Я есть Жнец - Дмитрий Лим

Его глаза впились в мои, наши взгляды встретились и вдруг, я понял, что хочу говорить правду и только правду!

— Павел Бурдин, — раздался голос «правдоведа», — Ты ворвался в наше здание, убил много наших братьев. Но и твои товарищи — погибли здесь. То, что у нас преимущество перед вам — я в сомнениях, но все же, у тебя на это видимо — очень веская причина, не так ли?

— Да, уважаемый, — кивнул я, — Все то, что я сказал — абсолютная правда. Он убивал Жнецов, первородных, людей… Он убил моего дедушку…

— Кто твой дед?

— Виктор.

— Виктор Сандлер? — удивленно спросил он.

— Да.

И тут меня осенило… Я был прав, Виктор — не просто вымышленное имя, он реально мой родственник…

«Почему ты сразу не сказал, а выставил это все за шутку?»

«Прости, внук, так нужно было…»

— Я думаю, многие знали твоего деда, и он был хорошим человеком, тот, кто удерживал баланс сил наших миров… Он был великим Судьей, и мы все чтим его память. Но, на сколько я помню, он предал нас? За что и был уничтожен.

— Это наглая ложь! — крикнул я.

— Он… Он говорит правду, — спустя короткую паузу, пробормотал длинноволосый, — Я знаю, кто был в с ним в момент смерти… Алексис — француз, они погибли вместе, от огромного смерча, который — якобы вызвали первородные…

— Алексис? — раздался голос из толпы.

А когда обернулся на него, то увидел, как мой ненавистный «друг» родом из Франции, вышел из толпы и посмотрел на меня.

— Мой отец был партнером предателя?

— Алекс, я… — начал я, — Мой дед не был убийцей… Его убил Главный Жнец — Адам Сире, как и твоего отца…

У меня не было ни единого доказательства своим словам, но я чувствовал, что говорю абсолютную правду, и это — радовало меня. Я нашел ответы на свои вопросы, как и нашел своего деда, моего предка…

И теперь Алекс направил свой взор полный ненависти и ярости на Адама, который стоял белее снега, как вкопанный.

Француз долго изучал старика, затем меня и все же — двинулся ко мне, встал рядом и упал на колени.

— Павел… Паша, я сожалею, что пытался убить тебя, — сказал он дрожащим голосом, — И вас, господин Виктор, что сидит в тебя и является твоим предком — прошу прощения за свои слова… Теперь я понимаю, как был глуп и слеп. Когда посчитал вас своими врагами.

— Встань ты… Боже… — сказал я Алексу, — Не стоит просить прощения. Тебя обманули так же, как и всех нас.

Алекс встал и кивнул, больше не проронив и слова.

В вестибюле повисла гробовая тишина, люди решали — что делать с лжецом и убийцей, а затем…

Жнецы «пачками» подходили ко мне, и становились ко мне спиной. И вскоре — все Жнецы встали ко мне и сложили свое оружия, я под впечатлением пробормотал ругательства, которые выражали удивление, а затем вышел из толпы.

«Внук… Мой дорогой внук, они понимают, что такое равновесие, они понимают, сколько страданий они принесли в этот мир. И теперь они знают, кто виноват на самом деле, они больше не враги нам — а союзники».

— Жалкие предатели! — крикнул Адам, — Вы нарушаете клятву верности! Вы все умрете!

И…

Он тупо повернулся к нам спиной, и попытала обогнуть мою косу, но прежде чем я призвал ее назад, совершая длинный прыжок, Главный Жнец — «самостоятельно» отлетел от двери, врезавшись в плотный барьер духовной силы.

И началось самое удивительно…

В здание отеля «Азимут» начали входить первородные люди с красным блеском в глазах. В руке каждого было оружие, а взгляд полный ненависти был направлен на Адама.

Мой дорогой друг Марк — был во главе этой армии, и теперь я понял, что за сила была в нем, и почему он жив.

Все присутствующие Жнецы насторожились от появления такой компании, но оружие не поднял, озираясь н меня.

Драурги заняли все пространство по кругу вестибюля, закрывая меня в кольцо один на один с Главным Жнецом, и их глава — дружески похлопал меня по плечу.

Ни один Жнец — не шелохнулся.

— Ну а теперь, — начал я, покачивая на весу свою косу, — Когда вся дружная компания собралась дабы стать свидетелями конца, я объявляю тебе — смерть!

Адам вскочил на ноги, с испуганными глазами, выставил руки вперед и собрался меня атаковать. Каки то невиданным образом, а может даже из-за инстинктов, я понял, что он не попытается поговорить, а попросту — захочет убить меня, пока я буду «выделываться».

Тысяча лучей вылетели из его ладоней, дабы обрушиться на меня…

Размашисто крутнув вокруг себя своей косой — разрубил эти стрелы, и прежде чем Адам успел повторить что — либо, убежать, я метнул в его спину свое орудие. Которое вычертило своеобразную дугу, и бумерангом «вернула» его ко мне.

Его глаза нужно было видеть, древко косы — вернул его обратно.

А вот его следующая атака — попросту прошла мимо, не причинив никому вреда, и наконец, я схватил его за мантию.

— Настало твое время, лжец, — прошипел я, отталкивая его от себя.

Я словно в замедленной съемке — обхватил двумя руками косу, отпуская Жнеца, влил в нее как можно больше энергии и обрушил ее вниз. Конечно, и бесповоротно.

Время, пока коса прорезала защиту — поползло очень медленно…

Моя последняя атака — пронзила его насквозь, его рана засияла небесным светом и…

Время вернулось обратно, сразу же — после глухого стука мёртвого тела об пол.

Короткий клич радости со стороны драургов, и крик ужаса со стороны Жнецов — ворвался в мои уши, а затем, наступила абсолютная тишина.

Люди смотрели на меня, не знали — что же им делать дальше.

— Друзья, — громогласно начал я, — Война закончена! Она длилась слишком долго, и мы все потеряли своих близких. Настало время — закончить кровопролитие, и теперь…

— Что теперь? — раздался голос одного Жнеца.

— Теперь — мы все равны, и нам нужно научиться сосуществовать вместе, без бойни.

Закончив свою речь — я тупо пошел на выход, сквозь толпу, которая расступалась передо мной.

«Проверь… Паш».

Я трижды постучал косой по двери, но никак не повредил ее, а когда я увидел руны над нею — моментально уничтожил их…

Граница — канула в бытие.

— Больше нет границы, драурги больше не запечатаны за гранью, — сказал я, — Оба мира — теперь соединены и будут существовать вместе. Я — Павел Бурдин, стану Судьей, который будет следить