Протокол «Вторжение» - Виктор Корд

Ядро в центре зала вспыхнуло.

Черные кольца раскрутились до свиста.

Столб света ударил вверх, пробивая толщу земли, фундамент Кремля и уходя в небо.

— [Энергия: 120 %. Щит активирован.]

Я увидел это в вирте.

Над Землей развернулась сетка. Золотая паутина, накрывшая атмосферу. Она была тонкой, но непроницаемой для варп-прыжков и тяжелой магии.

Но цена…

Моя правая рука начала чернеть. Искусственная кожа плавилась, обнажая металл. Кольцо раскалилось добела.

Я кричал, но не мог убрать руку. Я был замыкающим звеном цепи.

— Макс! — крик Инги донесся сквозь пелену боли. — Отпускай! Контейнер пуст! Он сгорел!

Я рванул руку на себя.

Меня отбросило от терминала. Я покатился по полу, дымясь.

Ядро стабилизировалось. Его свет стал ровным, голубым.

Зал наполнился гулом работающей машины.

Я лежал на спине, глядя на вращающиеся кольца.

Рука… рука была цела, но теперь она выглядела иначе. Металл стал похож на черный кристалл. Кольцо полностью растворилось в ней, став частью структуры.

— Получилось? — спросил Император. Он стоял над душой, сохраняя невозмутимость, хотя я видел капли пота на его лбу.

— Щит поднят, — прохрипел я. — Никто не сможет прыгнуть на орбиту. Им придется лететь на досветовой скорости от границы системы. Это даст нам время.

— Сколько? — спросил Доминик.

— Не знаю. Месяц? Год?

В этот момент завыла сирена.

Не в зале. Глобальная сирена гражданской обороны. Её звук пробивался даже сюда, под землю.

Катя Волонская упала на колени, схватившись за голову.

Из её носа хлынула кровь.

— Они здесь! — закричала она. — Они не прыгнули! Они уже были здесь!

Я с трудом поднялся и подошел к терминалу.

Карта орбиты.

Щит работал. Он закрыл Землю.

Но красные точки появились внутри периметра.

На темной стороне Луны.

Тысячи точек.

— Они прятались, — понял я, чувствуя, как внутри все обрывается. — Сигнал с Урала был не вызовом. Он был командой «Атака». Флот Жнецов дрейфовал в тени Луны, в режиме маскировки. Они ждали, пока мы ослабим друг друга гражданской войной.

На экране одна из точек отделилась от роя и набрала скорость.

Это был не корабль.

Это был кинетический снаряд размером с небоскреб.

— Траектория… — Инга побледнела. — Макс, они бьют не по городам.

— Куда?

— Сюда. По Кремлю.

Время остановилось.

Мы подняли щит, который защищает от варпа и магии. Но он не защищает от камня весом в миллион тонн, падающего с Луны.

— Император! — я развернулся. — Эвакуация! У нас есть Метро-2!

— Поздно бежать, — Михаил Романов смотрел на экран, где красная линия неумолимо приближалась к точке «Москва». — Сколько до удара?

— Три минуты.

Мы заперты в мышеловке.

Снаружи — Щит, который не выпускает нас.

Сверху — молот, который размажет нас.

— Есть вариант, — сказал я. Мысль была безумной, но единственной. — Мы не можем остановить снаряд. Но мы можем… переместить себя.

— Телепортация? — спросил Доминик. — Здесь? В зоне работы Узла? Нас размажет по атомам!

— Не телепортация. Фазовый сдвиг.

Я посмотрел на Ядро.

— Эта штука генерирует поле планетарного масштаба. Если я сфокусирую его внутрь… мы сдвинем Кремль и кусок Москвы в другую фазу реальности. На секунду. Снаряд пройдет сквозь нас.

— И мы застрянем в Изнанке! — крикнула Катя. — В мире Вируса!

— Или выживем. Кто за?

Император поправил мундир.

— Я всегда хотел посмотреть на другие миры. Делайте, Бельский. Я даю вам полномочия Бога.

Я снова положил руку на панель.

Черная рука. Черный камень.

Три минуты до конца света.

— [Команда: Фазовый Сдвиг. Объект: Локальная зона.]

— [Предупреждение: Риск каскадного резонанса. Вероятность выживания: 14 %.]

— Мне нравится эта цифра, — усмехнулся я.

— Инга, Клин, Рысь… держитесь за что-нибудь. Будет трясти.

Я вдавил руку в панель.

Ядро взвыло.

Свет стал ослепительно белым.

Потолок над нами исчез.

Я увидел небо. И падающую звезду, которая несла нам смерть.

А потом мир перевернулся.

Мир не исчез. Он стал прозрачным.

Я стоял в центре Зала Узла, но больше не видел стен. Я видел слои реальности, наложенные друг на друга, как страницы в закрытой книге. Сквозь призрачный бетон потолка я видел небо. И я видел Его.

«Стрела Бога» — шестиметровый стержень из сверхплотного сплава — падал на нас.

Он вошел в землю над Кремлем без звука.

Я видел, как он проходит сквозь купол Сената, сквозь перекрытия, сквозь нас.

Огромная черная игла пронзила меня насквозь. Но я не почувствовал боли. Только холод — абсолютный, космический холод, от которого замерзла душа.

Мы были в другой фазе. Мы были призраками.

Стержень прошел сквозь зал, сквозь Ядро (которое задрожало, но удержало структуру) и ушел вглубь, в мантию Земли.

— [Команда: Возврат,] — скомандовал я мысленно.

Реальность схлопнулась. Цвета вернулись. Гравитация ударила по ногам.

И тут пришел Звук.

Земля под нами вздыбилась. Ударная волна от прохождения кинетического снаряда сквозь твердь (даже если мы его пропустили, земля вокруг — нет) была чудовищной.

Пол ушел из-под ног.

Нас подбросило. Инга и Рысь полетели кубарем. Император удержался, схватившись за поручень мостика. Гвардейцы посыпались как кегли.

Стены бункера заскрипели. Безупречный белый металл Предтеч пошел рябью, но выдержал.

Где-то глубоко внизу, километрах в пяти под нами, стержень испарился, высвободив энергию.

Землетрясение.

ГУЛ.

Он шел из недр. Низкий, утробный рев планеты, которой сделали больно.

— Мы живы… — выдохнул Доминик. Он лежал на полу, прижимая к себе свой меч.

Я поднялся первым. Моя новая черная рука гудела, рассеивая остаточную энергию фазового сдвига. Кольцо, вплавленное в кисть, сияло ровным, немигающим светом. Теперь это была не магия. Это была физика, которую мы подчинили.

— Живы, — подтвердил я, глядя на показания сканера в разбитом визоре. — Эпицентр удара смещен на глубину. Кремль устоял. Москва… тряхнуло баллов на шесть, но разрушения поверхностные.

Император Михаил Романов отряхнул пыль с мундира. Он был бледен, но спокоен.

— Вы сделали невозможное, Бельский. Вы обманули смерть.

— Я просто сменил частоту, Ваше Величество. Но это была только прелюдия.

Я подошел к терминалу.

Карта орбиты.

Красные точки, которые прятались за Луной, теперь вышли на свет.

Они не стали ждать 30 дней. Видимо, уничтожение Лифта на Урале и смерть Вируса послужили триггером.

— Они здесь, — сказал я, выводя голограмму в центр зала.

Это был не Флот в понимании адмиралов Земли. Это был Рой.