Черный маг императора - Александр Герда

— У Бубнова что-то с желудком, воздух портит… Сидеть невозможно… Его старосты в медчасть повели…

— Черт знает, что такое, — покачал головой Громов. — Как дети малые, поесть спокойно не могут.

Я же в этот момент еле сдержался, чтобы не улыбнуться. С учетом того, что Дориан ржал как конь — это было непросто!

— Ладно, Темников, пойдем на свежий воздух, — сказал мне мастер. — Что-то действительно пахнет здесь не очень…

Мы вышли из главного корпуса на большую зеленую поляну, в центре которой был фонтан. От него в разные стороны уходило множество дорожек к другим зданиям. Одна точно вела к нашим спальням, это мне уже было известно. Но вот куда шли остальные, пока было непонятно.

Громов не спешил уходить. Он дождался пока толпа учеников разойдется и продолжил:

— Кроме того, что ты уже знаешь, в главном корпусе еще находятся классы, кабинеты преподавателей ну и всякое прочее в том же духе, — он посмотрел на меня и пожал плечами. — Обычно учеников в это здание не тянет, почему-то… Странно, правда?

— Не знаю. Может учителя скучные?

— Хм… Об этом я как-то не думал… Надо будет подкинуть эту мысль в преподавательской на всеобщее рассмотрение.

— А что за доска на ножках справа от входа?

— Это информационный стенд, — ответил Громов. — Там вывешивается разная информация и всякие объявления. Ученики его просто Доской называют.

— Какие объявления? Школьные?

— Не обязательно, — пожал плечами мастер. — Вот, например, постоянно информацию с подработкой для учеников вывешивает народ из соседних городов. У нас ведь Одаренные учатся. Сам понимаешь — для хороших магов работа всегда и везде найдется. Тем более, в таком особом месте как наше. У нас же здесь самые лучшие занимаются.

— А мне тоже можно будет в соседние города ходить?

— Пока не знаю. Неизвестно как именно в твоем случае решат… Ты вроде как исключение из правил, возрастом слишком юн. Вообще-то всем первокурсникам можно.

— Это хорошо, что всем можно — я люблю в новых местах бывать. Городов много соседних?

— Два. Белозерск и Дубравино. Но ученики обычно в Белозерск ездят. Туда и автобус от школы регулярно ходит, да и город там побольше. Магазины, рестораны… В общем, жизнь довольно насыщенная, не то что в Дубравино — там даже полицейского участка нет.

— Роман Артемович, вы сказали место здесь у нас особое — это что значит?

— Ну, скажем так, с повышенной опасностью. Вот ты родом из Московского княжества?

— Да.

— У вас там магические шторма редко бывают, а значит и Искажения нечасто возникают, а у нас наоборот — штормит регулярно… Рядом со всеми школами магии так происходит. Наверное, из-за того, что слишком много Одаренных в одном месте находятся, — он посмотрел на меня. — Понял?

— Не совсем.

— Ну вот смотри — магических штормов у нас много, а значит и Искажений много появляется, а что это значит?

— Это опасные штуки. Я по новостям слышал, что их обычно уничтожают.

— Правильно, — кивнул он. — Вот только дело это небезопасное. Войти в них легко, а вот выйти трудно. Поэтому у нас в Белозерске даже несколько специальных групп Одаренных для этого имеется. Ну и наемников хватает, занимающихся этим. Отрядов у них много всяких, которые между собой грызутся… Хотя это тебе ни к чему, суть вопроса, я думаю, ты уловил.

— Ага.

— В общем, хватает в городе всякого-разного интересного. Всего так сразу и не перечислишь.

— Роман Артемович, а почему вокруг школы зданий никаких нет? Я в окно смотрел, только озеро и лес видел.

— Белое озеро и Призрачный лес, — поправил меня мастер.

— Почему Призрачный? Там что, призраки водятся?

— Потому что тысячу лет назад так назвали, с тех пор так и называется, — улыбнулся Громов. — Ну и вопросов от тебя, Максим, с тобой не соскучишься. Ладно, пойдем дальше.

Он пошел по дорожке в сторону жилого блока, но на вопрос мне так и не ответил, так что пришлось его повторить:

— Роман Артемович, вы так и не сказали — почему зданий рядом со школой нет?

— Не хотят рядом с нами нормальные люди жить, Темников, что уж тут поделаешь, — ответил он, не сбавляя шага. — Заставлять же их насильно не будешь, правильно? Были попытки пару сотен лет назад, но все равно разбегались по соседним городам, так что в конце концов решили, что лучше так.

— Понятно. А почему на форме у всех учеников нашивки разные?

— Почему у всех? Каждому классу соответствующая полагается. Вот у темных классов свой вид нашивок, у стихийников — их собственный, ну и так далее… Ты еще не заходил в свой личный кабинет на сайте школы?

— Не-а. Я ведь только вчера приехал, так что некогда было.

— Вот после нашей прогулки, почитай, — посоветовал мне Громов. — Сразу куча вопросов отпадет. Хоть будешь знать, какие классы в «Китеже» существуют.

Хорошая мысль. Я решил так и сделать.

— Только не забудь в библиотеке получить свои учетные данные и пароль потом смени, понял?

— Ага.

Тем временем мы подошли к шестиэтажному зданию, где жили ученики, рядом со входом в которое я увидел точно такую же Доску, как и возле главного корпуса. Значит здесь тоже такая имеется, будем знать.

— Ну, что это за здание, я думаю тебе говорить не нужно? — спросил у меня мастер, проходя мимо него.

— Я здесь живу, Роман Артемович. На втором этаже. Только мои окна на другую сторону выходят, там еще парк.

— Ну да, это жилой блок, здесь все ученики живут. Общага ученическая, как вы ее называете. Пять курсов — пять этажей. Учителя отдельно — в другом здании.

— Здесь же шесть этажей?

— На первом никто не живет, там служебные помещения, — объяснил Громов. — Прачечная, общий зал, комнаты для белья, гладильные, ну и всякое такое…

— А мастер-смотритель где сидит?

— С чего ты взял, что он здесь есть?

— Ну в главном корпусе же есть… Он на меня через камеры смотрел… Значит и тут за нами должен подсматривать… — предположил я.

— Ошибаешься, Темников. Как раз в жилом блоке смотрителя нет, — он остановился и прищурился. — И камер никаких нет, между прочим. Родителям наших учеников очень не нравится идея, что за их детьми кто-то подсматривает. Я думаю ты понимаешь, дети каких семей здесь учатся. Так что поосторожнее, если что…

— Не переживайте, Роман Артемович, я с ними ничего такого делать не собираюсь, — пообещал я ему.

— Ну ты даешь, Максим, — усмехнулся он. — Это я тебе к общему сведению говорю… Все-таки все остальные ребята постарше тебя будут. Даже твоим одноклассникам как минимум четырнадцать, а тебе всего двенадцать.

— А, понятно… Спасибо за информацию.

— Да не за что, — покачал он головой, как-то странно посмотрел на меня, и мы пошли дальше.

Прогуливались мы еще как минимум пару часов. За это время я выяснил, что на территории школы имеется собственный огромный парк, в котором есть даже небольшой лес и маленькое озеро с лебедями и утками. Как оказалось, лес ученики называли Тайгой, а озеро Тихим океаном.

Был здесь и огромный тренировочный зал, где ученики практиковались в магии, спортивный зал, крытый бассейн, несколько лабораторий, оранжереи… Еще много всякого, чего я так сразу и не запомнил. Потом как-нибудь осмотрюсь, с Громовым слишком скучно.

К тому времени, когда мастер закончил со мной ходить по территории «Китежа», я от него жутко устал. Дориан даже предлагал наслать на него щекотуху какую-нибудь… Блин, как в Греции на экскурсии — посмотрите налево, посмотрите направо…

Зато в этот раз я обедал в полном одиночестве, так как опоздал. Из-за того, что все остальные сидели на уроках, я в столовке был один. Так что спокойно поел, не привлекая к себе внимания, затем получил форму, книжки и потопал к себе в комнату. Остаток сегодняшнего дня я планировал посвятить изучению книжек и сайта школы. Ну может на ужин схожу, посмотрим…

Кстати, форма мне понравилась. Клевая. Черного цвета, с вышитым белым черепом на левой стороне, под которым красовалась единичка. Это, наверное, эмблема темных классов.

Оказавшись в комнате, я полистал книжки, затем залез в телефоне на сайт школы и сам не заметил, как заснул, а когда проснулся, за окном уже было темно.

Кто-то стучал.

Я сел на кровати, протер глаза и подошел к двери. Бандитов на территории школы не водилось, так что я раскрыл дверь и замер от удивления.

В коридоре стояло четверо парней, лица которых были измазаны чем-то белым, а в руках они держали зажженные свечи, которые горели тусклым синим пламенем.