Эректус - Ксавье Мюллер

– Лукас, это Анна… Я в больнице, и… Военные… Я хотела…

– Мне очень жаль, Анна.

Она глубоко вдохнула и взяла себя в руки:

– Больница в Дурбане тоже была эвакуирована?

– Как раз жду солдат. Я должен проверить, что они будут нормально обращаться с больными.

– Они только что увели Яна прямо у меня на глазах. Это было ужасно. Они тащили его как скотину!

– Анна, это временно, пока ВОЗ…

Она со злостью прервала его:

– Почему вы со своим шефом ничего не сделали?

– За эту меру проголосовала ООН! Поверь, Стивен старался этому препятствовать. Ни один представитель ВОЗ не поддержал это решение. Мы выступали за менее жестокие методы и против того, чтобы этой проблемой занимались вооруженные силы. Понимаю, что это невыносимо, но ты должна успокоиться…

Лукас действительно ничего не мог сделать, и было бесполезно на него сердиться, однако досада Анны снова ожила. Вдруг у нее вырвался смешок при воспоминании о том, чем они занимались прямо на полу, как два животных во время спаривания! И этот человек теперь собирается ее учить!

– Успокоиться? Ты считаешь?

– Прости, Анна, это и вправду глупо звучит…

Она уловила в его голосе нежность и скорбь и тотчас поняла, что до сих пор Лукас только делал вид, что безразличен к ней, а в действительности ничего не забыл. Вместо того чтобы успокоиться, Анна еще больше погрузилась в уныние.

– Что они с ними сделают?

– Их поместят в военные лагеря.

– Лагеря? Куда именно?

– Не знаю, но скоро мы об этом узнаем. Армия должна сотрудничать с санитарными властями. Против этого никто не выступит.

– Я хочу иметь право на посещение! В последний раз, когда я была у Яна, он отреагировал на свое имя. Я уверена, что его мозг отвечает на новые возбудители, это всего лишь вопрос тренировки! Немного терпения, и мне удастся разбудить в нем воспоминания.

На другом конце линии послышался красноречивый вздох:

– Анна, ты потеряла любимого человека, представляю, какую боль ты переживаешь, но не питай иллюзий… И даже если мы найдем вакцину, это не значит, что ты вернешь его.

– Пожалуйста, только не ты…

Не в силах говорить дальше, она умолкла. Ведь именно тот мужчина, который держал ее в объятиях и довел до блаженства, как никто другой должен был знать, как она нуждалась в вере. Почему-то повисла тяжелая пауза. У Лукаса не нашлось ни подбадривающих, ни обнадеживающих слов, чтобы вразумить ее. По крайней мере, он больше не притворялся. После очередного вздоха мужчина со скорбью продолжил:

– Не хотел тебе говорить, но Дэни тоже заражен.

– Дэни?

– Анна, как бы это сейчас не казалось трудным, но ты должна подумать о себе и о своей защите.

– Защите? От чего? От эректусов? От Яна? От тебя? Что ты собираешься мне сказать? Я должна забыть своего мужчину, сделать вид, как будто…

– Нет, Анна. Просто оценить ситуацию, отдохнуть и не бороться против неизбежного. Собраться с силами, потому что многие рассчитывают на тебя и твои исследования. А пока что ничего нельзя сделать, кроме того, как ждать и смотреть, чем это все обернется. Со своей стороны, я попробую добыть информацию… И, потом, есть я. Что бы ни произошло, не забывай, что есть я. Можешь звонить мне в любое время суток.

Его любезность действовала ей на нервы. Он не понимал ее!

– Лукас, я знаю, что с эректусами можно общаться!

– А я не очень в это верю. Прости за грубость, но я тщательно наблюдал за Виллемсом и еще за тремя ему подобными. Эти примитивные существа действуют только под влиянием основных инстинктов: поесть, поиграть, подраться, если представится такой случай. Безусловно, они любопытны, безусловно, имеют способность запоминать жесты и даже заучивать…

– Такое впечатление, что ты говоришь о стае орангутангов!

– Они слишком далеки от нас.

– Дерьмо! Если ты действительно так думаешь, только представь, как к ним относятся военные!

– Я лишь хочу предостеречь тебя…

– Послушай меня! Необходимо, чтобы тебе удалось переубедить этих типов в том, что я должна продолжить эксперименты над Яном. Возможно, я смогу донести Яну, что его вид представляет для нас опасность, что нельзя кусаться…

– Обещаю, я сделаю все, что в моих силах. И, потом, ты права, по крайней мере, в одном: нельзя позволять военным действовать без нашего наблюдения. Эректусы имеют права, и прежде чем определить, какие именно, мы должны убедиться, что военные не нанесут им никакого вреда.

– Спасибо.

– Я… Я очень сожалею, Анна. Если я тебе понадоблюсь…

– Знаю, ты это уже говорил, но единственное, о чем я прошу тебя, узнай, куда увезли Яна. И достань пропуск туда.