Пекло - Сергей Анатольевич Панченко

Упираться было тяжело из-за того, что ноги скользили в нанесенной к забору глине. Хватались за почерневшие бревна частокола, вымытые дождем до такой степени, что чернота уже не пачкала руки. Из ямы показалась слипшаяся от грязи голова Гордея. В его испуганных глазах отражались все пережитые чувства. Возможно, их было гораздо больше, чем способен был пережить человек, потому что назвать выражение глаз Гордея адекватным было нельзя.

Банщик перевалился через край и неистово загреб руками, будто выбирался из ямы с голодными крокодилами. Его подхватили под руки и оттащили подальше. Гордей остался лежать в мокрой грязи, не шевелясь.

— Ты в порядке? — Спросил у него Харитон. — Как ты вообще там оказался?

— Обвал случился… прямо подо мной. — Гордей сел. В глазах появился проблеск разума. — Я ведь мог свариться.

— Да уж, мог. Грязный ты, как черт. В баню тебя, поднимайся. — Харитон взял Гордея за руку и помог подняться.

— Ты в баню так и не попал? — Спросил Гурьян.

— Нет. Видели, дверь затянуло глиной? Я потому и обходил сзади, думал из-под низу попасть.

— Ясно, поленился разгребать. — Усмехнулся Гурьян.

— Друзья, с этого момента по одному не ходим, все зыбкое, а под нами плещется горячее озеро. — Распорядился Александр. — Не хочу набирать коллектив для Зарянки заново.

— Если все так, как вы говорите, барин, то вопрос с кадрами будет стоять очень остро в ближайшее время. — Гордей стряхнул с рук жидкую грязь. — А баню мою надо будет укреплять, чтобы не поплыла. — Он кивнул на размытый грунт вокруг нее.

— Укрепим. — Согласился Александр. — Возвращаемся?

— Надо женщин вывести наружу, а то уже ослепли в погребе сидеть, как кротихи. — Предложил Гурьян.

— Надо. Пора уже начинать потихоньку выходить наружу. — Александр осмотрел поселок, постаревший за десять дней на сотни лет.

Гордей остался в бане, чтобы ополоснуться. Харитон ждал его, исполняя распоряжение Александра не ходить по одиночке. Александр с Гурьяном вернулись в погреб. После жаркого уличного воздуха, находиться в прохладном помещении было особенно приятно.

— Девчата, айда гулять. — Предложил в своей несерьезной манере Гурьян. — Погоды нынче, закачаешься.

— А что, это уже не опасно? — Забеспокоилась Лукерья.

— Нет, не опасно, если не лезть, куда не следует. — Пообещал Александр.

Девушки боязливо поднялись по лестнице наружу. Вышли, как испуганные животные, никогда не видевшие ничего, кроме тесной клетки и встали у входа. С непривычки, хотя на улице и было довольно сумрачно, у них не получалось открыть глаза. Постепенно, когда они привыкли к свету, им открылся поселок в том виде, в который его превратила катастрофа. Почерневшие дома в поднимающихся от земли испарениях, походили на призрачный погост из фильма ужасов.

— А мы точно никуда не перенеслись? — Удивилась кардинальным переменам Фекла.

Александр хмыкнул.

— Перенеслись. На две тысячи лет назад, или больше. Палки, копья, мечи, глиняная посуда.

— А, вы шутите? — Фекла не поняла иронии.

— Если бы. — Александр вздохнул.

Видимость ограничивалась двадцатью-тридцатью метрами. Легкий ветерок гнал туман, из-за чего перспектива все время менялась, что выглядело мистически. Дома, то скрывались в тумане, то открывались полностью, то неуловимо обозначались в нем темными силуэтами. На женщин непривычные виды знакомого поселка подействовали удручающе. Они рассчитывали выйти на свежий воздух, отдохнуть от тяжелой атмосферы закрытого пространства, а попали в неведомый мир, пугающей своей неузнаваемостью.

Беззвучно сверкнула молния. Через пару секунд громыхнуло, сотрясая небо.

— Где же мужики? — Забеспокоилась Лукерья.

Упали первые тяжелые капли. Девушки ушли под защиту крыши, но в погреб не спустились, ожидая Гордея и Харитона. Александр хотел уже рассердиться и пойти узнать причину задержки, как они появились на дороге. Мужчины спешили, разбрызгивая грязь из-под ног. Им не хотелось попасть под дождь, в особенности под образуемые им потоки. Снова сверкнуло и громыхнуло.

Харитон залетел под навес и наскочил на Лукерью.

— А вы что, девчат, решили, наконец, подышать свежим воздухом?

— Свежим, да, как в аду. — Лукерья по-свойски хлопнула Харитона под зад. — Не запарился там?

— Гордей, искусный банщик, правда, пришлось его самого отмывать, у него руки не держали, после… — Харитон замолчал.

— Знаем, Гурьян рассказал нам о его приключениях.

— Вот, болтун. — Гордей показал товарищу кулак.

— А что из этого тайну делать? Сварился бы, по своей глупости.

— Гордей, а ты просил не идти тебя искать. Что если бы мы так и поступили? — Напомнил Вторуша.

Гордей хотел ответить, но его перебил гром, сразу после которого начался сильный дождь. Александр в это время стоял на улице. Капли дождя упали на мокрую голову, на шею. Он хотел тоже спрятаться под навес, но остановился, выставил под дождь ладони и замер.

— Барин, вы никак стихи сейчас про дождь придумываете? — Заржал Гордей.

— Браво, десять минут назад ты вытряхивал ужас из штанов, а теперь шутишь. — Лукерья двинула Гордею вбок.

— Дождь прохладный. — Не веря своим ощущениям, удивленно произнес Александр. — Выходите.

Аглая вышла первой, осторожно расставила руки ладонями вверх и подняла навстречу дождю лицо. Одежда и волосы ее сразу намокли, но она не обращала на это внимание. Следом вышли остальные. Для девушек, которые большую часть времени провели в прохладе погреба, дождь казался теплым, но для мужчин, испытавшим на себе все прелести высокой температуры, дождь показался холодным.

— Ураааа! — закричал Гурьян и принялся носиться по грязи, разбрызгивая ее по сторонам. — Закончилоооось!

Проявление радости передалось и всем остальным. В порыве первобытного опьяняющего чувства, похожего на групповой транс, народ прыгал, тянул руки вверх и громко проявлял свои эмоции. Александр поскользнулся, упал в грязь, и это только добавило ему веселья. Тугие струи дождя смывали с тела грязь, а с души тяжелый груз, висевший с самого начала катастрофы. Еще не ясно было, какие перспективы открываются в будущем, была только надежда, подаренная прохладным дождем.

— А вот теперь у нас есть отличный повод открыть жбан с пивным сбитнем. — Напомнил Гурьян.

Народ поддержал его предложение. Хотелось продолжения веселья. Харитон спустился в погреб, вынес жбан и поставил его на лестницу.

— Все меняется в мире, кроме желания выпить. — С этими словами он выдернул деревянный чопик из крышки. — Посуду несите сами.

Кажется, сбитень немного кислил, но на это не обращали внимания. Жбан закончился за полчаса. Дождь усиливался. В прикрытую дверь тянуло прохладой.

— Градусник в бане лопнул. — Сообщил Гордей. — А он заканчивался на ста сорока градусах. — Доски полопались, покорежились, удивительно, как не полыхнуло.

— Значит, хорошим составом обработали. — Решил Харитон. — Хоть бы моя кузня осталась.

— Это верно. — Согласился Александр. — Если мы скатились во времена Христа, то ты у нас со своим