Дом Ночи - Дмитрий Колодан

Ива долго бродила по дому, пока не встретила Юстаса, лейтенанта Пропащего Батальона. Скрестив руки на груди, тот стоял у окна и глядел в сторону Леса, как будто кого-то ждал. Высокий и стройный, с печальным лицом и добрыми глазами, он был удивительно красив в синей форме с золотыми эполетами и блестящими пуговицами. Уже не первый раз при виде лейтенанта сердце Ивы на секунду замерло, и она почувствовала, как у нее краснеют щеки и уши. Она гнала от себя мысли о том, что это может означать.

Юстас обернулся на звук шагов и улыбнулся:

– Добрый день, красавица. Выглядишь озадаченной. Что-то случилось?

Ива понятия не имела, сколько ему лет. В доме Матушки Ночи этот вопрос считался невежливым, да и ответить на него было не просто. Она знала, что Юстас пришел сюда раньше профессора. Но если Сикорский всегда был стариком и с каждым годом становится старше, то Юстас совсем не менялся. Менялось только то, каким видела его Ива. Раньше лейтенант представлялся ей большим и взрослым, но сейчас она понимала, что это далеко не так. Не зря Доброзлая Повариха называла его мальчишкой, у которого молоко на губах не обсохло.

Ива показала Юстасу разукрашенную палку:

– Ты знаешь, что это за штука?

Лейтенант приподнял бровь:

– Знаю. Это бумеранг. Откуда он у тебя?

– Нашла в комнате у Сикорского.

– А! – Юстас покачал головой. – Мог бы сам догадаться. Старик вечно тащил в дом всяческие диковинки и сам не понимал, зачем они ему. Как-то грустно без него стало. Не с кем поговорить об умных вещах.

Ива кивнула.

– А что такое «бумеранг»? – спросила она.

– Орудие или оружие. Жители одной далекой земли с ним охотились и воевали.

– Охотились? – Ива с сомнением посмотрела на расписную палку. – Как?

Лейтенант Юстас пожал плечами:

– Не знаю. Вроде его кидали, чтобы сбивать в полете птиц… А еще я слышал, если бросить бумеранг правильно, он возвращается обратно.

– И как его бросить правильно?

Юстас развел руками:

– Прости, красавица. Чего не знаю, того не знаю. Лучше тебе спросить у Матушки.

Но Матушки в доме не оказалось – ни в комнате с пауками, ни где-либо еще. Ива спустилась в подвал и перекинулась парой слов с Уффом, затем поднялась на Чердак к Китайским Младенцам, но никто не видел Хозяйку и не знал, куда она ушла.

Ива вышла на пустой двор. Снегопад давно закончился, но на земле еще лежали сугробы – рыхлые серые груды, из которых торчали высохшие стебли чертополоха. Ива потянула носом воздух. Весной даже не пахло, но и зимой тоже. Странное холодное безвременье под мутным серым небом. Проваливаясь по щиколотку, Ива подошла к ржавой ограде. Снежный покров по ту сторону расчертили многочисленные дорожки из следов, исчезающая хроника зимы. Часть следов Ива узнала – заячьи, лисьи и птичьи; другие она видела впервые в жизни. Впрочем, среди них не оказалось ни одного свежего; и звери, и птицы приходили сюда очень давно. Кроме…

Ива прищурилась. Так и есть: тонкая цепочка отпечатков босых ног протянулась вдоль ограды и исчезала за заснеженными кустами. Кто-то подходил к дому Матушки не далее чем прошлой ночью, и Ива догадывалась, кто это мог быть. Выходит, Угольная Девочка смогла пережить и эту зиму – пожалуй, не самое радостное открытие. Ива поискала глазами следы от сбитых башмаков настоящего джентльмена, но тощий людоед рядом с домом не объявлялся. Оно и к лучшему – всему свое время.

За спиной тявкнул Кинджа. Вслед за девочкой он вышел во двор и теперь вертел головой с таким видом, будто впервые увидел снег.

– Поиграем? – предложила Ива. – Я буду кидать палку, а ты – приносить ее обратно?

Конечно, сумчатый волк не собака, но кто знает, может, древняя игра придется ему по вкусу?

– Давай же! Будет весело, – сказала Ива, хотя сама не чувствовала радости. Просто нужно занять себя хоть чем-то, пока бесконечная изматывающая зима не превратила ее в одну из теней, что прятались в самых темных углах дома Матушки Ночи.

Она бросила бумеранг – не сильно и не далеко. Он упал шагах в двадцати, глубоко зарывшись в снег. Да уж… Едва ли эта штука годилась для охоты, да и возвращаться без посторонней помощи она явно не собиралась.

Кинджа подошел к расписной палке, обнюхал и вопросительно посмотрел на девочку.

– Ну! – воскликнула Ива. – Полдела сделано. Теперь принеси его мне.

Кинджа заворчал, а затем схватил бумеранг зубами и кинулся бежать. Но не к Иве, а в противоположную сторону, да так резво, будто кто-то гнался за ним по пятам.

– Эй! Ты чего? Куда?

Если Кинджа ее и услышал, он все равно не обернулся. Он удирал короткими недопрыжками, мимо курятника и запорошенной снегом колонки, направляясь к гранитной скале. Хорошо хоть, не в Большой Лес.

– Стой! Вот же глупый!

Ива выругалась и поспешила за тилацином.