Искаженный мир – Одержимые - Марк Геннадьевич Кузьмин

— Вот, ребята, позвольте представить вам вашу новую сестру — Флорайн Гамильтон, — с гордостью произнес папа, слегка подталкивая напуганную малышку вперед перед незнакомыми ей людьми.

— Хм, у нее твои глаза, отец, — хмыкнул высокий одноглазый дядя, что вроде выглядел молодо, но уже был седым-седым как старик. Взгляд у него был строгим, холодным, но не враждебным и даже одобрительным. — Она будет сильной.

— Очень сильной, — усмехнулся папа. — Я верю в нее.

— Вау! Какая милашка! — услышала она звонкий женский голос.

В ней подлетела какая-то красивая черноволосая девушка и тут же схватила её в медвежьи объятья, едва не раздавив девочку.

— Миленькая. Такая очаровашка, — хихикала незнакомка, тиская несчастную.

Дышать стало крайне сложно, особенно когда тебя пихают лицом в грудь.

Однако в этих действиях была такая искренность, которой сложно было сопротивляться.

— Хо, и правда милашка, — рассмеялся еще один дядя, только с более темной кожей и светлыми короткими волосами. Выглядел он дружелюбно, но в его глазах было что-то… пугающее и неприятное.

Флоре стало как-то не по себе рядом с ним. Она ухватилась посильнее за девушку и прижалась к ней.

— Эй, не тянись, ты её пугаешь, Лукас, — погладила её по голове эта дамочка.

— Да что во мне не так? — расстроился он.

— Ты сам знаешь, что… Детей уже взглядом пугаешь.

— И что мне теперь, маску носить? — закатил глаза он — Или там очки….

— Как будто это поможет. — пробурчала девушка, — Хотя, знаешь, что? Нацепи противогаз!

— Ну-ну, расслабьтесь, ребята, — произнес отец и освободил бедную Флору из цепких лап, поставив на землю. — Знакомься, Флора, это твои старшие братья и сестра — Дельверт, Лукас и Моргана. Добро пожаловать в нашу семью.

— Ум-м-м, здрасьте, — неуверенно ответила она, но все же собралась с духом и подняла голову. — Я… я… рада познакомиться!

— Ха-ха-ха! Какая смелая, — хохотал Лукас. — Такое дело нужно отпраздновать тортиком. Ты согласен, Дель?

— Не начинай, — закатил глаз Дельверт.

— А я не против тортика, — улыбалась Моргана. — Раз у нас новый член семьи, то это нужно отпраздновать.

— У вас обоих слишком свободное расписание, — покачал головой седой. — А мне опять придется урезать часы на сон…

Флорайн не знала, как ей реагировать на все это.

Еще совсем недавно она осталась совсем одна, а сейчас обрела папу и братьев с сестрой. Это было так странно и так внезапно, что она просто не верила в случившееся. Думала, что это сон и скоро проснется снова одна на холодной кровати.

— Добро пожаловать к нам, Флора, — произнес папа, присев перед ней на пол. — Послушай меня внимательно. Ты теперь часть нашей семьи. Однако я не могу дать тебе счастливое и беззаботное детства, как бы ни хотел, — он грустно вздохнул. — Наш мир жесток и чудовищен, он… не правильный, но нам в нем жить. А потому тебе придется стать сильной, очень сильной. Стальной.

— Стальной?

— Да, ты будешь много учится и много тренироваться. Я буду заниматься с тобой сколько смогу и научу всему необходимому, — кивнул он. — Твоя жизнь будет трудной и жестокой, но знай. Мы — твоя семья и мы всегда рядом. Чтобы ни случилось, мы здесь и поддержим тебя. Ведь так поступает семья.

— Я… понимаю…

— Хорошо. Я верю в тебя… Мой маленький Цветочек…

— Да, папа.

— И помни — Мы не знаем сомнений, ибо души наши из стали.

Он погладил её по голове и все её тревоги и страхи развеялись.

Ведь теперь она тоже станет Стальной…

Некоторое время она тихо лежала и предавалась воспоминаниям, не желая покидать сладкие сны о тех маленьких и милых моментах прошлого. Они, казалось, так далеки, что могли бы забыться, но Флора хранила каждое воспоминание как дорогое для себя сокровище.

Однако прибывать и дальше в сладких воспоминаниях она не могла, ведь назойливая и неприятная боль постепенно выводили её из сладких объятий сна.

— Ум-м-м-м… — застонала она ощущая что-то во всем теле.

Словно её снова сильно так поколотили на тренировке, что она скорее упала без сознания, чем уснула, а на утро все снова повторилось. Отец не шутил, говоря, что простой её жизнь не будет, но она не сразу поняла насколько.

Девушка захотела вылезти из-под одеяла и как-то пошевелиться, но тут же поняла, что ощущения вокруг какие-то странные. Спальник явно не её и запахи другие…

Она попыталась нащупать свое оружие или что-то на одежде, но быстро обнаружила что ничего нет, а на ней из одежки только бинты и белье. Сама она при этом подмерзает, а потому была вынуждена забраться поглубже в спальный мешок. Если бы не неприятная ноющая боль во всем теле, то она бы попыталась согреваться внутренним огнем, но пока решила не рисковать и не использовать свои силы. Мало ли.

— Не дергайся, — послышалось рядом. — И не притворяйся больше спящей. По тебе видно, что ты не спишь.

— М-м-м, какого? — открыла она глаза, так как голос точно узнала.

Флора обнаружила рядом с собой сидящего Макса. Он был одет только в специальный пустынный костюм без брони и смотрел на нее.

— Аккуратнее будь, не береди раны, — произнес он, — Тебе на плечо, по-хорошему, вообще надо бы шов наложить, но Барти маленько контузило… И там все не настолько плохо, чтоб допустить к медицине меня.

— Чего? Макс? Ты что тут делаешь? — недоумевала она.

— Приглядываю за тобой, чтобы ты не наделала глупостей.

— А?

Она чуть приподнялась и осмотрелась.

Находилась она сейчас в какой-то пещере. Недалеко было разожжено несколько ламп, а чуть поодаль стояла плита с котелком, за которым Бартлби и Кресзентия что-то готовили. Точнее готовил парень, а рыжая ему помогала. Увидев, что она проснулась, он лишь кивнул, а девица весело помахала рукой.

— Сильно меня приложило, — не понимала она. — Что случилось?

— Не помнишь? — сказал Максвелл. — Мы сражались, а потом…

— Потом… — нахмурилась она.

Боль в голове постепенно отступала и подкинула картины воспоминаний.

Вот они зависли в воздухе и готовы были продолжать боль, несмотря на небольшое ранение.

Затем какой-то звук и…

— Ракеты! — вспомнила она.

Ракеты устремились к ним на дикой скорости и обрушились на скалу.

Взрывы продолжались канонадой разноситься и вокруг. Огонь и грохот закрутились в безумной каше и девушку швырнуло куда-то в сторону, после чего была лишь боль, крики и омерзительный запах поджаренного мяса.

— Нет! Как это⁈ Что⁈ — начала терять она