Антираспад - Антон Орлов

У Норберта зуб на зуб не попадал, Олега тоже колотил озноб. Магнитоплан начал медленно опускаться по вертикали.

— Побыстрее нельзя?

— Если побыстрее, вас …! — жизнерадостно объяснил капитан.

— Ну зачем по каждому поводу ругаться? — долетел приглушенный голос Аманды — видимо, она тоже находилась в кабине.

Туманное пурпурное небо исчезло, перед иллюминатором выросла иссеченная трещинами изжелта-белая стена. Душевую затопила тень, и стало еще холоднее. Скорее всего, ощущения врали: чем ниже — тем плотнее воздух и тем теплее, но, пока сияло солнце, переносить холод было легче. Норберт уже не чувствовал собственных пальцев. Один раз магнитоплан шоркнулся боком о скалу; против ожиданий, пострадала не машина, а скала — посыпалось крошево, на пол упало несколько сухих пористых кусочков. «Так, значит, это не камень?» — удивился Норберт.

Наконец движение прекратилось, а чуть погодя в коридоре послышалась возня, дверь распахнулась. Он запоздало сообразил, что кислородную маску можно снять. Впрочем, сейчас при всем желании не смог бы это сделать — окоченевшие пальцы не слушались. Маску с него снял Клекнас. Их с Олегом довели до салона, усадили в кресла, Аманда поднесла к его губам чашку горячего кофе с ликилой. Вевегер взял на себя заботу о компьютерщике. Руки и ноги понемногу отходили и при этом болели, будто обваренные кипятком.

— Взлетаем! — объявил капитан. — Тут задерживаться нельзя, вдруг эти … успели передать SOS. Летим в Гаору, чтоб ее!..

Аманда выразительно вздохнула и закатила глаза.

— А хорошо вы их …, ребята, — ухмыльнулся Вевегер.

— Ну, уж как получилось, — невнятно ответил Норберт, отхлебнув кофе.

Никакого ликования, как положено после победы, он не испытывал: он не хотел убивать людей (да и вообще кого бы то ни было), и предпочел бы, будь такая возможность, обойтись без жертв. Правда, совесть его тоже не мучила — слакиане сами напросились. Если выбор ограниченный, лучше убить, чем стать рабом. Он пошевелил распухшими красными пальцами и потянулся к чашке.

— Не трогай, я подержу, — остановила его Аманда. — Вот вернемся домой, и я вам обоим премию выплачу за героизм!

— У меня в аптечке есть мазь, — подал голос из своего кресла Гестен. — Для обмороженной кожи, очень эффективная. Смажете руки, а то вдруг опять придется стрелять. Что ж, вы оправдали свою репутацию!

Это происшествие еще больше укрепило клиента во мнении, что «Антираспад» — самое настоящее охранно-сыскное агентство, а Нор Ларре — крутой профессионал, каких поискать… Норберт криво усмехнулся.

— А странные тут скалы, — заговорил Олег. — Крошатся, как пенопласт или что-то вроде того.

— Это не скалы, а …, — кратко пояснил Вевегер.

Аманда со стуком поставила на столик пустую чашку.

— По химическому составу это камень, — сказал Гестен, — но камень пористый и сверхлегкий. Застывшая пена, вы совершенно правы. Недаром Рчеад при своих значительных размерах обладает нормальным для нас притяжением — тут много веществ с низкой плотностью. Здесь уникальные полезные ископаемые, поэтому Рчеад постоянно подвергается нашествиям агрессивных инопланетян. Не знаю, почему эти горы назвали Мраморными. Наверное, из-за цвета… На самом деле это не мрамор, а довольно-таки хрупкое вещество.

— Тут никакие альпинисты не лазают, даже под человеком все обламывается, — добавил помощник капитана. — И посадку совершить нельзя — сразу …, выбирайся потом!

— Кажется, скоро я тоже начну материться, — сквозь зубы бросила Аманда.

— Давно пора, — согласился Вевегер. — А то все вы как-то не по-человечески выражаетесь, даже оторопь берет.

Аманда скрестила на груди руки и отвернулась к иллюминатору. Из кабины вышел Клекнас.

— Жмем на юг, пока слакиане не спохватились, — объявил он, оглядев пассажиров. — Гаора — это задница, но лучше уж туда, чем на Слак. А как доберемся до Мутмакана, иллюминаторы поменяем на новые, чтоб открывались и закрывались. Господин Ларре, вы умный парень!

Вибрация усилилась — ионные двигатели работали в форсированном режиме, магнитоплан наращивал скорость.

Зеруат принес из каюты тюбик с мазью и отдал Аманде, коротко распорядившись:

— Окажите им первую помощь.

Приближаться к Норберту ему не хотелось: этот хладнокровный убийца внушал раглоссианину естественное отвращение. Компьютерщик — тоже, но, помня о его ценности для Раглоссы, Зеруат старался не давать воли чувствам. Когда миссия будет завершена, препараты группы «X» сделают Олега неагрессивным и покладистым; тогда Теневой Сенат сможет пользоваться его способностями без риска, что инопланетянин впадет в неуправляемое состояние. Вот с Амандой надо поосторожней: у нее действительно есть интуиция! Которая, правда, срабатывает не всегда, от случая к случаю, но уж если сработает… Зеруат ссутулился в кресле. Его донимала вибрация, и вдобавок он нервничал. Не допустил ли он ошибку, обратившись в «Антираспад»? Его телохранители слишком хороши… и в этом «слишком» таится угроза: вдруг они поймут, что наниматель задумал от них избавиться?

Озабоченный Зеруат глянул в иллюминатор — ландшафт не изменился — и подпер кулаком свой выступающий подбородок. Как-никак, он тоже профессионал. Его специальность — управлять из тени, пользуясь тайными пружинками, которые есть у каждого. С «Антираспадом» он сладит. Главное — не упустить пульт Нуль-Излучателя…

Гаора оказалась вполне цивилизованной страной, и Норберт поначалу не мог понять, чем она не нравится капитану Клекнасу. Наконец Аманда объяснила: тут чересчур высокие пошлины не только на импорт, но и на транзитный провоз любых товаров через гаоранскую территорию. Она договорилась с капитаном (опять же от имени господина Ларре) и отдала ему остальную часть суммы, сэкономленной при найме магнитоплана: Клекнас платит пошлину за транзит, а доля «Антираспада» в прибыли увеличивается до тридцати процентов.

— Короче, ни черта мы не сэкономили, — подытожил Норберт. — Нам стоило за те же деньги нанять другой транспорт, не связываясь с контрабандой.

— А процент от выручки? — возмутилась директор.

— Его еще надо получить.

— Пессимист, — вздохнула Аманда. — Почему ты всегда ждешь худшего?

Норберт едва не ответил, что за три неполных года работы в «Антираспаде» он изучил ее манеру вести дела и не может припомнить ни одной удачной сделки, но сдержался. Вылететь из фирмы он сейчас не желал бы. И обидеть Аманду не хотел: как бы там ни было, на Валене она в течение двух лет, несмотря на плачевное состояние своих финансов, платила ему зарплату. Его так и тянуло объяснить ей, что бизнес можно организовать и получше, но Аманда болезненно восприняла бы критику. Вместе с тем, по крайней мере сейчас, это уж точно, она спускала свою долю плюс те наличные, которые клиент выдавал на текущие расходы; вкладывать в ее малопонятные операции то, что причиталось лично ему, Норберт не собирался. С некоторой долей удовлетворения он подумал, что, сбив слакианский бот, отработал, пожалуй, Гестеновы деньги.