Пламя - Виктор Романов

Ари знал по предыдущему опыту, что проход через сингулярность на людях никак не отразится. Но он ошибался. – Что это?! – запаниковал Нурви. – Что происходит? Я чувствую опасность. Но она не идет откуда-то конкретно. Она везде. Заполняет все!

– Это война, – ответил Пламя. – Война, в которой гибнут целые цивилизации. Я не ожидал, что ты сможешь так остро ощутить это время.

– Это надо прекратить! Немедленно прекратить! – Нурви на глазах становилось все хуже: его бросило в дрожь, дыхание стало прерывистым.

– Сними энергощит, – сказал Пламя.

– Ни за что! – У Нурви уже навернулись слезы. – Я чувствую смерть. Ее так много. Повсюду!

– Сними энергощит, если не хочешь сойти с ума, – более настойчивым тоном повторил Пламя.

Нурви провел по запястью ладонью, в которой появилась маленькая золотистая змейка, точно такая же, какую дал Артур перед поездкой на Землю Ари и Ольге.

Пламя посмотрел человеку в глаза. Нурви успокоился и уставился в одну точку невидящим взглядом.

– Ты зачем так сильно воздействовал на его разум? – возмутился Валентин.

– По мере необходимости, – ответил Пламя. – Он чувствует почти как я.

– Пламя! – испугалась Ольга. – Что с тобой?

Ари заметил, что Пламя тоже замер, наподобие Нурви, и смотрит в космос.

– Я отвык, – сказал Пламя. – Отвык от этой щемящей душу боли. От этого гибнущего в агонии мира.

– Ты утверждаешь, что я желал корону? – обратился Пламя к Валентину. – Сейчас у меня есть «Корона Великой Империи», но к чему она, когда империи не существует? Я не мог допустить этого, я должен был любыми способами прекратить войну. И никто, кроме меня, не смог бы этого сделать.

– А ты бы стал действовать, зная, какие для тебя могут быть последствия? – поинтересовался Валентин, не отрываясь от перетекающих фигур управления кораблем.

– Я прекрасно понимал, что в случае провала смертью не отделаюсь.

– Возможно, я в тебе ошибался.

– Ты во мне ошибался. Как все, считал меня злодеем. Но все равно помог – подключил к аватару.

– Ты сто лет просидел за решеткой в теле аватара вот с такими ощущениями? – Геннадий указал на Нурви.

– Когда меня отключали от аватара, оставались только ощущения. – Пламя, похоже, смог совладать со своими чувствами и сосредоточился на приборах.

Нурви тряхнул головой, словно отгоняя наваждение.

– Как ты? – спросил Пламя.

– Как дубиной по голове. – Нурви потрогал голову, убеждаясь, что она на месте и следов от физического воздействия не присутствует, хотя бы на ощупь.

– А эмоции?

– Их нет, – проговорил Нурви после паузы. – Что со мной?

– Ты не чувствуешь отрицательных эмоций.

– Это надолго? – испугался Нурви. – Не хочу стать жизнерадостным идиотом.

– Постепенно пройдет, – успокоил его Пламя.

– Смотри! – Валентин указал Пламени на понятное только морлокам течение фигур. – Такой ситуации не может быть.

– Раз это происходит, значит, возможно. – Пламя внимательно всмотрелся в приборы. – Ситуация и правда странная.

– Что там? – немедля подал голос любопытный Геннадий.

– Сигнал бедствия от двух находящихся рядом кораблей, – озвучил Пламя фигуры приборов.

– Что в этом странного? – удивился Нурви.

– То, что один корабль морлоков, а другой – огненных драконов, – на этот раз за объяснения взялся Валентин. – Но они не ведут бой, а просят о помощи. Оба.

– И что? – продолжал в том же тоне Нурви. – Жить хотят.

– Если бы все так размышляли, держа врага на прицеле, – не было бы войн, – улыбнулся Валентин.

– Когда идет речь о спасении вида, жизнь индивидуума не имеет значения. – Пламени в этом мире было явно не до улыбок. – Морлоки точно должны открыть огонь. Но этого не происходит.

Перед Валентином возникли символы, похожие на буквы.

– Судя по историческим хроникам, драконам никто не помог, – сказал он, изучив данные. – Корабль числится пропавшим без вести. Это один из лучших флагманов огненных драконов.

– Два корабля падают в черную дыру, – сказал Пламя, повозившись со своими символами. – Я просчитал их траекторию: они оба обречены. Давайте посмотрим поближе, что там происходит. Может, удастся кого-нибудь спасти.

– Мы увидим черную дыру – область тьмы, в которую падает бесконечное множество миров! – обрадовалась Ольга.

– Нет, – ответил ей Пламя. – В районе этой черной дыры в космическом пространстве почти ничего нет – увидеть ее можно только на приборах. Когда мы вернемся в будущее, я покажу тебе с безопасного расстояния одну из больших черных дыр, она находится в центре нашей Галактики. Это поистине футуристическое зрелище, хотя наш квазар не назовешь большим в сравнении с другими. Падающие в него объекты нагреваются и отражают свет, таким образом приумножая его, – это невероятная красота гибнущих миров.

Когда они подошли на расстояние, позволяющее кораблю Пламени выполнить визуальный контакт, морлок создал для людей схему, которую они, наконец, смогли понять.

– Корабль морлоков сильно поврежден, даже защитного поля нет, но мощности двигателей все равно хватает, чтобы падать медленнее, чем флагман огненных драконов, – принялся объяснять Пламя. – Я думаю, морлоки, поняв, что им не уничтожить врага, специально заманили драконов в гравитационную ловушку.

– Так почему они не стреляют? – спросил Нурви.

– Морлоки свое дело сделали. Драконы экономят энергию – надеются на помощь. За горизонтом черной дыры время замедляется относительно остальной реальности. Сэкономленная на залпе по врагу энергия послужит огненным драконам дольше, сохраняя их жизнь.

– Посмотри, – указал Валентин точку на карте, где был корабль морлоков. – Антивакуумные бомбы. Если придет помощь морлокам, драконы это обнаружат и уничтожат их корабль еще до начала спасательной операции. В этой ситуации мы ничем не сможем помочь морлокам, – резюмировал Валентин. – А спасать огненных драконов перед нами задачи не стоит. В будущее мы их взять не сможем, а в прошлом, если останутся в живых, они могут внести изменения, которые отразятся на нашем мире.

– Я могу прикинуться огненным драконом и запросить стыковку, – задумался Пламя. – Главное – попасть к ним на борт.

– И что дальше? – нахмурился Валентин.

– Устрою ближний бой.

– Ты думаешь, мы с тобой сможем вдвоем перебить всех драконов на этом корабле? Учитывая то, что мы даже не знаем, сколько их там.