Секрет сфинкса - Катя Брандис

– Думаю, я был бы горным львом, – самодовольно заявил он.

Я положил вилку, поднял глаза и почувствовал, как меня охватывает ярость.

– Нет, – сказал я. Одно только это слово.

Конечно, Марлон обрадовался, что по какой-то причине сумел меня спровоцировать. Ему уже давно это не удавалось.

– Почему нет? – с ухмылкой осведомился он. – Я знаю, наша футбольная команда называется «Бронкс» ^[10], наш логотип – голова дикой лошади, но лошадь у нас уже Мелоди. – Он взял добавку лазаньи. – Наверное, большинство футболистов какие-нибудь хищники. От них требуются сила и быстрота… Может, я был бы леопардом, ягуаром или львом. Они ещё круче пум.

Я всерьёз подумывал ткнуть его носом в тарелку с лазаньей.

– Другая тема – как прошла твоя практика? – спросил Дональд, налив себе виски. Настоящий сурок уже после двух глотков потерял бы сознание и свалился со стула.

Я был благодарен ему за смену темы и начал рассказывать. Рэлстоны посмеялись над историей о скунсе в душевой. Я вспомнил, что Рикберт передо мной в долгу – может, это пригодится мне в будущем? – и в очередной раз порадовался, что выбрал именно эту практику.

Рассказывая о Рикберте, я вспомнил, что он мечтал хоть раз в жизни сфотографировать пуму. Тут я придумал, чем заняться в выходные. За кофе Рикберт как-то упомянул, что хочет попытаться заснять снежную козу.

Солнце ещё только взошло. Я оставил Рэлстонам записку, что этим утром хочу подышать свежим воздухом. То, что я оставил эту записку в полночь и сразу отправился в путь, знать им было не обязательно. Снежные козы водились только на горе Барронетт Пик в северо-восточной части национального парка, за много километров отсюда.

Но я не соврал. Там, где я сейчас находился, свежего воздуха было хоть отбавляй. Я с наслаждением втягивал его носом, прислушиваясь к шелесту ветра, который нашёптывал что-то о весне и щекотал мне усы.

Я в обличье пумы давно уже выследил, где Джейсон Рикберт с другом медленным, размеренным шагом поднимались на гору высотой три тысячи метров. Мой бывший шеф то и дело поднимал глаза и обводил взглядом безлюдный ландшафт, светло-зелёную долину, тёмный ковёр соснового леса и внушительную, покрытую белыми пятнами вершину.

Я дождался, когда они поднимутся на высоту, где среди голых камней лишь изредка попадались разрозненные группы деревьев. Когда они оказались примерно в тридцати метрах от меня, я привлёк их внимание, выйдя из укрытия. Как я и ожидал, они, заметив движение, посмотрели в мою сторону.

Рикберт замер, глаза его округлились. Медленно, чтобы не спугнуть меня, он поднял фотоаппарат. Я почти слышал, как они с приятелем задержали дыхание. Дикая пума уже давно убежала бы от них и спряталась.

Но сегодня Рикберту улыбнулась удача. Я встал так, чтобы восходящее солнце золотило мою шерсть. В горной тишине было слышно, как щёлкнул затвор. Я терпеливо ждал и, убедившись, что Рикберт сделал достаточно снимков, эффектными прыжками скрылся из виду.

За спиной я слышал ликование и возбуждённые голоса:

– Ты это видел?!

– Невероятно! Он был так близко, но совсем не проявлял враждебности!

– Вау, думаю, фотографии получатся фантастические!

Я мысленно улыбнулся и, бесшумно повернувшись, отправился обратно.