Душнила. Книга 2 - Александр Кронос

— Сначала благодарить за воду. Теперь возносить оды шаманке. Чем займёмся завтра, мурр? Пойдём раздавать еду бездомным? Я официально выражаю недовольство.

Следующие двадцать километров мы проехали в тишине. А потом я вдруг понял важную вещь — никто из них не был в курсе пришедшего утром сообщения.

Вспомнив об этом, я немедленно исправил ситуацию. Заставив всю троицу взбодриться.

— Значит нас ждёт засада и мы собираемся ехать прямо в неё, мурр? Ты уверен, что это хорошая тактика?

— Пушистая жопа права, господин. Думаю лучше собрать союзников и ударить первыми.

— Если что я могу взять пяток ворон и сделать их такими же, как курицы. А потом закинуть внутрь твоей квартиры через окно.

Спорить даже с одной женщиной — занятие непростое. Когда их целых три, задача вовсе переходит в разряд невыполнимых. Выручало только то, что в какой-то степени все три находились в подчинённом положении по отношению ко мне. Иначе бы этот спор никогда не закончился.

Хотя, это отнюдь не означало, что они прекратили возмущаться.

— Ты душнишь. Снова, мурр. Где твои интуиция? Инстинкт убийцы? Разбуди его и спроси, как поступить!

К счастью, в основном этим занималась только Беатрис. Кикимора приняла моё решение, а шаманка похоже считала, что дискутировать на эту тему бесполезно.

Крутнув руль, я вывернул к парковке около своего дома. Загонять арендованное авто на подземный паркинг не стал. Просто заглушил двигатель и окинул взором остальных.

— Беатрис, пойдёт со мной. Влада с Верпой — ждёте внизу. Если начнётся бой — помогайте птицами. Когда противник попробует отступить, задержите. И возьмите живым.

Спутницы обменялись взглядами.

— Да ты я смотрю оптимист, — усмехнулась шаманка. — Может нам твоё отступление прикрывать придётся, а не его?

— Что, если я не хочу идти наверх, мурр? Мы только вернулись из ужасного места, где пришлось пить воду. Ни рыбки, ни котлеток, ни сметаны. Сразу в бой. Зачем я тогда зарабатывала денежки, мурр?

Верпа предпочла отмолчаться. В случае с кикиморой срабатывала присяга — открыто возражать против моих приказов она не осмеливалась.

— Если придётся, то прикроете и моё стратегическое отступление, — посмотрев на Владу, я повернул голову назад. — А ты можешь оставаться. Но тогда забудь про место на моём плече.

— Ты бессердечный манипулятор, мурр. Истинный абьюзер!

Несмотря на возмущение, кошка обосновалась на своей обычной позиции. А шаманка вместе с кикиморой вышли наружу.

Я же предпринял попытку рассмотреть того, кто ждал сейчас в моей квартире. Напитав глаза и зрительные нервы силой, посмотрел на стены дома. Правда, никакого успеха не добился.

Второй раз попытался сделать то же самое, когда оказался перед собственной дверью. В этот раз уловив внутри сгусток странной серой энергии, визуально напоминающий дымку. Но присмотреться внимательнее не успел — дверь распахнулась.

Женщина. Вот, кто стоял на пороге. Лет тридцати, спортивная, в брючном офисном костюме, который на вид стоил, как взятый в аренду «китаец» и с браслетом «картье» на запястье.

По мне скользнул оценивающий взгляд. Задержался на кошке. Сместился к глазам.

— Я пришла не воевать, златоглазый. Поговорить. И начну с подарка. Ты ведь ищешь его, правильно?

Собеседница медленно подняла правую руку, демонстрируя распечатанное фото. На нём был «дядя». Снимок был сделан прямо на похоронах — я видел позади фигуры в чёрной одежде и одного из рабочих в робе.

Сильный ход. Одним непринуждённым движением гостья смешала мысли и сломала все заготовки, которые я набросал по пути.

— Что ты за это хочешь?

Кошка молчала, а я озвучил вопрос, который сам просился на язык.

— Разговора. Боюсь, ты не понимаешь, что происходит, духолов. И никто кроме меня тебе этого не объяснит.

Глава III

Её последняя фраза, понятное дело, была преувеличением. Для того, чтобы это понять, совсем не требовалось быть гением. С другой стороны — в правой руке она держала фотографию человека, которого я всё это время искал. И предлагала информацию без всяких предварительных условий. Как минимум, без действий с моей стороны.

Ловушка? Возможно. Но если она и так была внутри, что мешало дождаться меня, не подавая предупредительного сигнала?

— Кто ты такая?

Прежде чем женщина успела ответить, в голове зазвучал голос кошки.

— Аяттара. Та, над которой провели ритуал при жизни, чтобы она осталась здесь после смерти. Привязанной к хийси и его воле.

Что? Так передо мной была подручная того самого злого духа, чьих шишиг мы буквально вчера вырезали?

— Это не засада. Я не собираюсь тебя убивать.

Шатенка выставила обе руки, демонстрируя мне раскрытые ладони.

— Вся твоя жизнь, это ложь и готовка ядов, мурр. Даже суккубы не так коварны, как ваш вид.

Взгляд женщины сместился на Беатрис.

— Все мы — один и тот же вид, Синеокая. Люди. Разница только в том, что некоторые умерли и смогли вернуться обратно.

Прозвучало эпично. Но вот кошку ни на грамм не убедило.

— Заплатив за это цену после которой в них не осталось ничего человеческого, мурр.

— Тебе откуда знать? Напомнить, что ты кошка?

— Прабабка рассказывала о таких, как ты. Особо опасных духах, с которыми нельзя вступать в диалог.

Наша собеседница выдохнула. Скрипнула зубами. Наконец, перевела взгляд на меня.

— Стейвик… Хийси на которого ты охотишься, умирает. Он пытался разыскать тварь, которая убивала наших бойцов и нашёл её. Но убить не смог.

Звучало всё это интересно и загадочно. Но не до конца понятно. Хотя бы из-за того, что вчера именно мы уничтожали их шишиг. Однако, прежде чем я успел сформировать в голове какой-то вопрос, женщина уже продолжила.

— Всё началось месяц назад и мы думали, что это типы, которых наняли висимские отморозки со своим кабаре. Стейвик поручил им дело с пацаном, чтобы проверить. А потом сам нашёл все ответы. Но не смог вынести их тяжести.

Никакой конкретики я пока не услышал. Кроме банального «нас пытались стравить». При этом, несмотря на залитые силой глаза, внутри квартиры ничего опасного заметно не было.

— Звучит интересно. Одного не пойму — как с этим связана моя персона?

Она вдруг улыбнулась.

— Ну как же? Дед столько времени потратил, пытаясь убить Древнего, а его внук даже не хочет о нём послушать?

Теперь понятно, почему она была так уверена в своих рычагах давления на этих переговорах. Козырь с «дядей» я ещё мог