Враг императора - Никита Киров

Император Луциан Четвёртый

— Какого хрена мы здесь остановились? — спросил император Луциан, когда его гравилёт приземлился посреди города. — Что вообще происходит?

Никто не отвечал, в кабине не было ни пилота, ни гвардейцев. Какая-то ерунда, императорский гравилёт посреди города и нет ни одного охранника? Нет уж, он им устроит.

Император открыл дверь и поёжился от холода. Как так вообще вышло, что он остался один? Вообще-то, это опасно. Конечно, главная угроза устранена, но всё же…

Город был пустынным. Ни машин, ни людей, ни летающего транспорта. Только ветер разносил газетные листы. Это странно. Луциан пошёл в сторону дворца, матеря про себя бестолковую охрану. Но где все люди? Комендантский час же отменили, да и сейчас день.

Кто-то плакал, совсем рядом. Луциан обернулся и пошёл на шум. Возле дороги сидела пожилая женщина с полной корзинкой красных цветов и горько рыдала.

— Что случилось? — спросил император. — Почему вы плачете?

Она не ответила, только высморкалась в платок. По улице шли люди, грустные, в чёрной одежде. Высокий мужчина подошёл к пожилой женщине с цветами.

— Сколько за пару? — спросил он.

— Нисколько, — женщина протянула мужчина два цветка и опять заплакала. — Горе какое.

— Да что за хрень здесь творится? — закричал Луциан, но его не слушали.

Люди шли мимо и их становилось всё больше. Кто-то рыдал навзрыд, кто-то просто шмыгал носом. Некоторые шли с парой красных цветов, другие брали цветы у плачущей бабушки. Некоторые только делали вид, что плачут. Один мужчина, отойдя к телефонной будке, наливал себе капли в глаза. Другой открыл газету, смял её, потом сорвал с себя шапку и растоптал. Людей становилось всё больше.

По дороге проехали машины, чёрные, очень медленно. Люди выстраивались вдоль дороги и бросали красные цветы на асфальт. Теперь видно только три цвета — чёрная одежда людей, серое пасмурное небо и такого же цвета асфальт, и красные цветы. Следом за машинами по дороге шла колонна Императорской Гвардии. Мутахавиры шли без шлемов. Вид у здоровяков очень грустный.

— Похоже, у меня трип, — догадался Луциан. — Это с порошка меня так вставило?

— Нет, что вы, — сказал молодой мужчина в чёрном костюме, с симпатичным лицом, но очень неприятным тяжёлым взглядом. — Это всего лишь сон.

Кажется, этот человек единственный, кто видел императора.

— Но что это значит?

— А это значит, — мужчина огляделся. — Что люди на самом деле любили своего бестолкового правителя и искренне горюют после его смерти. Большинство, по крайней мере. На месте этого правителя я бы гордился такой любовью.

Появилась ещё одна машина, большая, с открытым верхом и гробом, накрытым бирюзовым флагом с императорским драконом. Она медленно ехала прямо по цветам.

— Это похороны? — спросил Луциан.

— Верно, Ваше Императорское Величество, — ответил молодой мужчина.

— Но чьи они?

— Ваши.

Луциан вскрикнул и проснулся. Голову разрывало от похмелья и несколько минут хотелось только лежать. Но сон не шёл из головы. Он поднялся, перелезая через горячие тела своих наложниц, и подошёл к столу, где стояли бутылки, но вместо того, чтобы налить ещё, накинул халат и вышел на балкон.

Перед ним целая империя. А что если и правда, люди его любят? Но он ведь не заслужил этого… особенно недавно, когда врезался на гравилёте в жилой дом и погибло несколько человек. А всё из-за пьянства и наркотиков. Отец Луциана пил ещё больше, а его бастанджи часто прятали тела тех, кто погибал во время оргий. Но его тоже хоронили, рыдая всей страной. Быть может, пора дать народу именно того правителя, которого они заслуживают?

— Ваше Императорское Величество? Вам не холодно? — на балконе показался слуга с подносом, на котором стояли аккуратные коробочки со Стимфалийским порошком.

— Дай сюда, — Луциан собрал коробочки, раскрыл и высыпал всё содержимое. — Все мои запасы уничтожить, выпивку вылить, больше никаких оргий и загулов. Теперь я буду делать всё ради своего народа. Я буду правителем, который их достоин. Люди любят меня, и я должен соответствовать их ожиданиям.