На краю Империи - Иван Гвоздик

— Потрясающая прочность… — его слова были сбивчивы, и он стал описывать плюсы оружия, но я перебил его.

— Достоинства копья мне известны; вы сами описывали их мне несколько месяцев назад.

— Да, да, конечно. Тогда триста золотых, и оно ваше.

— Не пойдёт, — пожал я плечами. — Мы оба знаем, что это не ликвидный товар, несмотря на все его преимущества, так что сто, и забираю.

— Но… Это ведь такая работа! Тем более вы явно придумали ему применение, так что двести пятьдесят.

— Сто, парень, и не больше. Что я придумал — это моё дело. Будешь торговаться — и я просто уйду, а оно простоит тут ещё пару сотен лет, и будешь уже ты передавать его своим потомкам, говоря, что мог продать его, но упустил шанс из-за жадности. Так что?

— Сто так сто, — ничуть не расстроился парнишка. — Ради нашего плодотворного сотрудничества в будущем… — Он протянул мне копьё, и оно тут же пропало в кольце, встав возле первого. Я же извлёк из сундука мешочек с золотом, воплощая его в реальности, и протянул довольному торговцу.

— Рад иметь с вами дело, господин Тарлингтон! — радостно протянул парень, направляясь обратно за стойку. — Приходите к нам почаще.

— Взаимно; может, и загляну. Я в ваших краях ещё месяцев восемь пробуду, так что, как загляну, надеюсь, вы порадуете меня чем-нибудь интересным.

— Непременно, сделаем всё возможное.

Мы пожали руки и распрощались. Покидал я это место в приподнятом настроении. Покупкой был доволен, как кот сметаной. Сотня золотых — немалые деньги, но я уже успел оценить мощь копья в купе с моей силой; теперь же их будет два, так что сейчас я приобрёл огромное подспорье для будущего.

На улице уже вечерело; я направился к нашему месту базирования, решив пройтись пешком. Мне требовалось обсудить вопрос снабжения с Анжелой.

За четверть часа я сумел дотопать до нашего дома. Женщина стояла на улице, обсуждая что-то с Плющом, и обернулась, как только я остановился рядом.

— Пабло!

— Лейтенант

— Ладно, пойду разгребу, что там мне выдали, — Плющ хлопнул Анжелу по плечу и скрылся в доме.

— Рада, что ты выжил; на вашем участке было несладко.

— Ну как я мог там помереть и больше не увидеть такой красивой женщины? Так что можешь записывать моё выживание как своё достижение, — улыбнулся ей. Эта игра мне определённо нравилась; она возникла как-то спонтанно, но, когда видел её, ничего не мог с собой поделать. Она так забавно хмурилась, а её пышные огненные волосы невольно приковывали взгляд.

— Я же уже говорила об субординации! Что хотел-то? — недовольно проговорила она, скрестив руки на своей шикарной груди, прячущейся за стальным нагрудником.

— Прости, ничего не могу с собой поделать. Ну о делах, так о делах, — картинно вздохнул. — Что там по обеспечению? Мне требуется много капсул, очень много. Так же доспех бы поменять; этот немного поизносился.

— Вижу, что поизносился. Вот, держи, — она достала из-за пояса свёрнутый пергамент и протянула мне. — Вон то здание видишь? — подошла ближе, вытягивая руку в сторону дома, такого же, как и остальные. — Там сейчас склад обеспечения; сходи, получи всё, что тебе полагается.

— Вижу; премного благодарен.

Она стояла слишком близко, и я не удержался, приобняв её за стройную талию.

— Нет, ну это уже выходит за все рамки, — пробормотала она себе под нос. На мгновение на её губах промелькнула улыбка; ей явно нравилось подобное ухаживание, хоть она это и скрывала всеми силами.

Усмехнувшись ей на дорожку, я всё же направился к складу снабжения. Дом находился недалеко от нашего временного места проживания, и я вскоре оказался возле его обшарпанных дверей. Это был крупный трёхэтажный дом, внутри которого на скорую руку натаскали ящики, установили стол для выдачи, и, к моему удивлению, выдававшим оказался тот самый, что и в разрушенном лагере.

— Так вы всё же выжили, — поприветствовал я пожилого военного, а тот явно узнал меня. Его глаза сузились, усы-щёточки, казалось, немного встопорщились. Не понял, он что, не рад меня видеть?

— Опять вы! Уже и доспех испоганить успели! Я же только вам его выдал! — негодовал он.

— Ну… У нас там, знаете, жарковато было. Так что я за пополнением, — и протянул ему свиток, данный мне Анжелой.

Сухонький мужичок недовольно запыхтел, потянувшись с другого конца стола, выхватил пергамент, и с шумом развернул с неохотой читая содержимое. — Доспех, так, капсулы… Сколько⁈ — его недовольные глаза уставились в мою сторону. — Молодой человек, армия и так работает на истощение! Где же вы видали подобные объёмы⁈

А мне и самому стало интересно, сколько там капсул мне вписала Анжела. На старика смотреть было жалко — так он задёргал свой левый ус.

— Я не специально, — не найдя, что сказать, просто пожал плечами. Да и чего я тут оправдываться должен?

— Не специально? — вскинул он брови — Большое зелье исцеления, жезл холода, жезл огня… Да кто это вообще писал! Мне что, предлагают все запасы тут вывалить! Я точно буду жаловаться!

Я стоял и смотрел, как этот пожилой вояка, маленький и сухонький, с усами-щётками, орёт на меня, и обалдевал от сюрреалистичности происходящего. Да что за бесы работают у них тут! Чего на меня орёт какая-то поехавшая старая хрень, а я даже ничего не могу сделать⁈ Ну не убивать же мне его теперь?

Так что я молча продолжал стоять, скрестив руки на груди, и ждал завершения этой бури. Наконец старик поднялся, протопал куда-то в другую комнату и спустя пять минут вернулся обратно, поставив на стол деревянный ящик.

Внутри лежали новенький доспех с металлическими вставками, торчали артефактные жезлы, и виднелись пузырьки с зельями. Но больше всего меня удивило три пухлых мешочка с капсулами. Вот это щедрость! Видать, пока я бегал в артефакторную, лейтенанту напели о моих подвигах и сколько мне требуется энергии на них. Молодец Анжела, оценила и не поскупилась — так что ещё повоюем.

Быстро примерил новый доспех. Нагрудник, блестящий гладкой сталью, сел как влитой; чёрные кожаные штаны тоже оказались по размеру. Сапоги менять не стал — всё же мои, хоть и поношенные, но всё ещё целые, а разнашивать новые