Антираспад - Антон Орлов

— Грохнуть целую галактику — или планету — или страну — или город — просто так, на всякий случай, может только последний мудак. Тот, кто боится всего живого и хочет устроить геноцид, прикрываясь убедительной болтовней. Значит, этих субъектов в белых одеждах и надо было показать такими! А то неправдоподобно.

— Нор, ты хочешь правдоподобия от сказки? — Аманда улыбнулась.

— Я говорю о психологическом правдоподобии. Ну не может некто умный и порядочный принять такое решение! Это может сделать только псих, который прикинулся умным и порядочным.

— Любопытно, что сюжет очень древний, — вмешался Олег. — А компьютерные эффекты у них слабенькие, я сделаю лучше. И накладок полно. Разве удобно ходить по звездолету в таких развевающихся хламидах? В два счета за что-нибудь зацепишься.

— Ага, точно, — поддержал Норберт. — Знаешь, почему он древний? Во все времена существовали типы, которые мечтали о геноциде. Им очень хотелось всех убедить в своей правоте, вот так эта идея и вошла в искусство.

— Искусство создают хорошие люди! — убежденно сказала Аманда.

— Необязательно, — не согласился Норберт.

— Хм, интересно… — машинально разминая свои опухшие пальцы, заметил Олег. — А если автор взял готовый сюжет, не особо задумываясь над смыслом?

— Бывает и такое… Но изначально это придумал кто-то с вывихнутыми мозгами. Хотел оправдать свое паскудное желание.

Зеруат еле унимал дрожь, слушая эти варварские рассуждения. Норберт хуже дикого зверя! Они все трое хуже зверей! Вот какова их реакция на доброе и светлое! От волнения Ответственный по Безопасности плохо себя чувствовал, но не смел вытащить из кармана флакон с сердечными таблетками: вдруг телохранители поймут, что выбило его из равновесия? Осторожность, осторожность и еще раз осторожность! Надо взять их под контроль; он уже нащупал верный способ, теперь главное — не давать им повода для подозрений…

На закате вернулся Клекнас, чем-то раздраженный; вызвал Аманду в коридор, и там они долго шептались. Потом пригласил пассажиров на борт магнитоплана. Зеруат слышал, как он объяснял Норберту:

— Тут не горы, господин Ларре, врезаться не во что, а нам лучше уматывать, пока не поздно. Слакиане скоро зашевелятся.

Магнитоплан шел на малой высоте, внизу расстилались кургировые плантации — рыжие грядки, усеянные черными бочкообразными плодами. Даже с такого расстояния почва выглядела пересохшей. Иногда попадались рощи похожих на лук-порей деревьев, поселки людей или полуразрушенные бекрийские строения. Машин в воздухе было много, и на Зеруата это действовало успокаивающе: у всех на глазах слакиане не нападут. Клекнас проворчал, что они «либо знают, кто сбил ихний бот, либо ни хрена не знают — пятьдесят на пятьдесят». Не сказать, чтобы Ответственного по Безопасности это утверждение утешило.

Закат угас, взошли четыре луны (в иллюминаторах были видны только две). Зеруат поднялся с кресла и попросил, полуобернувшись к Олегу:

— Пожалуйста, не ходите пока в каюту. Я очень утомлен, плохо себя чувствую и должен сделать специальную дыхательную гимнастику, для этого мне необходимо уединение.

— Хорошо, профессор.

Оказавшись в каюте, Ответственный по Безопасности запер дверь на задвижку и приступил к обыску. Багаж у Олега небольшой — одежда, предметы гигиены, несколько древних брошюр по программированию… Полистав их, Зеруат покачал головой: высший пилотаж. Уж если компьютерщик «Антираспада» понимает все то, что здесь изложено, его стоит сохранить, невзирая на риск. Из одной брошюры выскользнула фотография — портрет сестры Норберта, Илси. Подобрав его, Зеруат призадумался, потом усмехнулся: вот она, зацепка! Если Олега привлекает Илси — нежная, кроткая, пугливая (по крайней мере, она была такой, пока денорское чудовище не запихнуло ее в Тренажер), юные раглоссианки должны ему понравиться. «Прекрасно, прекрасно», — бормотал Зеруат, аккуратно укладывая вещи обратно в багажную сумку.

На рассвете магнитоплан пересек границу Гаоры (перед этим пришлось совершить посадку и предъявить таможенникам документы, подтверждающие, что все пошлины уплачены) и полетел над неровной, лесистой местностью, с высоты похожей на пестрый зеленый луг.

— Здесь нет человеческих поселений, — объяснил Зеруат своим спутникам. — Климат нездоровый. Зато добывают ценную древесину, которую транспортируют в другие районы для переработки.

Его осведомленность вызывала уважение у сотрудников «Антираспада» — Зеруат давно это отметил и старался ею часто пользоваться.

Воздушное движение оставалось оживленным: поглядев в иллюминатор, можно было увидеть в пурпурном небе как минимум один гигантский грузовик-лесовоз в сопровождении казавшейся крохотной от такого соседства машины эскорта. Зеруат сумел немного расслабиться — сейчас слакиане не нападут. После полудня впереди по курсу, у горизонта, заблестела вода, и вскоре магнитоплан сел в небольшом приморском городе. Впрочем, это поселение называли «городом» лишь за отсутствием в языке более подходящего термина. Жаймонат официально никем не управлялся, а неофициально был поделен на сферы влияния между бандитскими группировками. Его почти десятитысячное население составляли субъекты, которые либо находились в розыске, либо нигде больше не могли ужиться. Тут лучше было по улицам не гулять и вообще не высовывать нос наружу. Клекнас доходчиво объяснил это пассажирам в типичных для него выражениях, а Зеруат сухо подтвердил:

— Совершенно верно, Жаймонат — настоящая социальная язва на многострадальном теле этой планеты. Здесь исключительно агрессивные люди, даже по сравнению с другими агрессорами. Норберт, я хочу, чтобы вы безотлучно находились рядом со мной и не теряли бдительности!

— Ясно, — кивнул Норберт. — Капитан, какого черта нам тут понадобилось?

— Дела, — сохраняя на лице непроницаемое выражение, коротко бросил Клекнас. — Загрузим партию товара. Вевегер, давай со мной! Мы часа через два вернемся, а вы, главное, носа наружу не показывайте.

Они ушли. Ответственный по Безопасности выглянул в иллюминатор. Жаймонат (когда-то в прошлом он носил другое название) был типичным бекрийским городом. Снаружи стояли овальные здания с маленькими окошками и плоскими крышами — белые, голубые, кремовые, песочные. Они выглядели обветшалыми, кое-где на стенах ветвились трещины, однако люди, поселившиеся в брошенном городе бекров, не придавали этому значения. Под стенами домов валялся мусор, местами образовались плотно слежавшиеся многолетние кучи. Моря отсюда не было видно. Зеруат тяжело вздохнул и опустился в кресло. У него еще вчера зародилось подозрение, что капитан Клекнас ведет странную игру. Уж не наняла ли Аманда не того человека? С этим стоило разобраться! Вот, слава Богу, Норберт — развалился в соседнем кресле, куртка расстегнута, обе кобуры на виду. Никогда бы раньше не подумал, что созерцание оружия может действовать так успокаивающе.

Зео учил Аманду рчеадианской карточной игре, изредка поглядывая на часы; Олег листал одну из своих компьютерных книжек, время от времени надолго задумываясь.