похожа? Ягодной смеси намешала, кипятком залила и вам, олухам, скормила!

– Чудо, а не женщина! Сюрприз! Загадка, – разливался Фатус, затем достал из кармана больничной робы помятую ромашку, – это из Храма, я сорвал специально для вас.

– Мне лет сто не дарили цветы, – Пус расползалась в улыбке и стала наматывать кончик одной из косичек себе на палец.

– Надеюсь, что когда шоу закончится, мы продолжим общение, – начал Фатус, – сейчас остался последний этап…

– Экзамен! – перебила Пус, – я слышала об этом… – перешла на шепот.

– Что вы слышали? – Фатус придвинулся еще ближе, теперь их с Пус разделяла последняя демаркационная линия: грязная посуда, несколько половников и, конечно, социальный статус.

– Что у вас будет экзамен, – повторила Пус, – я вот все свои заваливала, кроме одного по кулинарии. Я обожаю готовить, – она вышла на