Бесоборец - Гоблин MeXXanik

Однако Лихо не обратило на Плетение никакого внимания. Миг – и оказалось рядом. Я даже не заметил, как оно ударило. Едва смазанное движение – и увенчанная когтями рука ударила в живот, отбросив меня к стене. Спина врезалась в бревна, но щиты погасили удар. Тяжело опираясь на меч, я встал на ноги, провел рукой по животу. Но Ягиня не обманула: когти существа только скользнули по рубахе, не причинив мне вреда. Даже ткань не разорвалась.

– Слабенько, – прохрипел я и сплюнул себе под ноги. Поудобнее перехватил меч.

Лихо бросилось снова. Но в этот раз я был готов. Ушел от прямого удара и наотмашь рубанул по руке, отсекая ее по локоть. А в следующий миг покачнулся от визга, который раздался в избушке.

Лихо попятилось, И теперь в глазах существа не было чувства превосходства. Оно смотрело на меня со страхом.

По земле разошелся широкий круг Освящения. А следом в грудь твари ударил Молот света, заставив Лихо пошатнуться. Я же уже взмахом руки активировал серию.

С потолка ударило Очистительное пламя. И Свет окутал Лихо, заключая его в кокон и обжигая. Я же шагнул вперед. Перехватил меч и ударил.

Клинок вошел в кокон. Сталь вспорола что-то мягкое. И Лихо взревело. Пламя погасло, и я рубанул клинком еще раз, целя в ноги. Существо не смогло уйти от удара. И Кладенец перерубил кости, почти не встретив сопротивления.

– Спасибо за подарок, Ягиня, – тяжело дыша, пробормотал я.

Взмахнул мечом, намереваясь вонзить его в череп лежащей передо мной твари. Но…

– Стой!

Глава 26

Бесоборец

Мужской бас гулко прозвучал в комнатке. Не опуская занесенного меча, я обернулся.

В дверях стояли двое. Изящная девушка с высокой грудью, которая подчеркивалась скрещенными под ней руками, с узкой талией и стройными ногами в высоких сапогах на каблуках. Распахнутый плащ демонстрировал тонкое облегающее платье с глубоким вырезом. Из-под подола выглядывала широкая кружевная резинка чулка.

Острые скулы и четко очерченный овал лица придавали ей особое хищное выражение, а темные прямые волосы и ярко-желтые глаза лишь дополняли это впечатление.

Рядом с ней стоял, опираясь на трость, высокий широкоплечий мужчина во фраке. Длинные темные волосы заплетены в дреды. Лицо его было скрыто под толстым слоем белого грима, на котором был нарисован черный оскаленный череп. Рисунок был сделан так искусно, что казалось, на лице растворили кожу и мышцы, оголив кости.

Мужчина извлек из кармана сигару, чиркнул спичкой и поднес огонь к табачной скрутке. Он глубоко затянулся, запрокинул голову вверх и выпустил сизый дым. Тот растекся по потолку мутной рекой. В движении клубов мне почудилось лицо, разевающее рот в беззвучном крике. Которое неожиданно оскалилось длинными изогнутыми клыками, чтобы затем исчезнуть.

Заметив мой озадаченный вид, он улыбнулся, обнажив крупные белые зубы. Прикоснулся пальцами к полям высокого цилиндра:

– Мое почтение, мастер. Мы пришли, чтобы забрать это.

Он указал пальцем на лежавшее на полу Лихо.

– Но… – начал было я.

Мужчина прошел по комнате, тяжело опираясь на резную трость с мертвой головой в виде навершия.

– Меня зовут барон Самеди, – пояснил он. – Я Лоа шестого дня. Хозяин перекрестков. Если вы сейчас убьете Лихо – оно уйдет в Лимб. Или, как вы его называете, Навь. И вернется. Если же мы его заберем – я обещаю, что это существо никогда больше не вернется.

Не дожидаясь ответа, Легба ударил по доскам пола кончиком трости.

Пол вздрогнул, а дом заходил ходуном, словно началось землетрясение. И я подпрыгнул от неожиданности: мне показалось, что земля сейчас треснет, и я провалюсь в расщелину.

К потолку взлетела, раскручиваясь, черная воронка, похожая на смерч, какие я видел в фильмах. Воздух загудел, завыл, и я зажал ладонями уши. В шуме мне слышался вой сотен тысяч стенающих душ. Стены избы разъехались, и пространства стало куда больше, чем внутри строения.

А затем из черного, как Вечная ночь, торнадо вышел человек в длинном черном плаще и широкополой шляпе, поля которой скрывали лицо. На поясе висела смотанная ржавая цепь, к концу которой был приделан крюк. И на остро заточенном лезвии я увидел бурые пятна, будто от спекшейся крови. Он шагнул ко мне, и я услышал мелодичный звон колокольчиков. Или шпор. Незнакомец взглянул на меня из-под полей шляпы и поманил Лихо к себе, но оно попыталось отползти, с ужасом глядя на проводника, словно не желая за ним идти.

Проводник пожал плечами. Снял с пояса цепь и начал раскручивать ее над головой. Я едва успел отскочить с его пути, когда крюк свистом пролетел мимо меня и ударил в плечо Лихо.

Пришелец потянул цепь на себя, подтаскивая упирающуюся, брыкающуюся на полу жертву. Она пыталась вырваться и уползти, но все было тщетно. Незнакомец выбрал цепь, ухватил Лихо и потащил к вихрю. Существо выло и пыталось зацепиться за пол. И мне даже показалось, что обломанные ногти оставляют на досках глубокие царапины. Мелькнуло обезображенное страхом лицо, которое смотрело в мою сторону и беззвучно что-то бормотало. А затем пришелец отправил его в воронку. Развернулся, и я увидел, как вспыхнули багровыми углями его глаза. А затем прыгнул следом.

Какое-то время Самеди молча стоял у края и смотрел в воронку. А затем обернулся ко мне и бросил какой-то предмет. Я поймал его на лету, разжал кулак.

В ладони лежала большая золотая монета, на которой была изображена черная река. И плывущий по ней полуразрушенный, сгнивший корабль. В посеревших от времени досках борта зияли огромные пробоины, а паруса были настолько ветхими, что, казалось, вот-вот трухой осыпятся на палубу.

У руля стоял наряженный в рваное белое рубище мертвец, череп которого был обтянут серой кожей. Редкие седые волосы развевались на ветру. Покойник вел корабль курсом, известным только ему одному. А у носа лодки сидело несколько призраков.

И вдруг мне показалось, что в пробоине в борту корабля что-то тускло блеснуло. Я прищурился, всматриваясь в рисунок.

Трюм был полон золотых монет, которые были свалены неаккуратной горой, будто кто-то бросал их в трюм по одной. И внезапно одна из монет скатилась с вершины горы и выпала в пробоину. Я отшатнулся, зажмурил веки, всей душой желая, чтобы морок пропал. Открыл глаза, всмотревшись в рисунок.

Корабль плыл, а костлявые руки покойника поворачивали руль. А затем мертвец вдруг резко повернулся и уставился на меня темными провалами глаз.

Я отшатнулся и сел на лавку. Сердце бешено колотилось, и мне казалось, оно вот-вот проломит ребра и выскочит из грудной клетки. Я тяжело дышал, в желудке возникло какое-то неприятное ощущение, будто кто-то пытался скатать