Доктор Крюк - Виктор Гросов

— Твой бриг? — переспросил Филипп, и в его голосе мелькнула насмешка. — В порту только один бриг. Это тот, что еле держится на плаву? Я видел его в порту. Мой корабль быстрее и лучше вооружен. Если мы хотим добраться до острова и не попасть в лапы другим пиратам, «Леди Грей» — лучший выбор.

— Может, и быстрее, — парировал я. — Но этот бриг — моя территория. Я не собираюсь рисковать сокровищами и быть зависимым от твоей бригантины. Кто знает, что ты сделаешь, когда мы найдем клад?

Он открыл рот, чтобы возразить, но я поднял руку, обрывая его:

— Давай без споров. Предлагаю встретиться завтра в порту, у причала. Там осмотрим оба корабля, прикинем, что к чему, и договоримся. Идет?

Филипп сжал губы, но кивнул. Он явно не хотел терять контроль, но понимал, что сейчас не время давить. Анри пожал плечами, будто ему все равно, а Маргарет хмыкнула, но промолчала. Я встал, сгреб карту со стола и сунул ее в карман куртки.

— Тогда до завтра, — бросил я, направляясь к двери. — Встретимся в порту на рассвете. И, Филипп, не забудь свою клятву — ты обещал довести нас до острова.

Он кивнул, глядя мне в спину, а я вышел из «Рыжего Краба». Влажный воздух Сент-Китса обволакивает меня, как старое одеяло. Солнце уже садилось, окрашивая небо в багровый, а порт гудел — скрипели снасти, орали матросы, где-то вдалеке звякал колокол. Я шел к своему бригу, и мысли крутились, как штормовые волны. Филипп знает, где остров, и это мой козырь. Но его бригантина. Нет, я не отдам ему власть. Сокровища — мои, я их найду, я собрал карту, я вырвал их из рук судьбы. И защищать их буду на своем корабле, даже если бриг выглядит, как старуха после шторма. Надо бы ему имя придумать. А то бриг, да бриг. Как его назвать? Я был на круизном лайнере «Принцесса Карибов». Пусть так и именуется. Бриг «Принцесса Карибов». Мне нравится.

Добравшись до причала, я ступил на палубу «Принцессы». Доски скрипнули под ногами, запах смолы и соли ударил в нос. Мой дом. Моя крепость. Я прошел к борту, глядя на темную воду, где отражались первые звезды.

Завтра в порту решим, на чем плывем, но я уже знал: если и соглашусь на «Леди Грей», то только с условием, что «Принцесса» пойдет следом. Сокровища Дрейка слишком ценны, чтобы рисковать ими на чужой палубе.

Я лежал в гамаке, покачиваясь под скрип снастей и плеск волн о борт брига. Ночь раскинула свое черное покрывало над Сент-Китсом, звезды мигали, но сон не шел ко мне, хоть ты тресни. Вежа только что расписала мне, как можно улучшить мой бриг: корпус — 5 000 очков, паруса — 7 000, пушки — 10 000. Итог — почти весь мой запас в 23 689 очков влияния улетит в трубу. Я чуть не расхохотался вслух от такой наглости. Нет уж, Вежа, не выйдет! Я не собираюсь выкладывать все, что нажил потом и кровью, ради пары новых досок и железяк. Зачем, если можно подождать? Ранг «Староста» маячил где-то на горизонте — 21 000 очков я уже перевалил. Ладно, если не найду денег, то потрачу очки влияния.

Я уже примерно раскусил ее логику: чем выше ранг, тем дешевле плюшки. Жадность? Может быть. Но я не дурак, чтобы разбрасываться очками, как пьяный пират дублонами в кабаке.

«Вежа», — мысленно позвал я, — «а если я открою „Старосту“, улучшения подешевеют, да?»

«Носитель, информация о бонусах следующего ранга будет доступна после его достижения», — холодно отрезала она, как всегда уклончиво.

— Ну и жмотина же ты, — буркнул я вслух, качая головой.

Ладно, подожду. Не горит.

Спать не хотелось. Я вылез из гамака. Ноги сами понесли меня по палубе — от борта к борту, вдоль пушек, которые поскрипывали на своих местах. На всем судне только и осталось что постель капитана и половина пушек, которые так и не уместились на «Грозе». Запах соли и смолы успокаивал, но мысли все равно гудели. Завтра в порту решим с Филиппом, на чем плывем, а я уже знал: «Принцесса» — мой козырь, и я не отдам ее ради какой-то там бригантины. Пусть «Леди Грей» хоть трижды быстрее, но свои сокровища я буду держать под контролем.

Но как починить мою «Принцессу»? А главное на какие шиши?

Неподалеку, у мачты, послышалось сонное сопение. Я пригляделся — юнга Сэм, тот самый парнишка, что помог мне избавится от тела Люка, дрых, свернувшись калачиком в старом одеяле. Его худые плечи торчали из-под тряпья, а светлый чуб свисал на лоб. Я хмыкнул — вот ведь живчик, спит, как дома, пока я тут мозги ломаю. Подошел ближе, пнул слегка ногой по его ботинку.

— Эй, Сэм, просыпайся. Не дело юнге храпеть, когда капитан не спит.

Он дернулся, заморгал, потирая глаза кулаками, как ребенок.

— Док? — пробормотал он, садясь. — Чего не спите? Ночь ведь.

— А ты чего дрыхнешь на моем корабле? — усмехнулся я, присаживаясь рядом на ящик. — Весь корабль, поди, уже знает, что я теперь хозяин брига. Слухи у нас быстрее ветра разносятся.

Сэм ухмыльнулся.

— Ага. Еще утром ребята на камбузе шептались, что вы выкупили бриг у Роджерса. Говорят, 20 000 дублонов выложили. Это ж сколько ран надо заштопать, чтобы столько скопить?

Я хмыкнул, скрестив руки. Ну и скорость у этих сплетников! Не успел я чернила на бумаге с Роджерсом просушить, а они уже все разнюхали. Пиратский корабль — как деревня: стоит одному чихнуть, и к вечеру все обсуждают, где он простудился.

— Слухи — они такие, Сэм, — сказал я, глядя на него. — Быстрее пушечного ядра летят. А ты что думаешь? Хорош бриг?

Он пожал плечами, но в глазах загорелся огонек.

— Хорош, капитан. Старый, конечно, но крепкий. И пушки ничего, если почистить. Только бы Роджерс не лютовал, что вы его бросили.

Я кивнул. Сэм был простым парнем, но башковитым. И честным — это я еще по истории с Люком понял.

Сэм вдруг замялся, потупил взгляд, будто хотел что-то сказать, но не решался.

— Чего мнешься, как девка перед танцем? — подтолкнул я. — Выкладывай.

Он кашлянул, глядя на свои драные башмаки.

— Док… а вы… ну, вы ж теперь свой путь держите, да? Команду набирать будете? Я