Два часа до конца света - Виктор Маршанский

Зажав себе рот, Константин сползал по стене вниз. Нездоровый смех уже рождался в его груди. Сообразив, что чудовище в коридоре наверняка решит наведаться, если мальчик засмеётся, девушка осторожно отошла к стене, и села рядом, взяв его за руку.

В этой позе они и провели последние три часа. Когда племянник, задремавший ненадолго, вернулся в сознание, она, не решаясь отвести глаз от двери, медленно покачала головой, приложив палец к губам. Говорить вслух было нельзя. Да и незачем трусливому мальчишке знать, что тот, кто подстерегал их в коридоре, теперь стоит у самой двери, буквально уткнувшись в неё носом.

***

Зона 112, 6:00

Старший специалист по условиям содержания Артур Оганян явился в кабинет Смотрителя невыспавшимся и злым.

— Стоит мне только взять первый выходной за последние полтора месяца, как у вас всё идёт наперекосяк, — ворчал он, усаживаясь напротив Одинцова.

Часом ранее, начальник разбудил его срочным звонком, и попросил срочно явиться на рабочее место. Вкратце обрисовав ситуацию, Денис обещал выложить все подробности при личной встрече, и вот, Оганян прибыл, застав первого за столом, подпирающим руками уставшую седую голову.

— Видок у тебя адовый, — заметил специалист, указывая на помятый халат Смотрителя.

— Зона изолирована, — сообщил Одинцов, запивая горсть валидола чашкой кофе. — Восемьдесят третий вырвался на свободу.

— В смысле?! Он же был под воздействием этого, — Оганян перебирал в памяти числа, — ноль-второго, кажется.

— Мумифицирующий стул, — напомнил Смотритель, вытирая рот рукавом, — этот хрен вышел из под его контроля. Я положил в его кабинет зеркало. Наша новая метареалистка полагает, что он настроился с помощью него на иной уровень реальности и смог выбраться.

Смуглое лицо Артура стало несколько бледнее.

— Погоди, погоди. Что ты сделал?! Администрация знает?

— А ты как думаешь? Если бы комитет по Этике не подтвердил разрешение занести к Нежильцу зеркало, они бы мне голову оторвали. Однако, теперь это меньшая из наших проблем. Рядом с чертой города возник старый советский комплекс.

— В смысле "возник"? — Специалист изумлённо таращился на начальника. — Чем вы вообще тут занимались?

— Это всё печатная машинка. Марш, изучавший рукопись, сказал, что она была написана в изолированном от мультивселенной пространстве. Некий тамошний сотрудник, Евгений Стацкий, кажется, послал нам своего рода предупреждение. А заодно и спровоцировал наш мир совершить процедуру Перераспределения.

Настал черёд Артура схватиться за голову.

— Пиздец, — констатировал он, проводя руками по угольно-чёрной шевелюре. — Допустим, у нас на подходе огромный советский завод, полный демонического дерьма. Но меня больше интересует, как Администраторы узнали, об этом так быстро. То, что Зона в карантине, это понятно, ибо сообщение о входе в стазис отправляется автоматически. Но кто им сказал о возникшем заводе?

Поджав губы, Одинцов мешкал с ответом. Теребя в руках карандаш, он переводил взгляд с поверхности стола на лицо собеседника, и обратно. Оганян ощутил вибрацию на полу: у Смотрителя была привычка отбивать мелкую дробь правым каблуком в минуты напряжённой умственной работы.

— Ты многое знаешь про сторонние организации? — Спросил Денис, поджигая сигарету.

Часом ранее директор Зоны 112 получил очередное сообщение от Администрации, которое стало последней каплей в чаше самообладания Одинцова. В нём говорилось о том, что в рядах сотрудников учреждения появился двойной агент, сливающий информацию о происходящих событиях некой организации. Какой именно — сказано не было, в целях секретности расследования.

