Студент в СССР 2 - Ал Коруд

Ильича в Кремле нет уже лет семь, а все равно его здесь помнят. С хорошей стороны. Всей той накипи, прилипшей к нему в последние годы жизни, в этом варианте истории Брежнев сумел благополучно избежать. Почетный председатель партии. Восседавший всегда в президиуме и катавшийся по миру в поисках новых друзей и союзников. Леонид Ильич — очень жизнерадостный человек, располагать к себе он умеет. Так что государственное обеспечение отрабатывает полностью. Интересно, смогу ли я повидать его? Или он напрямую с потомками не общается?

Сколько нас здесь, вообще? Каков наш статус? Как себя вести? Столько вопросов сразу напрашивается. И на них эти два унылых товарища мне точно не ответят. Они лишь функция, шестерёнки в механизме. Как бы самому такой не стать!

Я и не заметил, что мы выехали из городских кварталов с другой стороны столицы. Это не тот район, где позже будет резиденция нашего бессменного президента, допустившего всю эту фигню? Жилые и промышленные здания сменились лентой леса, и вскоре мы въезжали в открытые ворота, ничем не отличающиеся от тех, за которыми скрываются многочисленные вокруг Москвы воинские части. Зуб даю, что это специально сделано для маскировки.

И точно! Если сразу за воротами я заметил несколько человек в военной форме, то дальше попадались лишь гражданские фигуры. Обстановка больше напоминала некий ведомственный санаторий. Много зелени, скрывающиеся в глуби за деревьями двух— и одноэтажные здания. Пешеходные дорожки, беседки, открытые павильоны. А неплохо они тут устроились! Даже стало на минуту завидно.

— Это одиннадцатый, подъезжаем.

Говорил агент в обычную телефонную трубку. Я знал, что это образец самой настоящей сотовой связи. Да, она была придумана в Советском Союзе очень давно. Жаль, что не для всех.

По крайней мере в Центре догадались послать встречать новичка знакомого человека. Хоть мы и встречались лишь пару раз, да несколько созванивались, но я был чертовски рад видеть Ярослава Зайцева. Он сейчас одет по-летнему. Легкие слаксы и тенниска, так отлично подходящие для его подтянутого тела.

— Рад приветствовать нашего северянина, — мой связной приятственно протянул руку и жестом отпустил порученцев.

— Я бы так не сказал.

— Не ершись! Тебе и так фору дали. И кое-кто наверху сим фактом весьма недоволен. Не того ты, Серж, еще чина, чтобы выёживаться.

— Да плевать! Зато столько дел наворотил.

— Наслышан! Загорел как на югах! Ты точно копал на южном побережье Белого моря, а не северном Черного?

— Северный загар крепче!

— Ну труд на пользу. Пойдем, нас уже заждались.

Встретились мы с моей «группой поддержки» в небольшом прохладном павильоне, сплошь увитом зеленью и цветами. Здесь, видимо, предпочитали работать на свежем воздухе. На столах вольно расположились пишущие машинки, открытые блокноты и тетрадки, телефоны и даже самый настоящий ПиСи-компьютер. Сидевший в кресле-качалке с кружкой чая странноватый человек радостно подскочил с места и ринулся ко мне с объятиями:

— Коллега!

Ярослав ухмыльнулся:

— Это наш Проф. Разглядел в тебе ученого человека.

Видимо, я ожидал увидеть некоего сумасшедшего профессора в стиле знаменитого фильма «Назад в будущее». Но предстал перед моим взором относительно молодой кучерявый мужчина, здорово смахивающий на артиста Ленькова. Тот частенько играл чудаковатых героев. Хотя чего я ожидал? Если они попали сюда лет восемь назад и также приняли молодой образ, то и не должны быть старыми, наоборот — полными сил мужчинами и женщинами.

Вторым подошел серьезный молодой человек в очках с толстой оправой. Судя по плотному телосложению и пухлым щечкам, он любил покушать.

— Евгений Николаевич.

— Женя, не выёживайся! — третий, точнее, третья участница нашего «банкета» меня здорово удивила. Раскрашенная в вечерний макияж девица в вызывающей мини-юбке оценивающе скользнула по мне взглядом и грациозно протянула руку. — Маргарита!

— Очень приятно!

Я не преминул приложиться к изящной ручке, вызвав благосклонную улыбку девушки. Хотя какая она к черту девица, тридцатник точно есть! Но выглядит весьма неплохо. Каштановые волнистые волосы, синие глаза, подчеркнутый излом бровей. Такое фактурное лицо не сразу и забудешь! Маргарита в ответ на мое восхищение мне мило улыбнулась и развернулась обратно, отчаянно крутя в походке бедрами. Хороша фифа! И какая подтянутая попка!

Я откровенно залип на нее и лишь потом заметил ухмыляющееся лицо Ярослава.

«Этой „девушке“ сто лет в обед, остолопина!»

— Маргарита Львовна, вы бы вели себя поприличней.

Евгений нарочито фыркнул и бухнулся обратно к своему компьютеру. Марго обворожительно улыбнулась пухляшу в ответ и тряхнула копной волос:

— Зачем, Женечка? Я еще молода и могу показать всем свои прелести.

Ярослав откровенно заржал и повел меня к столу, заставленному всевозможными бутылками, тарелками с закусками и сладостями. Открытый буфет! Я тут же откупорил бутылку минералки, жадно приложившись к воде и осматривая здешний паноптикум.

«Понятно, Женя — админ, задрот. Ярик — силовая разведка, Проф — всеобщая умница, а Марго скорее всего в этой банде для ведения переговоров с аборигенным руководством».

В общем, как оказалось позднее, я угадал.

Часа два мне всем скопом проводили «Курс молодого бойца». Оказалось, что сделать это должен был в начале июня еще Ярослав. Когда состоялась наша первая встреча. Но я тогда был так занят, что знакомство с Центром пришлось отложить. И несмотря на категорическое недовольство высокого начальства моим «ангелом-хранителем» оказался Проф, в миру Дмитрий Иванович Прохоров. Младший научный сотрудник одного из многочисленных оборонных НИИ в этом времени. После попадания он будущий вселился в тело своего же двойника, быстро удивив руководство института излишне передовыми для этого времени открытиями.

В исчезнувшем будущем Прохоров являлся крупным ученым, одним из создателей искусственного интеллекта. Понятно, что новые разработки тут же засекретили. С ученым пожелали пообщаться люди из органов, а одним из них будто бы случайно оказался Ярослав. С них-то, собственно, и началось создание этого самого Центра. Не знаю, как он назывался официально, но все его обычно именовали именно так коротко. Все равно мне со здешним официозом сталкиваться скорее всего не придется.

Я же вошел в число так называемых «агентов роста». Тех, кто может и на собственном месте оказать некое воздействие на будущее. Собственно, потому мне и дали время, чтобы закончить раскопки. Сам ученый Проф безмерно уважал научные изыскания других попаданцев. Согласно его теории каждый из нас мог внести собственную лепту в дело изменения хода истории. Это, если пересказывать все услышанное мной в общих понятиях.