Препод - Александр Курзанцев

— И вас даже не насторожили мои вещи?

— Миссис Шонс сказала, что это от бывшего постояльца, с которым случилось несчастье. Я думала, она имеет в виду, что он умер, поэтому просто убрала их в коридор. Мне даже в голову не пришло, что это были вы.

— Ну не плачь, — принялся успокаивать я её, — ничего, на самом деле, страшного не произошло.

— Но как быть? У меня нет больше денег чтобы снять другую квартиру.

Я увидел, что Альтина закусила губу в растерянности, а глаза наполнились слезами. Невольно пожалел студентку. Не было в ней той уверенности в себе и стойкости, что присуща подросткам, рано вкусившим самостоятельности. Скорее всего до поступления в академию она жила в семье, где ей не приходилось думать о заработке или помощи родителям. Росла этаким комнатным растением.

Родители, вероятно, опасаясь необоснованных трат, заставляли оплачивать жильё заранее сразу на полгода, чтобы у дочери было меньше проблем. И только жадность старухи Шонс сыграла с ней злую шутку.

— Так, только без слёз, — решительно пресёк я попытку девушки разреветься, — сейчас всё решим. Ты давай, пока оденься, а я пойду позову хозяйку.

Выйдя из спальни, я прикрыл дверь, давая Альтине возможность спокойно привести себя в порядок, а сам, пройдя к лестнице, громко крикнул вниз, на первый этаж, где было подозрительно тихо:

— Миссис Шонс, будьте любезны, подойдите-ка к нам.

Постояв с минуту, и не слыша шевелений в ответ, я прокашлялся и повторил уже громче:

— Миссис Шонс, или вы добровольно придёте сюда, или я вас принудительно поведу в магистрат.

— Иду я, иду, — раздалось сварливое карканье и, злобно позыркивая на меня левым глазом, старуха возникла у лестницы и стала тяжело подниматься наверх, поминутно кряхтя и всем видом показывая как ей тяжело.

Очередная игра. Видел я, как она лихо в маршрутную телегу заскакивала, расталкивая всех, успевая на ходу собачиться с другими такими же бабками, как и она направляющимися утром на городской рынок.

Вот тоже, средневековый городской транспорт, оказывается. Длинная телега, с рядами скамеек и кучер с парой коней в упряжке. Мест на двадцать, если сидя, но в часы пик на эту телегу и тридцать, и больше залазило. Проезд медяк. Лошади у кучера давно приученные по маршруту сами ходить, а он только сидит, да с кнутом в руках зорко одним глазом назад поглядывает, — пассажиров считает. Если кто безбилетником или на ходу заскочить решил, под шумок, ловко только кнутом щёлкнет, и хитреца с телеги сдувает как ветром.

Хозяйка тем временем доползла до второго этажа и остановилась в коридоре.

— Что же вы стоите, — любезно произнёс я, — давайте вот, хотя бы в кабинет пройдем.

В этот момент из спальни показалась Виолар в униформе академии и решительно направилась к нам. Глаза у неё были сухи, а губы поджаты, и весь вид говорил о боевом настрое, без боя она явно сдаваться не собиралась.

Я одобрительно качнул головой, такой девушка нравилась мне больше.

Стол с креслом в кабинете стоял всё там же, поэтому, показав Альтине на кресло, сам я присел на краешек стола, скрестив на груди руки. После чего мы оба стали сверлить взглядами миссис Шонс.

— Ну чего! — не выдержала та, — не ожидала я, что тебя так быстро вылечат. Сказали, что тебе руки под корень оторвало, наново их делать, а это же долго, наверное год, а может и вовсе, а ты вон, через три декады уже, нарисовался.

— Ага, — покивал я, — и разом испортил вам такой замечательный гешефт. Оплата за квартиру в двойном размере. И с мисс Виолар и с Академии за меня.

— Я женщина старая, небогатая, — принялась тут же давить на жалость бабка, сменив тон, — каждая медяшка на счету. Знаете сколько в магистрате за дом сейчас налога дерут? Чуть ли не в убыток себе сдаю, практически даром…

Я зевнул, затем вздохнул и произнёс:

— И не стыдно старой женщине врать? В общем, возвращаете мисс Виолар всю сумму, что получили вперёд и, так и быть, я забываю об этом инциденте и не иду в магистрат и к начальнику городской стражи.

— Нечего возвращать, — буркнула та, — кончились они уже.

Можно было бы попытаться уличить её во лжи снова, но я, почему-то сразу поверил, что действительно бабка куда-то всё спустила. Да и не было ей резона сейчас врать, мои угрозы магистратом и стражей были не пустыми, а вполне реальными и она это понимала.

— Как, кончились? — трагическим голосом произнесла, заново теряя всю решимость, Альтина.

— Обыкновенно, — обведя взгляд, ответила бабка, — взяли и кончились.

— Но это же такие деньги?! — воскликнула, вскакивая, бедная девица, с нервным румянцем на щеках.

— Чему ты удивляешься, — произнёс я, сложив руки на груди, — в большом городе масса способов махом спустить любую сумму денег.

Я порылся в памяти Вольдемара и перечислил то, что он об этом знал.

— Петушиные бои, собачьи бега, кулачные бои, в конце-концов любовница… — тут я посмотрел на старуху и поправился, — любовник.

— А если и так, тебе-то какая разница? — резко вспылила бабка, и я понял, что последним своим предположением попал не в бровь, а в глаз.

Альтина от этого покраснела ещё больше, теперь уже от смущения.

— Уже никакой, — произнёс я, покосился, на упавшую обратно в кресло Виолар, принялся рассуждать вслух, — значит ситуация у нас следующая, есть одна квартира, оплаченная ещё больше чем на полторы гекаты, и два постояльца, которые, по причине недостатка средств, подобрать себе другое жильё не в состоянии…

— А вы? — с некоторой надеждой посмотрела на меня девушка, но я отрицательно покачал головой:

— Мне, за мои руки ещё три года расплачиваться, я вообще на мели.

— И что делать?

— Что делать, что делать, — повторил я за ней, — жить в ней вместе. Другого не остается.

— Н-но как, я, с м-мужчиной, да ещё с вами?! — начала заикаться резко побледневшая студентка, — я не могу, я из приличной семьи, вы… вы же преподаватель, как вы можете предлагать такое?!

— Я же не спать тебе со мной предлагаю, — возведя очи к потолку, терпеливо принялся объяснять я, — здесь две комнаты, врежем в дверь каждой ещё по замку, и будет как бы две отдельные маленькие квартирки.

Тут я снова посмотрел на бабку, спросил холодно:

— Миссис Шонс, надеюсь, вы не возражаете?

— Не возражаю, — быстро ответила та, слегка взбодрившаяся от осознания того, что вопрос некоторым образом разрешился, и её не потащат на правёж к главе города.

— Сильно не радуйтесь, — тут же одёрнул её, — раз оплату ещё за почти две гекаты вы уже получили, то до истечения этого срока больше не получите ни монеты.

— Да как, да что?! — ту тут же распёрло от возмущения, глаза выпучились, а рот было попытался раскрыться, чтобы вновь извергнуть на меня поток отборной брани, но я тут же ласково уточнил: