Гений Медицины - Игорь Алмазов

— Где же тогда твоя история болезни, Роман? — спокойно поинтересовался я.

— Так я уже… закончил? — неуверенно ответил он, причём вопросительным тоном.

— Значит я правильно понял, что за полчаса до начала рабочего дня наш наставник раздал всем пациентов, и ты уже успел осмотреть, опросить своего больного, выставить диагноз, дождаться анализов, расписать лечение и сдать Зубову? — уточнил я.

— Да, — Соколов решил идти до конца.

Он хотя бы понимает, до какого абсурда дошло его враньё?

— Тогда можешь идти домой, — пожал я плечами. — И зайди ещё к главному врачу, тебя наверняка за такие подвиги примут на место врача-терапевта безо всяких трёх месяцев интернатуры.

Он поджал губы, окончательно понимая, что полностью облажался. В этот момент в ординаторскую вбежал запыхавшийся Шуклин.

— Я не опоздал, этот надзиратель наш ещё не появился? — спросил он.

— Надзиратель прямо за вашей спиной, — раздался позади него голос Зубова. — Эх, Шуклин, это ж надо было так попасться.

— Ох ты ж… — Шуклин вовремя сдержался, чтобы не закончить ругательство.

Кто говорил, что медицина — это скучно? У нас всё очень весело!

— Итак, мои птенцы, вот вам задания на сегодня, — проговорил Зубов. — Соколов, пятая палата, пациентка Терентьева. Боткин, восьмая палата, Трошин.

Зубов замолчал, и остальные интерны уставились на него с недоумением.

— А н-нам? — поправив очки, подал голос Болотов.

— Ох, я думал, здесь больше нет никого, — отозвался Зубов. — Болотов, сорок первая палата, пациент Сидоров. Тарасова, девятнадцатая палата, Молоканова. И наконец, сегодняшний опоздун отправляется помогать Ольге Петровне, у той накопилось много работы.

— Михаил Анатольевич, но я ведь не опоздал, — вяло ответил Шуклин. — К тому же я врач, а не медсестра.

— Тогда считай это маленькой местью за «надзирателя», — ответил тот. — Всё, разошлись, работаем!

По крайней мере, сегодня у каждого свой отдельный пациент. Лучше, чем вчера, когда мы все толпились вокруг Левашова. Кстати, надо бы проверить, как он.

Я забрал у Ольги Петровны нужную историю болезни и первым делом направился к Левашову.

— Доброе утро, — вошёл я в палату. — Как сегодня ваше самочувствие?

— Гораздо лучше, — кивнул пациент. — Спасибо вам, мне объяснили, что вы меня практически от смерти спасли.

— Не совсем так, но приятно слышать, — улыбнулся я. — Поправляйтесь!

Я вышел из палаты и сразу же наткнулся на Соколова.

— Что, пытаетесь наладить мосты с богатым пациентом? — буркнул тот. — Учтите, для этого нужен особый талант, которого я у вас не наблюдаю.

В своём репертуаре!

— Я просто решил поинтересоваться, как самочувствие у пациента, — ответил я. — А вот что вы здесь делаете — это другой, не менее интересный вопрос.

— Палату нужную ищу, — нашёлся Соколов. — Пятая палата по логике должна быть где-то рядом. А ты учти, что я буду за тобой следить, и любой прокол…

— Следи, если заняться нечем, — усмехнулся я. — У меня есть дела поважнее, чем эта выдуманная война.

— Да ладно, я один раз сказал в порыве злости про эту войну, а ты прям так и запомнил, — проговорил Роман. — Мы все здесь коллеги и должны помогать друг другу.

Ну и подозрительно же это звучит от него! Сделаю вид, что поверил, хотя держаться всё равно буду настороже.

— Хорошо, будем считать, что забыли, — ответил я. — Мне пора.

— Погоди, — остановил меня Роман. — Тебя там Ольга Петровна просила к ней подойти.

— Зачем это? — уточнил я. — Я только что от неё, забрал историю.

Это вполне могло оказаться ложной информацией. Но номера медсестры у меня не было, чтобы позвонить ей и узнать наверняка. Надо будет исправить эту оплошность.

Просто проигнорировать просьбу не получится. Если это не новый ход Соколова, а реальная просьба, то я должен подойти. Видимо, придётся потратить часть времени на выяснение правды.

— Так ты же потом к пациенту заходил, а я после тебя подошёл, — торопливо ответил Соколов. — Она тебе что-то сказать забыла, ты уж подойди.

И снова это звучит очень подозрительно.

Если не подойду, а выяснится, что информация важная — мне же будет хуже. А если подойду и выясню, что никто меня не звал — просто лишний раз смогу убедиться, что Роману доверять не стоит.

На пациенте это никак не отразится. Неотложных пациентов Зубов бы нам не выдал.

— Хорошо, подойду, — пожал я плечами.

Я развернулся и отправился на пост главной медсестры.

— О, Константин! — сразу же увидел меня Шуклин. — Нет, ну это справедливо вообще, что врача отправляют выполнять работу медсестры?

Сложный вопрос. С одной стороны он прав, в интернатуре мы должны учиться быть врачами, а не медсёстрами. С другой стороны, во-первых, Шуклин сам на это напросился, опоздав и оскорбив Зубова, а во-вторых, он сам толком ничего не возразил Зубову.

— Если тебе это не нравится — поговори с Зубовым ещё раз, — пожал я плечами.

— Да ну, это же бесполезно, — махнул рукой Шуклин. — Сейчас может по-быстрому всё сделать смогу, и поспать получится. Не люблю я эти ранние подъёмы. Кстати, а ты чего тут?

— Меня Ольга Петровна искала, — ответил я. — Не подскажешь, где она?

— В процедурном кабинете, распоряжения отдаёт, — зевнул Шуклин.

Процедурный кабинет выглядел как какое-то компьютерное помещение, настолько много в нём было экранов, мониторов и других приборов.

В центре — несколько процедурных кресел со встроенными функциями массажа, подогрева, а также датчиками показателей здоровья. Кресло измеряло пульс, сатурацию, артериальное давление, и передавало всё это на монитор. Всё для того, чтобы банальное взятие крови проходило комфортно.

Взглядом я нашёл Ольгу Петровну, светящуюся возле одного из мониторов, и подошёл к ней.

— Вы меня искали? — спросил я.

— Нет, молодой человек, — улыбнулась она. — Мне уже дали одного интерна, на сегодня мне хватит.

Чёрт, стоило бы догадаться! С другой стороны, это было полезно, я окончательно убедился, что Соколову доверять нельзя. Потратил немного времени, но совсем не критично.

— Значит, мне дали ложную информацию, — кивнул я. — Не смею задерживать.

Что ж, как разобраться с Соколовым я придумаю, но сначала — работа. Я нашёл нужную палату и зашёл внутрь.

—