Танец с зеркалом - Эльдар Сафин

* * *

Если неделя не задалась – то она не задалась. А может быть, не задалась жизнь.

Алина возвращалась от метро домой – в съемную квартиру, которой скоро предстояло лишиться. Никита хоть и терпеливый, и все еще относится к ней по-дружески, но у него – семья, и все время нужны деньги. А в тещину «однушку» он хоть и пустил Алину за смешную плату – но не задаром же. Даже эту смешную надо отдавать вовремя, иначе ей окончательно перестанут доверять. Всего-то дел: закончить рисунок, отдать заказчику и получить свои копейки. Каждый день Алина старалась выкроить время, нужно было всего часа по три, не больше, за два захода – чтобы сесть и доделать. Но то ли судьба решила поиздеваться над ней, то ли Алина, разбалованная добрым отношением, окончательно разучилась планировать свою жизнь, – а заветные часы неизменно улетучивались до того, как их можно было использовать. Работа. Тренировки. Еще одна работа. Выступления. Общение в интернете – да, и общение! От этого тоже нельзя было отказаться, иначе сойдешь с ума от одиночества среди людей. Но в сети она сидит, в основном, в дороге, в метро. Там все равно не очень-то удобно рисовать, особенно в час пик. Так что не надо считать ее совсем никудышней. И только потрепавшись с френдами, такими же неприкаянными, как она, можно чувствовать себя относительно человеком. Никита давно на нее не смотрит, вернулся к семье. Вспомнил о долге. О долге, ха-ха-ха!

Просто Алина ему надоела.

Но надоела или нет – квартиру он ей сдает и уже три лишних недели ждет оговоренную сумму.

Алина шла, стараясь не наступать в лужи. Сейчас слякоть, ночью ударит мороз, надо бы купить зимние сапоги вместо этих ботиночек – но когда? Когда…

– Девушка! Не подскажете, как проехать на Пражскую?

Алина повернула голову. Серая убитая «Мазда». Водитель – совсем мальчишка на вид.

– Вы правильно едете. Вон, впереди перекресток – это и будет Пражская.

– А вам далеко? – не отставал водитель. – Мне кажется, вы очень спешите. Садитесь, подкину.

Алина усмехнулась. «98» – местный номер. И неужели у него нет навигатора? Банальное знакомство.

– Спасибо, я уже пришла.

Это было правдой. Вон он, дом Никитиной тещи, красная многоэтажка.

Водитель газанул, «Мазда» умчалась вперед. Алина вздохнула с облегчением.

Оказалось: рано. Незнакомец всего лишь выбрал подходящее место для парковки – во дворе Алининого, точнее, тещинского, дома. И теперь с улыбкой возвращался обратно. Черная куртка, черные джинсы, спортивные ботинки на толстой подошве. А сам – похож на сверчка или богомола, такой же угловатый. Волосы густые, совсем светлые, и голубые глаза. Улыбка ничего, приятная. Но важно другое: ему от силы шестнадцать! Подросток. Как же он ездит по городу? Не боится?

– Девушка, – он подошел совсем близко. – Скажите, как вас зовут?

– Сколько тебе лет?! – вырвалось у Алины.

Парень усмехнулся:

– Какая разница? Ну пусть будет – восемнадцать.

Восемнадцать! А ей через полгода – тридцать! Парень младше ее на…

Алина чуть не поперхнулась.

Он загородил дорогу.

– Дай пройти! – возмутилась Алина.

Ну и нахал! И прицепился же.

– У меня есть то, что тебе нужно, – без предисловий объявил парень.

– И что же мне нужно? – с насмешкой спросила Алина.

Ну конечно! Сейчас он начнет рассказывать, какой он замечательный партнер. Такое уже было пару раз – молодежь не меняется. А у Алины, видимо, на лице написано: «Одинокая брошенная тетка».

– Тебе нужно время. И сейчас ты его теряешь. Но не бойся: я все возмещу, если пойдешь со мной. Мне тоже кое-что нужно: немного твоего внимания и любви. Все банально и честно. Так как тебя зовут?

– Алина, – машинально ответила она, не ожидав такого подхода.

«Любви!» Сказал, тоже.

Парень коротко кивнул:

– Кирилл. Я работаю в темпоральном сервисе. Подрабатываю курьером.

Алина вздрогнула и взглянула на мальчишку – ну ведь мальчишка же! – внимательнее. А глаза-то умные. И не юные совсем.

– Машина – папина?

– Угу. Успел разбить – отдал сыночку, – без улыбки произнес Кирилл. – Идем ко мне, я живу в этой же «башне». Алина.

Они пошли рядом. Алина говорила себе, что ей в любом случае нужно туда же, домой, там один вход, одно крыльцо, одна и та же консьержка, одни лифты…

– Тебе какой? – спросила Алина, нажимая свою кнопку.

– Последний.

Лифт тронулся. Алина продолжала разглядывать мальчишку, так неожиданно возникшего в ее жизни. Слишком молодой. Слишком! Но в нем есть что-то завораживающее. Невозможно оторваться, отвести взгляд. Чем он так цепляет?

Темпоральный курьер – не бог весть какая редкость. Но этот сервис безумно дорог. Во всяком случае, для нее.

– Чем ты можешь помочь? – прямо спросила она. – У меня нет таких денег. Только не говори, что ты готов достать для меня чистое время за бесплатно.

Кирилл взглянул на Алину так, что она невольно поежилась.

– Чистого – нет. Есть отказное. Некондиция.

– Как это? – прошептала Алина.

– Время, которое не забрали заказчики, по тем или иным причинам. Теперь оно ничье.

– Разве его не продают другим клиентам?

– За него уже заплатили. Мы возвращаем только половину суммы. К тому же, как я уже сказал, – оно считается некондицией. Другим может просто не подойти.

– А мне? – нахмурилась Алина.

В этот момент лифт остановился. Двери открылись.

– А ты ничего не теряешь.

Они вышли на площадку двадцать пятого этажа. Кирилл жил в точно такой же «однушке» – студии, только вот мебели внутри почти не было. Стол, два стула и тахта, крошечный посудный шкафчик. Все. Ни гардероба, ни телевизора.

– Ты точно здесь живешь? – усомнилась Алина.

– Живу. Садись.

Алина, не раздеваясь – в прихожей не было даже крючка, чтобы повесить пальто – присела на край тахты. Мысль «Что я тут делаю? Зачем?» – не покидала. Но при этом она, не отрываясь, смотрела в спину Кириллу, который, даже не сняв куртку, наливал из кофеварки кофе в две чашки. Создавалось ощущение, что они оба страшно торопятся, летя прямиком в бездну… чего? Отношений? Или все это какой-то фарс?

Кирилл подошел с двумя чашками, одну отдал Алине, сел рядом. Он не спрашивал, как делают обычно: пьет ли она с молоком, с сахаром, с корицей – пьет ли она кофе вообще. Но сделал так, как она любит: крепкий, разбавленный холодной водой. А может, Алине только казалось, что она это любит?

– Я дам тебе темпомер, в нем три часа. Включать можно в любое время – ты просто очутишься во временном кармане. Включишь в пять – выключится в пять ноль одну. Три часа будут твои. Вот только на паузу поставить нельзя – если включила, время будет идти, пока не кончится.