Пурград - Артем Рудик

Как и водилось на подобных мероприятиях, чтобы поговорить приходилось орать на ухо во всё горло. Таким образом, Аврора и спросила у Шона, выцепив того из толпы распущенных пьяных девиц:

— Как там дела у того милого волчка, которого ты приводил? Он не придёт, случаем?

— А что, надумалось укусить его за хвост?

— Он довольно миленький! Так что мне бы и правда хотелось с ним… ну хотя бы потанцевать этим вечером. Он бы, конечно, застеснялся, но от этого стал бы лишь милее.

— Боюсь тебя расстроить, но Мистраль уже занят.

— Когда это было проблемой?

— В этот раз это действительно проблема. Даже для тебя, дорогуша.

— Это ещё почему?

— Ну… его пассия очень особенная девушка. Я конечно её ни разу не видел вживую, да и славно. Нутром чую, такая с лёгкостью выпустила бы мне кишки, при первой же встрече. Что уж говорить о тебе.

— Вот вечно хорошеньких парней тянет на дрянных и опасных девчонок!

— Тебе бы жаловаться…

Шон тут же получил шуточную затрещину и всё же не сдержал свой звонкий смех.

— Я вообще-то действительно расстроена! Ну ничего, я ещё попытаю удачу после этой вечеринки! — самонадеянно заявила козочка.

— Если эта вечеринка когда-нибудь закончится…

— И я о том же! Пусть она будет бесконечной!

Оба залпом осушили бутылки, и тут же слились с толпой, пребывающей в состоянии тотальной эйфории. Это был единый многоголосый организм, что искрился счастьем посреди мрака. И становился последним уголком порядка, посреди тотального космического хаоса. Это был единственный и самый последний рейв в пределах миллионов и миллиардов световых лет.

--

И если меток был костер

И взвился парус дыма синего,

Шагай в пылающий шатер,

Огонь за пазухою — вынь его.

--

Приказ Леванта начали приводить в исполнение. Но, как и следовало ожидать, когда Гончие начали стрелять по толпе, зависая на броневиках над шумящими улицами, бунтарей становилось только больше. Каждый убитый порождал с десяток новых недовольных. Они шли крушить всё, до чего могли дотянуться. Они были ведомы жаждой мести, но уже не за Галлера, а за все те идеи что он пропагандировал. Они были чистой яростью и ненавистью.

Витрины разлетались миллионом осколков. Машины переворачивались и поджигались. Неоновые вывески разбивались и отключались. Чудом уцелевшие бесшёрстные, обвинённые нынче во всех бедах, массово летели вниз, к своим собратьям у подножья небоскрёбов.

Люди самого нижнего, мусорного уровня, были крайне поражены явлением "человеческого" дождя и массовым падением трупов на мусорные городки. Все крыши самодельных хибар были заляпаны кровью и ошмётками тел. Дети плакали. Женщины плакали. И мужчины тоже плакали. Они все понимали, что скоро разделят великое горе со своими чистыми собратьями с верхнего города.

А наверху, тем временем, всё больше зверей присоединялось к протестам. На улицах стоял вой и грохот. Местами толпа сталкивалась с кровожадными мутантами. Обыденно они пожирали с добрый десяток горожан, пока их наконец не давили числом и не забивали всей толпой. Казалось, что у озверевших монстров с обоих сторон, не было никакого чувства самосохранения, лишь чистая злость.

Гончие тоже пытались охотиться на мутантов и ставили именно их в свой приоритет. Но им просто не хватало лап для того, чтобы остановить безумие. Их хватало только чтобы ещё больше подливать масла в огонь, слушая очередные приказы Леванта о силовом решении проблем.

По толпе заряжали и очередями, и слезоточивым газом, и взрывчаткой. Но зверей было столь много, что на всех едва ли хватило бы заряда батарей энергетических винтовок. Да и толпа, не то чтобы давала себя в обиду. Сначала, конечно, они просто закидывали броневики камнями и вообще всем, что попадалось под руку. И это слабо работало.

Но затем к делу подключилось гражданское оружие, что у многих горожан лежало в закромах. В Пурграде была разрешена свободная продажа оружия, и потому у многих были хотя бы личные пистолеты. А у некоторых даже заваливались мощные энергетические пищали, способные порушить с одного выстрела толстую бетонную стену.

Удивительно ли, что броневики стали усиленно сбивать, когда к бунтовщикам подкатила такая артиллерия?

--

И где ночуют барыши,

В чехле стекла, где царский замок,

Приемы взрыва хороши

И даже козни умных самок,

Когда сам бог на цепь похож,

Холоп богатых, где твой нож?

--

Фалькон вскочил на обожжённый и завалившийся на бок броневик Гончих. Используя свой имплантат для усилинения голоса он обратился к бурлящей толпе, с пламенной речью:

"Друзья! Пора прекратить вековое господство Правительства! Пора покончить с Гончими, которые защищают корпорации, которые прикрывают бесшёрстных! Они все желают нашей смерти! Нашего истребления! Они делают всё ради благ меньшинства, незначительной доли нецивилизованных дикарей и горстки сверхбогатых ублюдков! А мы, властители и вершители судеб, ныне обязаны подчиняться группке едва-едва способных договориться прожигателей жизни?

Мало того, что они не уважают нашу волю, так ещё и всячески затягивают решение городских проблем. Будь это нарочно или случайно, можно чётко утверждать, что финансовые советы корпораций не справляются с управлением городом. Они способны только наживаться на нас!

В городе сейчас, около двадцати корпораций и каждая является монополистом в своей сфере? Разве это справедливо? Разве может такое количество зверей, каждый из которых ищет своей корыстной выгоды, договориться? Нет и ещё раз нет!

Нам нужна сильная рука и волевой лидер, что заменит этот разброд и шатание! Нам нужен зверь, который объединит всю нацию вокруг себя и радикально, раз и навсегда решит проблему бесшёрстных! И я дам всем нам этого лидера! Это буду я. Почему я?

Что ж, у меня очень простая программа. В ней всего три пункта:

Первым делом, мы выдворим все двадцать корпоративных боссов из города, сбросим их с Аркадии в пропасть, и подчиним все корпоративные институты, службе нашей славной породе! Этим же пунктом мы покончим с гегемонией собачьих и позволим всем жителям жить в Шпиле! Каждый ныне сможет сменить свой облик на собакоподобный и ни у кого не будет к этому препятствий, исключая, разумеется, в данный момент необходимую роль для общества.

Далее, вторым пунктом, мы решим вопрос бесшёрстных. Все их ждёт немедленный геноцид. Ибо людям, которые остаются на предыдущей генетической ступени и не хотят развиваться до ницшеанского сверхчеловека уготована лютая гибель. Как то и было задумано самой природой: слабые должны вымереть сами или им необходимо в этом помочь! Каждый недоразвитый лысый обезьяныш получит положенное в полном объёме.

Третьим же пунктом, я решительно наведу