Оскал столицы - Алексей Богородников

— Я! Рождена! Чтобы править! — тихо вскричала она, стукнув по столу.

К сожалению, в этот момент Харид Реадилий, сделал паузу, набирая воздуха в грудь для следующего тезиса, и несколько не своевременное высказывание её высочества было слышно примерно для всех присутствующих. Надо спасать любимую принцесску.

— Я брошу к вашим ногам весь мир, ваше высочество, — пылко пообещал в громовой тишине. — Даже северные королевства приползут клянчить тень от вашей короны!

Аиша хитро улыбнулась, и я понял, что сейчас конкретно попал со своим длинным языком.

— Принимаю твоё обязательство, Джерк Хилл, — ласково произнесла она, — и не сомневаюсь в нём. Ты самый ответственный человек из мне известных: как в жизни, так и по летописям. Путь, выбранный тобой тяжел, но ты пройдешь его до конца.

Наверно мне следовало обтекать от ужаса груза, взятых на себя проблем. Даже темноволосый паж принцессы, гневно и яростно зыркавший на мои пришептывания на ушко Аише, слегка побледнел от масштаба задачи, что я на себя подписал.

Но после «до конца» Аиша добавила беззвучно одними губами «со мной», а обложка тетрадки, про которую принцесса совсем позабыла, наклонилась, обнажив за собой довольно милый рисунок, набросанный простым карандашом.

Лицо юноши с наглым взором, коротко стриженного, с узнаваемыми любопытными глазами, правильным овальным лицом. На него была надета корона, на щеке красовался обвод губ в виде поцелуя, а рядом примостилась короткая и трогательная подпись. «Люблю».

— Хм, — откашлялся Харид Реадилий, — на этом наша лекция закончена, желающие могут сделать взнос для сохранения и преумножения культурных письменных ценностей нашей Родины.

Я поднял руку.

— Сто золотых от самурского КОМа, шан Реадилий, примите со всем уважением.

Сумма большая чем тратил король на ежегодное содержание Королевского собрания летописей. Потому что Джерк Хилл серьезный пацан и может себе такой солидный жест позволить. Ведь он будущий властелин мира.

В смысле, будущий муж будущей властелинши мира.

Глава 24

Не знаю на что и как тратят свои средства большинство попаданцев. Возможно на оружие, еду, землю, свои проекты. В конце концов, золото — это всего лишь ресурс. Его надо постоянно использовать. Конечно не на бессмысленные вещи, вроде бухалова и развлечений: фонтаны из вина, малолетних куртизанок, раздачу слонов и шествия голых карликов. Такое сами горожане не одобряют. Поучаствовать могут, даже спасибо скажут, но в душе, а втихаря, через полгодика и публично осудят. Даже несмотря на некоторое такое лицемерие, я с ними согласен.

Нерон для Рима круглый год праздники вдобавок устраивал, даже свои придумал — Неронии, а сдох как собака уличная. Он сам себе злобным Буратиной оказался, но вкусам плебса потакать, ни разу не эффективно.

А вот вырастить из быдла человеков — это прям топ-инвестиции. Самое выгодное вложение капитала.

Сто золотых Королевскому собранию, собравшихся сильно ошеломили. Это же неплохой такой домик можно купить, пусть не в центре столицы, но подыскать в приличном районе вполне по силам. Никто столько не жертвовал ни разу, самое большее пять золотых принцесса вносила.

Она понятно почему — книги любит, отношения с Хранителем хорошие. Но и Аиша большего даже не думала тратить. Потому что зачем? Что за это можно получить принцесса, которая спокойно может забуриться на целый день в Собрание и не выходить оттуда, пока мамка за ручку не выведет?

Да что вообще можно получить от ста золотых пожертвований — репутацию? Известность?

Всё перечисленное у принцессы есть, смысла тратиться на Собрание нет.

Если только ты не собираешься поменять подход к управлению, кадрам и приоритетам на бюджетные траты в графу наука. Такая заявочка: чуваки в очках — внимание, на вас сейчас посыпятся золотые. Ожидаем отдачи в виде бешеной рецепции интеллекта по всей карте государства.

По крайней мере у ошеломленного Харида я быстренько выбил согласие посетить с лекциями Самур после новогодних праздников. Виселицы с развешанными бандитами устарели. На площади Влюбленных будут публичные научно-исторические лекции с демонстрацией трофеев и торговлей пирожками по сниженным ценам.

Разобравшись с Харидом, я вернулся к девчулям.

— Вин-вин, — щегольнула словечком от меня принцесса, — никто не уснул на чтениях, мы должны друг другу по желанию.

Я искоса глянул на Аишу краем уха. Да, именно так я обозвал про себя партизанский взгляд на жемчужину шайнской короны. Основной мой взор был прикован к графу Сентенте: со скорбным лицом невинно осужденного за экономические преступления, граф иллюминировал толпу, огромным на пол-лица фонарём. Двигаясь почему-то в моём направлении.

— Ха-ха, — проследила за моим взглядом Аиша, — его ногами что ли по лицу пинали?

Милая словно хаски, бриллиантами сверкают глазки, принцесса из моей сказки, губки ждущие ласки… так, постойте-ка!

«Эй, внутренний голос, какое у нас стоп-слово?»

«Отстань от меня», — пробормотал внутренний стервец, представляя принцессу в купальнике — «может быть, королевский палач?»

Всю оперативную память занял этим видением, как я сдержался, не понимаю.

— Слишком много радости, Аиша, — постно сказал ей, — видишь человеку плохо. С такой миной на лице недалеко до взрыва. А забрызгает всех.

Граф дополз до Каноссы, то есть до меня и вежливо поздоровался с принцессой, потом со мной, затем с Син. Пажа он проигнорировал. Опасное заблуждение. Тот довольно мелкий, но уже умеет раздражать по-крупному.

— Ваша милость, — после экивоков о том, как прекрасно выглядит принцесса и её спутница, обратился ко мне граф, — имею честь сообщить вам, что цена древесного черного угля будет составлять треть золотого за короб.

Мне показалось я ослышался.

— Треть золотого? — уточнил я, — с вашей поставкой.

— Да, по реке, — подтвердил граф с плаксивым лицом, — дотянем по Гирайну к Эрайну у Самура.

Чтобы вы понимали: из кубометра твердой породы хорошего дерева, из которой черный древесный уголь и получают, выходит в лучшем случае одна пятая, ладно может чуть больше, её веса угля. А ведь там, на производстве, еще маг воздуха работает кроме углежогов. Денег он требует, как вся бригада. Затраты довольны велики, по сравнению с выходом. Цифр я не помню, но из кубометра дуба, после усушки выйдет килограмм шестьсот дров, то есть стокилограммовый короб с небольшим, черного древесного угля.

«Слава Создателям за внедрение стандартных мер в этом мире.» — так выглядела моя первая