Вспомнить всё - Филип Киндред Дик

Фэйрчайлд задергал пальцами:

– Рейнольдс будет в бешенстве.

– Он уже в бешенстве, – заверил его Кертис. – И – без сомнения – в курсе всего происходящего.

– Но он будет возражать!

Кертис расхохотался, некоторые присутствующие улыбнулись.

– Ну конечно, будет. Разве вы не понимаете? Вас хотят уничтожить. Думаете, Нормов еще долго будут терпеть? Как бы не так. В этой вселенной с благотворительностью, знаете ли, очень туго. Вы, Нормы, таращитесь на псиоников, как селяне на клоунов на ярмарке. Ух ты! Здорово! Фокусы-покусы! Вы сделали псиоников полноправными членами общества, построили для них Школу, дали нам шанс обжиться здесь, в колониях. Но через пятьдесят лет вас превратят в рабов. И вы будете выполнять всю самую грязную и тяжелую работу, которой брезгует уважающий себя Пси, – если не сообразите вовремя, что к чему, и не создадите Четвертый класс, класс Анти-Пси. Вам придется противостоять Рейнольдсу.

– Мне очень, очень не хотелось бы отмежевываться от него, – пробормотал Фэйрчайлд. – Почему, черт побери, мы просто не можем работать в команде? – И он обратился к другим присутствующим: – Почему мы не можем относиться друг к другу как к братьям?

– Потому что, – ответил Кертис, – мы не братья. Посмотрите правде в глаза. Братство – это все, конечно, прекрасно, но эта замечательная концепция претворится в реальность гораздо скорее, если мы приведем к балансу некоторые силы нашего общества.

– Возможно ли, – предложил старик, – что терранцы изменят свое отношение к стерилизации, когда новости об Анти-Пси дойдут до Земли? Ибо их наличие поможет излечить немутантов от животного страха перед псиониками. Они перестанут считать нас чудовищами, которые готовы наброситься на них и завоевать весь мир. Возможно, тогда они смогут принять нас? Чтобы мы сидели с ними в одних театрах. Женились на их сестрах.

– Ну хорошо, – согласился Фэйрчайлд. – Я тут подумаю над официальными формулировками. Дайте мне час на составление документов. Я хочу, чтобы в законе ни одной лазейки не осталось.

Кертис поднялся на ноги. Он сказал и сделал все, что хотел. Как он и предвидел, Фэйрчайлд согласился с его предложением.

– Мы должны начать собирать информацию – срочно, – сказал он. – Как только начнется обычная проверка личных дел.

Фэйрчайлд кивнул:

– Да, срочно.

– Я полагаю, вы будете держать меня в курсе?

И тут Кертису стало не по себе. Он ведь одержал победу… Ой ли? И он просканировал ближайшие полчаса. Вроде ничего отрицательного не предвиделось. Мелькнули сцены: он с Пэт. Он с Джули и Тимом. Но нехорошее предчувствие не оставляло. Что-то глубинное, более сильное, чем талант провидца, не давало ему покоя.

Вроде все хорошо, но… что-то не так. В его жизни случилось что-то леденяще ужасное.

IV

Он встретился с Пэт в маленьком не слишком многолюдном баре на окраине города. Вокруг их столика посверкивала тьма. В воздухе плавало густое и едкое ощущение человеческого присутствия. То и дело слышались приглушенные взрывы смеха, их перекрывали голоса разговаривающих.

– Ну и как все прошло? – спросила Пэт, широко раскрывая большие темные глаза. Он уселся напротив. – Фэйрчайлд согласился?

Кертис заказал «Том Коллинз» для нее и бурбон с водой для себя. Потом кратко описал, как было дело.

– Выходит, все прошло отлично. – И Пэт потянулась через стол и прикрыла его ладонь своей. – Правда ведь?

Кертис пригубил виски.

– Ну… да. Анти-Пси-класс будет существовать. Но как-то все прошло слишком гладко. Слишком легко все удалось.

– Ты же можешь предвидеть будущее. Что-нибудь случится?

Напротив, у другой стены темной комнаты музыкальный автомат выдавал обрывочные мелодии, перебирая гармонии и ритмы в расслабляющей слух последовательности. Звук расплывался по залу. Несколько пар неспешно танцевали под сбивчивый напев.

Кертис предложил девушке сигарету, и оба прикурили от свечки в середине стола.

– Теперь у тебя есть официальный статус.

Темные глаза Пэт сверкнули:

– Да, это так. Теперь я в новом Анти-Пси-классе. Мне не о чем волноваться. Все кончилось, и кончилось хорошо.

– Мы ждем, когда появятся другие. Если они не появятся, ты останешься уникальной. Единственным членом класса. Одной-единственной Анти-Пси во вселенной.

Пэт помолчала. Потом спросила:

– А что случится потом? Что ты видишь? – И она отпила из бокала. – В смысле, я ведь останусь здесь, правда? Или вернусь обратно?

– Ты останешься здесь.

– С тобой.

– Со мной. И с Тимом.

– А Джули?

– Мы подписали документы о взаином согласии на развод еще год назад. Они где-то лежат, но пока их не пустили в дело. Мы заключили соглашение – чтобы никто из нас не смог бы воспрепятствовать расставанию, если вдруг передумает.

– Мне кажется, я Тиму нравлюсь. Он же не будет против, правда?

– Нет, конечно, – отозвался Кертис.

– Здорово. Будем жить счастливо, правда? Вот мы втроем. Можем заниматься с Тимом, попытаться понять, какой у него талант. Кто он – и что он думает. Мне было бы очень приятно, если бы он… пошел со мной на контакт. Но у нас много времени. Мы никуда не спешим.

И она сжала его пальцы. В переливающейся тьме бара ее черты медленно подплывали ближе. Кертис наклонился вперед, поколебался с мгновение, а потом ее теплое дыхание коснулось его губ, и он ее поцеловал.

Пэт улыбнулась:

– Нам еще столько предстоит сделать. Здесь, а потом, возможно, и на Прокс VI. Я хочу как-нибудь туда вернуться. Мы ведь сможем, правда? Ненадолго, нам туда надолго и не надо. Просто я хотела бы убедиться, что там все идет своим чередом. Я ведь столько труда в эти поля вложила… Хочу еще раз посмотреть на мой мир.

– Конечно, – сказал Кертис. – Конечно, мы туда слетаем.

За столиком напротив маленький нервный человечек доел чесночные гренки и выпил вино. Вытер рот, посмотрел на часы и поднялся на ноги. Протискиваясь мимо Кретиса, он сунул ладонь в карман, побрякал мелочью и каким-то дерганым движением вытащил руку. В руке оказалась зажата тоненькая трубочка. Он развернулся, нагнулся к Пэт и сжал трубочку.

Оттуда вылетел шарик – всего один, – на мгновение прилип к ее блестящим волосам, а потом исчез. По залу, к ближайшим столам прокатилось глухое вибрирующее эхо. Нервный человечек пошел дальше.

Кертис подскочил. Он ничего не соображал, в голове помутилось. Он все еще смотрел вниз, не в силах двинуться с места, когда рядом оказался Рейнольдс и властно оттащил его в сторону.

– Она мертва, – говорил он. – Попытайся понять. Смерть была мгновенной и безболезненной. Поражается центральная нервная система – напрямую. Она даже ничего не почувствовала.