Обретенная - Сергей Плотников

Юнит 11045687РХС-3 «Тайна»: системное уведомление:

Внимание! Обнаружена сигнатура судна, отмеченного в списке #1.

«Панцирная рыба»! Явились, красавчики, как нельзя вовремя.

– Тревога по кораблю. Выставить готовность номер два. – Я почувствовал, как мои губы сами собой складываются в кровожадную гримасу.

Я не злопамятный, нет, просто хочу стать хорошим командиром. А память у меня уже хорошая!

38

– Приказ по кораблю: готовность номер один… Гм.

Натана, ты посмотри, как отчаянно тебя хотят впечатлить! – Я даже не пытался сдержать победную улыбку.

Что бы там Нурс ни говорила, но, когда всё идёт по плану – по заранее разработанному долгосрочному плану! – это весьма способствует повышению самооценки. «Панцирная рыба» явно снижалась с расчётом приземлиться на минимальном расстоянии от борта «Гордости», и через обзорные экраны рубки управления выглядело это действо несколько более стрёмно, чем хотелось бы. В отличие от челноков и имперских катеров, предназначенных для атмосферных полётов в той же степени, что и для космических (по крайней мере, конструкторы очень постарались реализовать эти функции на одном уровне), средний транспорт, способный к посадке на планету (и последующему штатному взлёту), в воздухе обладал грацией обожравшегося бегемота и для манёвров был приспособлен мало. Ну, что поделать – против физики не попрёшь. Махина величиной и, главное, массой с морской сухогруз весьма условно способна аэродинамически опираться на воздух в движении, а забивание нижней части корпуса реактивными двигателями для создания этой самой опоры сильно снизит и так уменьшенную атмосферной бронёй и «зализанной» геометрией корпуса грузоподъёмность. Собственно, инженеры с Ниты, где был построен ныне переделанный в транспорт наёмников грузовоз серии «Первопроходец 2М-РТ», и так вылезли из шкуры, создав возможность машине зависать на нагнетаемой двигателями «воздушной подушке» невысоко над грунтом и даже двигаться горизонтально, переводя посадку на необорудованные площадки из игры в «русскую рулетку» во всё-таки штатную процедуру. Предполагалось, что экипаж заранее просчитает траекторию ещё с орбиты, а некоторую свободу манёвра получит только перед приземлением… Вот только, кажется, пилотам «Рыбы» об этом не сказали.

– У них получилось, пожалуй. – Жена, стоящая на своей капитанской платформе с разведёнными в стороны руками, напряжённой не выглядела, однако через интерфейс дополненной реальности по интерактивной схеме «Гордости» я видел, что наш катер вот-вот готов сорваться с плит космодрома, уходя от столкновения.

– Могли бы просто в стороне сесть. – А вот Ната была совершенно спокойна не только внешне.

– И пройти лишние триста метров пешком? – фыркнула Латта, успевшая не только подхватить по дороге на мостик свой шлем, но и вооружиться. – К тому же вдруг ты не пригласишь капитана нофо на встречу или вообще готовишься улететь? А тут имперский аристо немедленно захочет устроить разборку, даже если и торопился куда-то. Кобра – такая… продуманная сучка.

– Пятьдесят один человек на борту, один под ГБШ, – сообщила неодарённой части нашей сводной группы Натана. – Два пилота плюс шкипер участвуют в управлении. Уверены, что посадка штатная и не приведёт к аварии. Атаковать кого бы то ни было намерений нет.

– Думаю, на пси-сенсорные способности наша будущая гостья тоже рассчитывает. Незаурядная по-своему личность, что сказать. – Я постучал пальцем по подбородку и ухмыльнулся. – Но, как говорит Лисса, «умная, но такая ду-ура!».

Все три присутствующие женщины разом обернулись и как-то странно посмотрели на меня.

– Что?