Черный Маг Императора 27 - Александр Герда

— Звучит полезно, — заинтересовался я. Такая штука мне в хозяйстве точно пригодится!

— Чрезвычайно, — сказал Щекин и начал перечислять компоненты, которые лежали в данный момент на алхимическом столе. — Огнецвет, морозная смола, часть оранжевого магического кристалла для стабилизации структуры и тяжелая вода.

— Борис Алексеевич, а магический кристалл обязательно оранжевый? — спросил я.

— Обычно этого достаточно, — ответил наставник. — Можно использовать кристаллы лучшего качества, но практического смысла в этом немного. Действие эликсира остается практически тем же.

— Понятно, — кивнул я.

— Теперь смотри сюда, — Щекин указал на необычную разделенную горелку, которую я впервые увидел в своей практике. — Это горелка специально для таких опытов. Хотя она только называется горелкой, а на самом деле это сложный алхимический прибор двойного действия. Здесь сразу два независимых источника подачи магической энергии, снизу тепло, с боков заморозка.

— Получается, она, по сути, артефакт? — уточнил я, внимательно изучая новый для себя прибор.

— Да, — кивнул Компонент. — Теперь бери вот эту колбу, наполняй ее тяжелой водой. Ставь на горелку. Вот так. Бери огнецвет. Куда ты все потащил?

— А сколько? — спросил я, решив, что раз здесь десять листков, то столько и нужно для Хладопламенного Тоника.

— Пять листьев, больше ни к чему, — ответил Щекин. — Теперь кристалл. Когда он полностью растворится, нужно активировать разделительный барьер, а затем добавить морозную смолу. Если ты все сделаешь правильно, то через десять минут у нас будет Хладопламенный Тоник.

— А если я что-то сделаю неправильно, то у нас не будет этой лаборатории, — предположил я. — Я правильно понимаю?

— В данном случае вряд ли, — ответил наставник и почесал нос. — Пропорции маловаты. Но лучше не экспериментировать и все сделать как нужно, Темников. Внимательно изучи формулу и, если все понятно, можешь приступать. На первый раз разрешаю тебе поглядывать, если забудешь.

— Хорошо, — кивнул я, затем взял в руку лист бумаги и спустя немного времени вернул его на место. — Вроде бы несложно, Борис Алексеевич.

— Тогда к барьеру, сударь, — сказал он и сделал шаг назад.

Несмотря на то, что формулу разделительного барьера я запомнил, все-таки решил на всякий случай воспользоваться разрешением наставника и пододвинул бумагу с заклинанием поближе.

После этого еще пару минут внимательно смотрел на магический кристалл, который с каждой секундой становился все меньше, и как только он полностью растворился, активировал барьер. Возможно мне показалось, но на поверхности ярко-красной жидкости, в которой плавали листья огнецвета, как будто появилась практически незаметная серебристая пленка.

Я обернулся и посмотрел на Щекина, ожидая, что он как-то даст мне понять — прав я, или мне только кажется, будто там появилась пленка. Однако, Компонент молча смотрел на меня и даже глазом не моргнул. Ладно. Значит будем считать, что пленка там появилась. Если что-то взорвется, то сам будет виноват!

— Мальчик мой, не нервничай, мне тоже показалось, что в колбе что-то блеснуло, — подбодрил меня Дориан. — Ну а даже если рванет, то не сильно. Иначе чего бы вдруг твой Щекин торчал рядом с тобой?

Согласен, это обстоятельство обнадеживало. Не думаю, что Борис Алексеевич стал бы молчать, делай я нечто такое, от чего могла пострадать его любимая лаборатория в подземной оранжерее.

Признаюсь честно, очень непросто осторожно опускать морозную смолу в колбу, зная, что в ту же секунду может рвануть, однако я старался. Как только кусок морозной смолы опустился в колбу, внутри нее появилось облачко серого тумана, которое зависло прямо над парующей огненно-красной поверхностью, не смешиваясь с ним.

— У меня получилось… — радостно сказал я и посмотрел на Щекина, который изо всех сил старался не улыбнуться. — Разделительный барьер сработал!

В этот момент внутри колбы раздался необычный звук, который был одновременно похож на громкое шипение и хруст льда. Жидкость внутри разделилась пополам ровной невидимой линией и теперь с одной стороны колбы бурлило, а с другой стороны жидкость покрылась тонкой ледяной коркой. Самое интересное, что под ледяной коркой эликсир остался жидким. Выглядело эффектно, что тут скажешь.

— Круто, Борис Алексеевич, — одобрительно сказал я.

— Согласен, мне тоже нравится, — кивнул Компонент. — Еще красивее это выглядит, когда три или четыре раздельных компонента. Но до этого вы еще не доросли, Темников. Пока же, я тобой доволен. Я тебе разрешаю использовать разделенную горелку, чтобы приготовить Хладопламенный Тоник когда тебе захочется. Только не забывай об осторожности и бережнее обращайся с горелкой. Это вещь дорогая, сломаешь — купишь новую.

— Спасибо, Борис Алексеевич, — поблагодарил я его и посмотрел на колбу. — Горелку можно выключать?

— Да, выключай и переливай тоник в пузырек, — разрешил наставник. — Не бойся он уже не взорвется. Разделительный барьер будет работать до тех пор, пока ты его не выпьешь.

Я выключил горелку, подобрал в шкафу подходящий пузырек, затем взял в руки колбу и понюхал содержимое. Пахло приятно. Как будто запах корицы смешали со свежим морозным воздухом. Стараясь не разлить ни капли, я перелил эликсир в пузырек, тщательно закупорил его и посмотрел на свет.

Жидкость внутри по-прежнему была разделена на две ровные половинки — прозрачную и огненно-алую. Здорово!

— Твой первый Хладопламенный тоник, Темников, поздравляю, — сказал наставник и начал убирать горелку. — Советую дать ему настояться хотя бы сутки. Тогда вкус будет не очень резким. Когда попробуете, расскажете мне свои ощущения.

— Еще раз спасибо вам за науку, Борис Алексеевич, — вновь поблагодарил я его, затем спрятал пузырек и начал помогать ему с уборкой.

— Что-то хочешь спросить, Темников? — озадачил меня неожиданным вопросом Компонент спустя несколько минут.

— Да… Борис Алексеевич, сегодня же было не штрафное задание в обычном смысле… — сказал я, елозя тряпкой по алхимическому столу. — Если по-честному, почему вы учили меня этому именно сегодня?

Он замер на мгновение, затем повернулся ко мне и сказал:

— Потому что мне жалко тратить твой потенциал на собирание слизняков, — ответил он, глядя мне в глаза. — Во всяком случае, иногда.

Щекин окинул взглядом лабораторию и всучил мне в руки свою тряпку.

— Дальше, надеюсь, справишься сам, — сказал он, пока я стоял как истукан с двумя тряпками в руках. — Спокойной ночи, Темников. Постарайся здесь ничего не взорвать во время уборки, хорошо?

— Постараюсь, Борис Алексеевич, — улыбнулся я. — Вам тоже спокойной ночи…

Глава 24

С уборкой подземной оранжереи у меня проблем не