Путь наверх - Виктор Викторов

Утрамбовщик — Мегавайту: Белый, ты сейчас где?

Мегавайт — Утрамбовщику: в Мирте. Что-то случилось?

Утрамбовщик — Мегавайту: как сказать… Ты можешь подскочить в Сердце?

Мегавайт — Утрамбовщику: да, сейчас буду.

Прочитав сообщение от нашего гнома, я немного насторожился. Последний раз он мне вот так писал, когда нужно было согласовать организационные вопросы с крепостью. И именно в тот день у меня со счёта испарилось несколько миллионов, которые я вынужден был вложить в строительство. Как корова языком слизала.

Ну что же, значит план действий на ходу меняется, поэтому визит к Мэтру я пока отложу. На несколько часов. Как раз поделюсь своими соображениями с ребятами. Авось, что-либо присоветуют.

— Привет, — поздоровался я с гномом, войдя в свой кабинет. — Что случилось?

Гном выглядел… виноватым что ли. Немного растерянно, немного смущённо, но даже его поза говорила о том, что нашему казначею очень неудобно и неловко.

— Привет, — хмуро произнёс он.

— А ты чего такой, будто умер кто-то? — отодвинув стул, я присел, испытывающе глядя на него.

Утрамбовщик замялся, отчего морщины на его лице вдруг резко обрели глубину.

— Я с дочкой встречался, — выдохнул он, как перед прыжком в воду.

— Знаю, — закинул я ногу за ногу. — Мне Кастет сказал. Ты хотел об этом поговорить?

— Понимаю, для тебя это неприятная тема, — начал гном, — но я бы хотел сказать одну фразу. Дословно.

— Я слушаю, — спокойно кивнул я, хотя после его слов противно засосало под ложечкой.

— «Да ты знаешь, сколько денег мне предложили, чтобы я это сделала? Тебе столько за всю жизнь не заработать!».

Я ожидал чего угодно. Ожидал, что он будет оправдывать дочь, говорить о своей лояльности или наоборот — сложит полномочия, пообщавшись с ней…

Но не это.

Сейчас, смотря на гнома, я, наверное, понимал весь спектр эмоций, который обуревает этого старика. Понимал, как ему сейчас сложно.

— Я тебе могу чем-то помочь, друг? — тихо спросил я.

— Всё хорошо. Просто я в один момент осознал, что неправильное воспитание — угроза надвигающейся старости, — нахмурился он, непроизвольно сжав кулаки.

Было видно, как тяжело ему давались слова, но в то же время — он держался, будто что-то для себя решил. Я не психолог, но иногда искренность слов просто чувствуется без всяких дополнительных умозаключений. И это сейчас было очень заметно.

Упрекнуть его, поставить под сомнения слова или просто проигнорировать — и всё. Тот доверительный контакт, который выстроился сам собой сейчас — бесследно уйдёт. Останется только пустота, поскольку гном тоже уйдёт.

— Спасибо тебе, — искренне поблагодарил я. — Если нужна помощь — просто «маякни».

Утрамбовщик ничего не ответил, продолжая сверлить взглядом столешницу, а у меня, наконец, начал складываться «пазл» в голове. Как же вы всё закрутили-то.

Мне срочно нужно к Мэтру, чтобы хотя бы попытаться предотвратить то, что я невольно наворотил.