Черные крылья - Эд Макдональд

Но нам не всегда удается то, чего мы хотим. В моем случае – почти никогда.

На рассвете Дантри осторожно выбрался из дома, а когда вернулся, сообщил, что Тнота еще жив. Хирург удалил месиво, оставшееся от руки, и Тнота сейчас мечется в лихорадке. Он или выживет, или умрет, и никто ничего тут поделать не сможет.

– Привези его ко мне, – шепнул серебряный змей Саравора. Или у меня разыгралось воображение?

– Нет, – прямо ответила помрачневшая Ненн, тронув свой живот. – Я тебе не позволю.

Я ее послушал.

Мне надо было встретиться с Венцером. Не важно, к чему его склонили Эроно с Аденауэром, не важно, что эта пара управляла денежным потоком, плывущим через город. Я давно знал маршала. Он щит, сдерживающий королей и их бесчисленные легионы. Он – человек чести. Пусть я плюнул на свою честь, нарушив закон, но в приграничье нет человека лучше Венцера. Мне хотелось в это верить. Надо же надежде цепляться хоть за что-нибудь?

Остается Эроно. Лишь у нее достаточно власти, чтобы задействовать столь многое против нас. Я не хотел верить, но доказательства налицо. Она не поддержала Эзабет на совете. Княгиня отправила меня охотиться за Эзабет, когда та исчезла. Эроно послала Станнарда в Морок, ее солдаты объявились в Мод. Она не нуждается в деньгах, и потому дело не в нелегальной прибыли. Эроно не хочет смерти Эзабет. Эроно хочет, чтобы Эзабет продолжала исследование, но сидя в Мод.

К станции Три-шесть приближается войско, какого не видели уже четыре поколения. Княгиня ищет доказательств того, что Машина не сработает.

Может, княгиня собирается заключить сделку с врагом? Стать первой крысой, бегущей с корабля? Или она просто запуталась, неверно оценила ситуацию? Эроно ведь чертова героиня. Мне сделалось грязно на душе при одной мысли о предательстве княгини. Но если не она, то кто?

Надо идти к Венцеру и все рассказать ему. Пусть сам увидит и поймет. Пусть он возьмет Эзабет под свою защиту. Нападение «малыша» на Мод уж точно доказало мою правоту. Хм, мне придется встать перед маршалом и настаивать на том, чтобы он поверил пьянчуге, отказывающемуся надеть армейскую форму. А этот пьянчуга обвиняет самую уважаемую леди княжеского сословия. Мне нужно сказать маршалу, что он не видит измену у себя под носом, что один из наших величайших военачальников и героев пытался убить свою родню и вместо того убил постороннего.

Мне нужно сказать, что вопреки всякому здравому смыслу княгиня Эроно Херайнградская поступает во вред Пограничью.

Мне повезет, если не угожу в белые камеры.

А если я сумею убедить, что тогда? Эзабет нужен доступ к ядру Машины. Леди Волн по-прежнему на Пайре. Можно сообщиться с ней через коммуникатор, умолить ее явиться, спасти нас. Я уже знал, что она не ответит. Но, провались оно пропадом, нужно попытаться!

Мной двигали мечты и беспомощная надежда, слепая вера в то, что последняя карта и есть нужный козырь. Чертовски невыгодный расклад, но больше на руках ничего нет.

Мимо – на запад, подальше от Морока, – стуча по мостовой, медленно тащатся три запряженные мулами телеги. На них знакомые тускло-зеленые мешки. В таких перевозят трупы. На облучках сидят унылые усталые солдаты.

– Кого грохнули? – спросил я.

– Большой патруль. Лейтенант Мирков и полсотни его людей. Они зашли всего на двадцать миль. Почти в поле обзора с гребаных стен, – ответил солдат.

– Какой батальон? – крикнул я в спину.

– Одиннадцатый, – обернувшись, крикнул солдат.

