Не время для героев. Том 3 - Илья Соломенный

— Клин! — командую я, видя направление атаки. — Северо-восток!

Но до того, как мы успеваем перестроиться, из снега и мглы выныривают две здоровенные тени…

— Хрраши-и-и-и! — кричит кто-то из мечников, но его крик обрывается на полуслове — хорошо защищающий от колдовства щит не приспособлен к остановке тяжёлых физических объектов.

А потому дубина одного из великанов, разнёсших целый дом, запросто проходит сквозь магический купол и сметает несчастного, превратив его в кровавый фарш…

Мои воины вскрикивают и пятятся, по щиту прилетают всё новые и новые заклинания. А два хрраша с горящими красным светом глазами, врываются в наши ряды…

Ещё один взмах — и не успевшие броситься врассыпную колдуны попадают под удар! Двое из них пролетают поперёк улицы и с хрустом врезаются в остатки каменной стены.

Раздаются редкие щелчки арбалетов…

Проклятье!

Злость на себя, на не вовремя погибшего разведчика, на Харрана и его приспешников захлёстывает меня. Я бросаюсь вперёд и восприятие, вырвавшееся из меня, волной разлетается по воздуху…

Раз — и я подныриваю под удар массивной дубины. Рывок вперёд, из ладони вырывается призрачный диск — и отсекает одному из хррашей ногу. Из неё хлещет густая, почти чёрная кровь, великан утробно рычит и падает.

В него тут же прилетает с десяток заклинаний моих колдунов, оправившихся от неожиданной атаки. Тёмная магия, буквально, раздирает хрраша на части, не давая ему напоследок даже взмахнуть дубиной — но всё это я отмечаю краем сознания, бросаясь ко второму великану.

Он бросает в меня огромный кусок стены — в два человеческих роста, а то и больше! — но я ловлю его мощным потоком воздуха. Веса в этих камнях столько, что на лбу мгновенно выступает испарина, сухожилия начинают трещать, а мышцы напрягаются так, что становится страшно — ещё немного, и они порвутся!

Но я, подстёгиваемый злостью, использую силу броска великана — не останавливаясь ни на миг, кручусь вокруг своей оси, случайно ловлю на камень несколько ледяных заклинаний противников — и с размаху швыряю кусок стены обратно в хрраша, напоследок придав ему ускорения.

Словно снаряд, выпущенный из катапульты, каменный осколок влетает в грудь гиганта, проламывает её и опрокидывает его навзничь…

— Клин! — снова реву я, отбивая рукой в перчатке удар малефика-предателя, нападающего на нас с крыши одного из зданий.

Короткий жест рукой — и крыша с грохотом проваливается, увлекая незадачливого колдуна за собой.

Вокруг меня снова собираются люди. Я окидываю их взглядом и понимаю — потери не такие страшные, как можно было ожидать. Не больше пятнадцати мечников, десяток арбалетчиков и пять малефиков остались лежать на промёрзлых камнях — но куда больше на них «кукол» и колдунов-мятежников…

— Двигаемся к центру! — отдаю я приказ, и мы быстрым шагом направляемся к магистрату.

После случившейся стычки мы не допускаем ошибок — двигаемся слаженно, уничтожаем любую опасность в зародыше. Несколько сотен «кукол» ещё пару раз бросаются в атаку, пытаясь нас остановить. Сначала на широком перекрёстке, выскочив из большого складского помещения и окрестных домов, затем — на площади, заставленной баррикадами.

Оба раза «кукол» сопровождает небольшое количество колдунов, но мы не щадим их и отбиваемся от атак без потерь.

По моим прикидкам, за время продвижения к центру Гарзула мы уничтожили около тысячи мертвецов. Если остальные отряды убили примерно столько же — нас ждёт решающий бой с целой ордой «кукол»… И помня об этом, я в очередной раз передаю свои размышления командирам подразделений.

Чем ближе мы подбираемся к центральной площади — тем сильнее с разных сторон слышится грохот магических столкновений, крики солдат и хрипы мертвецов. Благодаря координации действий с помощью перчатки, мы подходим к магистрату и окружаем его одновременно.

Зрелище, которое предстаёт перед моим взором, поражает и ужасает — на площади перед двухэтажным зданием с невысоким шпилем и звонницей, стоят «куклы». Навскидку их больше тысячи — и они совершенно неподвижны…

Мертвецы со светящимися красными глазами не обращают внимания ни на холод, ни на появляющиеся со всех сторон отряды воинов и колдунов. Они даже не думают бросаться в атаку — потому что их хозяин не даёт такого приказа.

В развевающемся на холодном ветру чёрном плаще Харран стоит перед своим мёртвым воинством в окружении двух десятков чернокнижников. Я вижу, как предводитель мятежников «удерживает» в своей руке толстый пучок энергонитей.

Стоит ему только отдать приказ — и «куклы» ринутся в атаку… Но отчего-то он медлит.

Никто из моих колдунов, никто из солдат не делает попыток ударить его заклинанием или застрелить из арбалета.

Да и кто, кроме меня, рискнёт нападать на Высшего?

— Склонись пред своим владыкой, Харран! — громко приказываю я выйдя вперёд. — Ты нарушил закон, предал правителя, уничтожил население целого города — и должен понести за это справедливое наказание!

Я мог бы атаковать его сразу. Мог бы убить без лишних разговоров — но на самом деле Харран был нужен мне живым. Захватив его и привезя в столицу, я устроил бы суд и казнил мятежника прилюдно, показав всем — и чернокнижникам, и солдатам. И простолюдинам — что закон в моём королевстве для всех един. Высший стал бы отличным примером, и его казнь произвела бы на каждый из слоёв моих подданных нужный эффект…

— Нарушил закон?! — хрипло смеётся мятежник. — Ты про ту книжонку, которую составил по образу и подобию тех, с кем прожил всю жизнь? Мы сотни лет жили по законам Ирандера! И не было бы никакой нужды их менять, если бы ты не боялся исполнить замысел владыки! Нашего настоящего владыки! Мы должны были пойти на Империю войной и захватить их земли! Должны были убить этих чистоплюев, закончить то, что они начали сотни лет назад! Мы мечтали об этом, жили этим — а ты просто струсил! Ты решил, что нам не нужна война, оставил этих собак недобитыми и предложил им мир! Проявил слабость!

Глаза Харрана полыхают гневом, а в словах слышится сталь.

— Ты недостоин трона Ялайского королевства! — выкрикивает мятежник. — И я, Харран Чёрный, вызываю тебя, Хэлгар Недостойный, на поединок!

Я подозревал, что Высший предложит мне нечто подобное. Он был малефиком старой закалки и руководствовался вековыми традициями, устоявшимися в Ялайском королевстве. Понятие личной чести среди чернокнижников были почти самым важным для них, уступая первенство лишь силе колдунов. И я полагал, что мне удастся обернуть эту закостенелость себе на пользу, устроив из схватки представление и лишний раз показав свою силу.

— Меня зовут Хэлгар Слэйт, — спокойно отвечаю я, делая несколько шагов вперёд. — И я принимаю твой вызов.

Едва я заканчиваю фразу, как с рук Харрана срывается молния. Она за доли мгновения пересекает разделяющее нас расстояние и врезается в мой щит, заставляя его гудеть.