Поле боя - Василий Головачев

– Мужикам до нее далеко.

Ираклий встретил взгляд молодой женщины и понял, что Калитин прав: это был взгляд человека, прошедшего огни и воды и великолепно владеющего собой.

– Извините, вам придется подождать здесь.

Женщина бросила еще один взгляд на своего начальника и осталась сидеть в приемной в той же позе.

Они прошли в кабинет главы Боевого братства. Ираклий усадил гостя напротив себя, предложил:

– Кофе, соки, чай?

– Спасибо, я уже завтракал, – ответил Калитин. – У меня к вам накопилось немало вопросов, Ираклий Кириллович, хотелось бы получить на них ответы. Историю вашу с увольнением из органов я знаю, в тех пределах, конечно, в которых мне позволено ее знать. Однако неясной осталась причина. Может быть, поделитесь?

– Я ушел не сам, – лаконично сказал Ираклий.

– Это-то как раз понятно. Как известно, уходят и солдаты и министры, только министры – со своих постов, а солдаты, как правило, – из жизни. Насколько я знаю, вы не из министров?

– Не успел дойти до кресла, – усмехнулся одними губами Ираклий. – Какие еще вопросы вас интересуют?

– Откуда вы знаете капитана ФАПСИ Болдырева?

– Он муж моей двоюродной сестры.

– Понятно. Вы часто с ним контактируете?

– Не очень, всего-то два раза и встречались.

– А когда виделись в последний раз?

Ираклий почувствовал тревогу.

– Дней пять назад. Что случилось, подполковник? Что вы крутите вокруг да около?

Калитин помолчал, разглядывая на столе статуэтку Георгия Победоносца, пронзающего змея.

– На него совершено нападение.

Ираклий вздрогнул.

– Та-ак! Он…

– Жив пока, находится в нашей ведомственной клинике. В него стреляли, одна пуля в легком, вторая прошила шею, но, к счастью, не задела горла и артерий.

– Кто?

– И мы хотели бы знать – кто, – поморщился Калитин.

– Надеюсь, вы пришли не за тем, чтобы предъявить обвинение мне?

– У вас нет причин.

– Спасибо и на том. Навестить его можно?

– Да, я дам разрешение. Еще вопрос: вы ничего не слышали о крутой разборке на Чуйском тракте?

– Нет, – не моргнув глазом ответил Ираклий. – А что там произошло?

– Кто-то взорвал джип «Чероки» со всеми седоками, а затем угрохал пассажиров «Мазды».

– Вы думаете, это сделал один человек? Одна группа?

– Может быть, и не одна. Значит, вы ничего об этом не слышали?

Ираклий перестал казаться добродушным.

– Знаете что, подполковник, если это допрос, то…

– Нет-нет, ни в коем разе, – замахал руками Калитин. – Я не следователь и задаю вопросы лишь ради любопытства. Дело в том, что в тот вечер в районе разборки видели ваш «УАЗ»… Но опять же, повторяю, мне нет до этого дела. Пусть такими вещами занимаются те, кому положено. Пришел же я к вам вот с чем. – Он сунул руку во внутренний карман плаща и вытащил надорванный листок бумаги с каким-то рукописным текстом. – Почитайте.

Ираклий взял лист и прочитал:

«1. Заняться поиском лиц, через которых можно выйти на объекты «л».

2. Установить прослуш. телефонов УВД и мэрии.

3. Собрать компромат на должност. лиц администрации края.

4. Склонить к сотрудничеству чиновников высш. эшелона власти края и УВД.

5. Пустить слух, что город Бийск контролируется человеком из мафиозного клана по кличке Федот.

6. Получить полную информацию о след. лицах: Федотов, бывший полковник ВК ФСБ; Корнеев, бывший майор ВК ФСБ; Дмитрий Власов, учитель, ныне – отец Димитрий, протодиакон одного из бийских монастырей.

7. Выявить всех специалистов по компьютерам и…»

Дальше текст обрывался по причине отсутствия части страницы.

Ираклий поднял глаза на посетителя.

– Что это?

Взгляд Калитина на мгновение стал по-змеиному завораживающим и острым.

– Этот документ мы обнаружили в салоне взорванного джипа. Не подскажете, почему в нем мелькает ваша фамилия? Какая связь между вами и тем, кто погиб в джипе?

– Никакой, – бесстрастно сказал Ираклий.

– И последний вопрос, – продолжал Калитин, как бы не слыша ответа. – Где, когда и кому вы наступили на мозоль, коль вами заинтересовались люди из Российского легиона?

– Откуда? – сделал изумленное лицо Ираклий.

Взгляд Калитина снова стал змеиным.

– Все погибшие в джипе пассажиры принадлежали одному из подразделений Легиона, точнее, отделу мониторинга и контроля. Почему именно вы и ваш коллега их заинтересовали? И почему именно вас видели в районе инцидента почти в то же самое время?

– Почему видели меня, я могу объяснить: я ездил в Бийский леспромхоз, который находится на Чуйском тракте. А вот почему в то же самое время взорвался джип с людьми Легиона, я не знаю. Видимо, кому-то очень не понравилась их деятельность. Подполковник, я люблю играть в открытую. Чего вы хотите?

– Кому-то… – проговорил Калитин. – Очень хотелось бы знать кому. – Он вытащил из кармана патрон и протянул Ираклию. – Вы с такими боеприпасами встречались?

Федотов повертел в пальцах девятимиллиметровый патрон, сильно заостренная удлиненная пуля которого была выкрашена в черный цвет, взвесил в руке.

– Годится для многих типов пистолетов и автоматов, но по весу меньше, чем обычный патрон.

Калитин забрал патрон, постучал ногтем по кончику пули.

– Пуля деревянная, Ираклий Кириллович, вот в чем загадка. Американские охотники, по слухам, предпочитают в последнее время именно такие патроны – с черными пулями, полагая, что это цвет смерти, но чтобы где-нибудь кто-нибудь использовал деревянные пули, я не слышал. Вы случайно не сталкивались с этим?

– Нет, – покачал головой искренне удивленный Ираклий.

– Что ж, у меня тогда все. – Калитин поднялся. – Приятно было познакомиться. Если у вас вдруг появится интересующая нас информация, не сочтите за труд позвонить. – Он протянул Федотову прямоугольничек белого картона с номером телефона. – До свидания.

Провожать гостя Ираклий не стал, махнул рукой заглянувшему в кабинет Никитину.

– Все в порядке, Женя.

– Кто это был?

– Замначальника ФСБ по Алтаю.

Начальник охраны Братства присвистнул.

– Такие люди просто так в гости не ходят. Что ему было надо?

– Интересовался, где я был вчера вечером.

– Понятно. Они не могли не отреагировать на уничтожение пассажиров «Чероки» и «Мазды».