Одиннадцатый. Сплошь молодняк, детский сад, зеленый, как планктон. Меня продрало морозом. Трупы уложили тесно, как пайки в кладовке. Если короли отправляют разъезды так близко к Валенграду, значит, дела еще хуже, чем я думал. Драджи прямо подстрекают нас выйти и сразиться.

Может, так оно и есть на самом деле.

У Венцера только десять тысяч в Валенграде. Остальные ушли на Три-шесть. Святые духи, что за дерьмо.

Я уныло побрел к цитадели. Заморосил легкий дождь, приятный после душной сырости. Мои мысли все возвращались к Тноте. Ведь он один из немногих моих старых друзей. Настоящих друзей. Мушкетная пуля предназначалась Дантри. Тнота ни при чем, но я впутал его.

Я слишком погрузился в свои мысли – и слишком поздно заметил, куда зашел.

– Капитан Галхэрроу, старина, можно на пару слов?

Я чуть не столкнулся лоб в лоб с ублюдком Станнардом. Он нарочно? Или дурацкий, мать его, случай? Скотина в длинной шинели, застегнутой на одну верхнюю пуговицу. А руки не в рукавах, спрятаны. Будто чертов плащ. Крайне нелепый способ носить шинель. Хотя отлично скрывает то, что под ней.

– Я по делу к маршалу, – почти не соврал я. – Если твоя хозяйка хочет меня, пусть поговорит с ним.

Станнард пошел рядом. У меня прямо зачесались кулаки. Когда работа – доставлять людям неприятности, начинаешь их предчувствовать. Что-то не так.

Я остановился и посмотрел на Станнарда.

– Ты же знаешь, княгиня не любит отказов. Как-то оно любопытно получается, мы с тобой все время пересекаемся, – улыбаясь, выговорил он.

Фальшивая улыбка. Волчья.

– Мы отправили тебя искать женщину. А теперь мы ищем ее сами, а она у тебя. Где она?

– Хочешь ведьму и ее брата? Они в какой-то таверне в Пайксе. Отправились пить. Наверное, в «Открытую бочку». А где они сейчас – да хрен их знает.

– Ты и в самом деле хочешь испытать мое терпение? – елейно улыбаясь, выговорил Станнард.

До чего поганая гримаса! Будто говорит, что вот сейчас я сделаю тебе больно и буду тому радоваться.

Наконец я заметил остальную банду в княжеских цветах, торчащую в конце улицы. Я глубоко вдохнул, пытаясь привести мысли в порядок и четко рассудить. Проверил подходы, глянул назад.

Парочка болталась сзади, пытаясь выглядеть непринужденно и не подходить слишком близко. Надо же, не хотели меня спугнуть. Профессиональные вояки, не какой-нибудь уличный сброд. Они сумели окружить, но притом все носили одинаковые балахоны и выделялись среди толпы, как невеста на свадьбе. Солдафоны. Вон у одного торчит из-под пальто рукоятка меча. Никто не таскает с собой длинный меч, если не намерен его использовать. Тесак на моем боку вполовину короче, заточен с одной стороны, куда легче и быстрее меча. Но тут уже никакой разницы. Никакое фехтование не поможет, если ты против пятерых. Я это понимаю. Станнард это понимает – как и все его люди.

– Давай будет откровенными друг с другом, – предложил Станнард, как один здравомыслящий человек другому.

Я то и дело поглядывал на парочку в конце улицы. Те блюли дистанцию.

– Ты сэкономишь нам массу времени, если приведешь меня к ним, чтобы я мог безопасно отвести их к княгине.

А, так она решила действовать напрямик, решительно и быстро. Политика кончилась, маски разваливаются. Наверное, она поняла, что я догадаюсь, завидев ее людей первыми прибывшими в Мод. Если сейчас на Эзабет наложит лапу сам Венцер, он уже не выпустит ее, понимая ее важность, и не даст в обиду. Но если обоих Танза возьмут головорезы княгини, Дантри не переживет закат, а что они учинят с Эзабет, страшно даже и представить.