Тень врага - Василий Анатольевич Криптонов

А в следующий миг вытянул руки Луизы над головой. Прижал девушку коленом к кровати, оторвал от драпировки ленту и принялся связывать запястья Луизы.

— Что вы делаете? — пролепетала она.

— Собираюсь сыграть с тобой в одну игру.

— Какую?

— Всё очень просто, — я закончил связывать запястья и переместился к ногам девушки. — Ты будешь правдиво отвечать на мои вопросы. И до тех пор, пока не ответишь на все, я тебя не развяжу.

В глазах Луизы мелькнуло сначала непонимание, потом — раздражение. А потом — злость, которую она уже не сумела скрыть.

— А я ведь предупреждала, — прошипела она. — Я говорила, что ты — крепкий орешек!

В следующую секунду кровать провалилась куда-то во мрак.

Как будто что-то сверкнуло перед глазами, я моргнул, тряхнул головой. Голова закружилась от нестыковки. Я вновь стоял перед курсантами, которые, затаив дыхание, смотрели на нас с Луизой. На мне снова был китель, а Луизу я удерживал на вытянутых руках, не позволяя приблизиться. Но, судя по ярости, буквально выплёскивающейся из глаз, она уже и не рвалась со мной целоваться.

Её губы шевельнулись, и я понял, что не слышу ничего, кроме биения собственного сердца. Как будто меня вновь оглушило взрывом.

В абсолютной тишине я заметил движение. Слишком ненормально быстрое, чтобы гармонично сочетаться с текущей обстановкой.

Я резко повернул голову и успел оценить ситуацию. Ко мне бежала Кристина. Нет, не просто бежала — «неслась» будет более подходящим словом.

Не представляя, чего от неё ждать, кто тут в кого мог вселиться и как изменить внешность, я отвёл одну руку от Луизы и выставил так, чтобы защититься от Кристины. В следующий миг я бы использовал Щит. Но я всё ещё был слишком дезориентирован внезапной сменой обстановки и упустил из виду главного врага.

Луиза, почуяв относительную свободу, рванулась ко мне и ткнула пальцами в грудь. Одновременно рука Кристины коснулась моей руки.

И наступила тьма.

* * *

Голову опять повело — теперь внезапно оказалось, что я стою на одном колене, упершись ладонями в землю. Однако я быстро справился с дурнотой и резко встал. Анализировать ситуацию начал ещё до того, как окончательно выпрямился.

Я был не в зале Академии, и уж точно вокруг не было ничего похожего на погруженную в интимный полумрак комнату с кроватью.

Сложность заключалась в том, что весь мой жизненный опыт, примерно на голову превосходящий опыт любого человека, не хранил в себе никаких аналогий тому, что я видел сейчас.

Даже земля под ногами не была землёй. Я видел колышущуюся серую массу, как будто марево. Тем не менее, я стоял, ощущая твёрдую почву под ногами. Но серый морок накатывал на носки моих ботинок и спадал вновь, как будто я стоял на берегу моря.

Мир вокруг весь был таким — серым, колышущимся, избегающим чётких очертаний. Я угадывал большие камни, холмы и пригорки, усеивающие пространство вокруг. Серые, на фоне серого неба.

Разум, наконец, родил ассоциацию: как будто я стоял посреди грозовой тучи.

— Так вот ты какой, Капитан Чейн, — послышался голос за спиной.

Голос был незнакомым. Я резко развернулся, и предплечье обвила верная цепь. Она звякнула о лезвие меча, который незнакомая женщина держала перед собой.

Высокая брюнетка, лет тридцати, наверное. Некогда красивое лицо огрубело, было покрыто шрамами. На голове завязан шнурок — скорее просто кусок верёвки — не позволяющий волосам лезть в лицо.

Но самым примечательным в её облике был наряд. Женщина была облачена в обугленную и местами прорванную кольчугу. Одеяние из мельчайших колец спускалось ниже колен. Неопределённого цвета штаны и бесформенные сапоги, кожаные перчатки с неровно обрезанными пальцами, пропитанный кровью бинт на левом бицепсе (внушительного, кстати, размера) окончательно убеждали, что передо мной не корпоратка, от скуки вписавшаяся в ролевую игру. Передо мной было что-то настоящее.

— Луиза? — спросил я.

И внутренне содрогнулся, потому что узнал свой голос.

Свой настоящий голос.

— Полагаю, мне бы стоило оскорбиться, — процедила женщина сквозь зубы.

Не голос, но манера говорить, взгляд, выражение лица сказали мне всё остальное.

— Кристина, — выдохнул я.

Глава 26

Изнанка

— Что происходит? Почему ты так выглядишь?

Женщина усмехнулась:

— А как выглядишь ты сам?

Я посмотрел на свои руки. Руки взрослого человека. Сжал кулаки, медленно разжал их. Безымянный палец и мизинец на левой руке не разгибались. Коса за спиной спускалась ниже поясницы. Вместо парадного академического кителя — полевая офицерская форма. Я стал выше ростом, шире в плечах. И сильнее. Костю Барятинского, при всех тех навыках, что вколотил в него за этот год, отшвырну от себя одной левой. Я успел, оказывается, от этого отвыкнуть. И как же мне этого не хватало…

— Самый твой мудрый поступок — это сменить причёску сразу же после того, как попал в мир Аристократов, — сказала женщина. — Только по ней я тебя сейчас и узнала. Иначе ударила бы в спину, пока ты стоял, разинув рот.

Она опустила меч. Я отозвал цепь.

Разум стремительно включился в работу.

Давным-давно, в мой самый первый день в теле Кости Барятинского, дед сказал, что миров во Вселенной — великое множество. Я вспомнил рой несущихся в бесконечности искр, который увидел на экране. Мир Аристократов дед назвал колыбелью всего сущего. Мир Концернов, в котором меня расстреляли, упомянул как один из многих.

В мире Концернов кольчуги и мечи носили разве что участники квестов. Кристина же выглядела в этом наряде так же привычно, как в платье и накидке академии. Как я — в офицерской полевой форме.

И если я здесь, в этом странном месте, выгляжу так, как привык за тридцать шесть лет — то было бы логично предположить, что и с Кристиной произошла такая же метаморфоза. И вывод отсюда напрашивается только один. Кристина — такая же попаданка, как я. Только вот попала она в мир Аристократов не из моего мира, а…

— А тебя откуда занесло? — спросил я.

— Лучше тебе не знать. — Кристина тоже убрала меч туда, где надлежало пребывать личному оружию. — Побереги психику.

— Серьёзно? — усмехнулся я. — Думаешь, мою психику ещё что-то может спасти?

— Как ты умер? — буднично спросила Кристина. — Подставился под пулю?

Мою покрытую пылью форму украшали круглые дыры и кровавые следы.

— Вообще-то меня расстреляли, — немного оскорбился я. — Два-три раза, смотря как считать. Потом — да, подставился. Потеря крови, не очень трезво соображал.

— А меня тварь из Бездны сожрала живьём. — Кристина показала на прорехи в кольчуге, и я понял, что выглядят они, как следы от гигантских зубов.

— Неплохо для девчонки, — оценил я.

— Кишки выпущу! — рявкнула Кристина, и в её руке снова появился меч.