В послании утверждалось, что двумя днями ранее, Фонд вычислил и захватил временный штаб врага. В найденных записях содержалась информация о происходящем как в черте Самарской области, так и непосредственно в Зоне 112. Об информаторе в этих уликах не было сказано ни слова, однако, судя по всему, агент находится точно не среди чинов высшего звена. Таким образом, под подозрение в шпионаже попадали все, кроме Одинцова, Марша, Лебедева и Оганяна. Могилевич и Шихобалова также исключались из списка возможных подозреваемых, по понятным причинам.

Поэтому локализацией инцидента с ползучими глазами руководил именно Антон, сотрудничавший с Зоной 112 больше, чем любой другой внештатный детектив. По этой же причине он в первую очередь ненавязчиво осведомился о сотрудниках, покинувших учреждение на совете прошлым вечером. Однако, оставаться запертым в Зоне на двенадцать часов явно не входило в его планы.

— Так какой у нас план? — Теряя самообладание вопрошал Лебедев, заходя в столовую в компании агента и Шихобаловой.

— Поесть, для начала, — отрезал Могилевич, усаживаясь за один из столов, наполнявших просторное помещение.

Маргарита, чьё лицо, в свете люминесцентных ламп, приобретало крайне измождённый вид, отошла к буфету.

— Поверить не могу, что какой-то старый низкоуровневый хрен осведомлён о вещах крайней степени секретности, — ворчала она, открывая дверцу шкафчика. — М-да, выбор у вас, конечно, не богатый.

— Не понимаю, господа, — сообщил Валентин, усаживаясь напротив детектива, — как вы только можете есть в такой момент. По Зоне расхаживает бессмертный SCP, а единственный, кто с ним контактировал, — это наш архивариус. Как-то это… неправильно, что ли.

— В этой жизни вообще мало что правильно, — буркнул Могилевич, принимая из рук метареалистки готовый обед. — А разогреть никак?

— Я вам не кухарка, — бросила Шихобалова, усаживаясь сбоку.

Взяв еду, детектив принялся срывать полиэтиленовую плёнку зубами.

— Я просто спросил, не нужно это воспринимать на свой счёт.

— Друзья, — примирительным тоном вставил Лебедев, — не ссорьтесь. Нам это сейчас нужно меньше всего. К тому же, микроволновка уже месяц как не работает.

Могилевич и Маргарита тихонько посмеивались, бросая друг на друга выразительные взгляды.

— Что смешного? — Недоумевал доктор.

— Ну, посудите сами, — пояснила Шихобалова по-детски слизывая крошки с нижней губы, — наша организация имеет филиалы по всему миру. На содержание объектов тратится уйма денег.

— При этом, — закончил Могилевич, жуя холодный бутерброд, — у вас даже микроволновка не работает. Надеюсь, хоть чайник поставить можно.

— Есть кофейный автомат, — Лебедев вытянул руку в сторону прибора, похожего на вертикально стоящий гроб.

— Да, — одобрительно протянула Маргарита, — кофе нам сейчас не помешает.

С этими словами, она закинула остатки еды в рот, и вышла из-за стола. Проводив сотрудницу взглядом, Лебедев наклонился через стол и тихо произнёс:

— Можно вопрос?

Могилевич, чей рот был набит незатейливым завтраком, что-то промычал, кивнув головой.

— Скажите, — продолжил доктор, — у вашей ассистентки, Софьи, кажется, есть молодой человек?

С трудом проглотив содержимое щёк, детектив вытер рот тыльной стороной ладони.

— Ох, так-то лучше, — облегчённо произнёс он, хлопая по животу, — нет. У Софьи нет молодого человека. А что, хотите приударить за ней?

Лебедев застенчиво отвёл глаза в сторону.

— Ну, скажете тоже, приударить. В мои-то годы? Так, познакомиться, провести время, а дальше, может что-нибудь и получится.

— Это вряд ли, — усмехнулся Антон, доставая из кармана пиджака записную книжку.