Пустошь - Джен Александер

Комната просто огромная – размером с четыре тюремных камеры, в которых мы с кланом когда-то ютились. Неслыханная роскошь по меркам «Пустоши». Слева от меня на стене большая стеклянная панель, под ней – стол и мягкое кресло. В противоположном углу – душевая кабинка. На двери из матового стекла висят полотенце и сетка, к которой прикреплено что-то вроде электронного ярлыка. Я даже не замечаю, что встала с кровати. В себя я прихожу, только когда вижу прямо перед глазами текст, бегущий по тоненькому экранчику ярлыка:

Имя: Клавдия Вертью

Идентификационный номер: 001–002

Местопребывание: «Пустошь»

Процедура: стационарное лечение/конфигурация чипа

Мне следовало бы трястись от страха и гадать, что это за процедура. Но в голове вертится тот день, когда я встретила Деклана и придумала себе идентификационный номер. Больше всего на свете мне хочется рассказать Деклану, что он ошибался: идентификационные номера все-таки существуют!

Только вряд ли мне представится такой случай. Я со злостью бросаю ярлык на пол и топчу его ногой в поношенной кроссовке.

Кто-то откашливается. Я резко поворачиваюсь… Позади никого нет. Во плоти, по крайней мере. Стеклянный экран над столом начинает светиться. Из него выходит человек – вернее, голограмма – и направляется ко мне через комнату, улыбаясь во весь рот.

– Добрый вечер, мисс Вертью!

Я делаю шаг в его сторону, однако замираю на полпути между ним и душем. Он манит меня к себе.

– Пожалуйста, подойдите поближе. Я не кусаюсь.

Я подхожу на расстояние вытянутой руки, хотя прекрасно знаю, что он не может ничего мне сделать. А даже если бы мог, как бы я ему помешала? Я в западне – бежать некуда.

– Кто вы такой?

– Не узнаете?

Вообще-то узнаю. Я видела его глазами своей геймерши, когда она жаловалась на последнюю версию игры. Он сидел рядом с доктором Костой и был так же взбешен, как Оливия. Впрочем, мой гость вряд ли имеет в виду тот случай. Видимо, я знала его еще до «Пустоши», хотя ничего об этом не помню.

Я и себя-то помню с трудом. Немногие воспоминания, роившиеся в голове последние дни, настолько туманны, что я не в состоянии отделить иллюзию от действительности.

Может быть, все эти образы – просто игра воображения?

Не дождавшись ответа, незнакомец представляется:

– Томас Ланкастер.

– «Лан корп»… А я-то думала, что встречусь с вами лично. Вы что, меня боитесь?

Он издает короткий смешок – настолько зловещий, что в тело мне вонзаются тысячи острых, как бритва, когтей.

– Нет, конечно! Вы же всего лишь дитя, дорогая моя. – Лицо Ланкастера становится серьезным, и он задумчиво трет подбородок. – С удовольствием назначу вам встречу, как только прибуду на место. Ваш… э-э… сбой в программе застал меня врасплох.

Назначить встречу! Как будто мы деловые партнеры, а не демонический создатель игры и один из его персонажей.

Я улыбаюсь одним уголком рта.

– Прошу прощения. В следующий раз, когда у меня случится сбой, постараюсь согласовать это с вашим расписанием.

– О нет, мисс Вертью! Больше подобных сбоев у вас не будет.

Из меня вышибает весь воздух, как от удара в живот. Я скрещиваю руки на груди, пытаясь унять дрожь.

– Вы намерены меня удалить?

– Не говори глупостей, Клавдия. Мы ведь это уже обсуждали, помнишь? Будь умничкой и переоденься. Через час тебе принесут поесть. Очень скоро я приеду, и мы побеседуем лично.

У меня к нему столько вопросов… Когда мы это уже обсуждали? И что меня ждет? Однако прежде чем я успеваю вставить хоть слово, он поднимает руку.

– Сделай, как я сказал.

Глядя куда-то вправо, Ланкастер слегка наклоняет голову – видимо, к нему обращаются. Потом он сердито отдает какой-то приказ и снова поворачивается ко мне.

– И еще. Никаких драк с охраной. Не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал. Мы и так потратили сегодня кучу денег.

Изображение исчезает, и экран снова превращается в тонкую пластину прозрачного стекла.

– Я – труп, – вслух произношу я, стоя под сильной струей горячей воды, пока механические руки трут меня губками и ароматным мылом. Сколько же сюрпризов таит этот мир – эта высокотехнологичная стеклянная гробница, в которой я чувствую себя жалкой букашкой?

Я переодеваюсь в одежду, лежащую в сетке: мешковатое нижнее белье, футболку и накрахмаленные брюки явно не моего размера. К костюму прилагаются белые сандалии, которые натирают мои и без того натруженные ноги. Я сижу на постели и жду, пока не раздается пронзительный писк и над столом не поднимается небольшая площадка, на которой стоит поднос с едой. Когда я снимаю поднос, площадка исчезает, и деревянные панели вновь смыкаются. Я поворачиваю обратно к кровати, но тут замечаю за дверью камеры Беннета и кидаюсь к нему.

– Ланкастер уже приехал?

Беннет качает головой. На лбу у него большой кусок белого лейкопластыря. Видимо, временная мера, пока не доберется до регенератора.

– Ешь, – говорит он и уходит.

К еде я не притрагиваюсь. Томас Ланкастер превращает детей в персонажей ролевых игр. Наверняка соврал, будто не намерен меня удалять. Не хочу брать от него ничего. Возвращаюсь на постель и сворачиваюсь калачиком.

Однако когда экран снова вспыхивает и раздается женский голос, любопытство пересиливает. Я сажусь за стол и начинаю машинально набивать рот едой.

«Компания «Лан корп» – ведущий разработчик медицинских и оборонных технологий. Именно она представила на рынок церебральные чипы. Произошло это более пяти лет назад, когда компания выпустила “Войну” – первую в истории ролевую реалити-игру».

Голос у женщины успокаивающий и мелодичный – совсем как у Джиллиан – и несколько смягчает страшный видеоряд: кровь, насилие и смерть. Те же образы я видела на детской площадке рядом с баром, после того как Деклан рассказал мне об удалении.

«Сегодня «Лан корп» по-прежнему предлагает своим клиентам высококачественные персонажи, а также целый ряд игр, созданных специально для лечения различных синдромов агрессии. Среди ее продуктов – «Пустошь», ролевая игра номер один, предназначенная для пациентов с геном агрессии В».

На экране кадры из «Пустоши» чередуются с рекламными роликами. Мальчик и девочка крадутся на подземную стоянку, за окнами которой мелькают чьи-то тени. Я слабо вскрикиваю: этих самых персонажей мы освободили в тот день, когда я чуть было не помешала Оливии убить Риза.

Геймерша в белой комнате с экранами поднимает вверх большие пальцы. На футболке у нее надпись: «Выбирай клан с осторожностью».

Камера переключается на девушку с зелеными глазами, короткими светлыми волосами и рваным ухом, которая наставляет «глок» на двух людоедов. Я застываю с набитым ртом. Провожу рукой по изувеченному уху, и в желудке у меня все переворачивается.