Библиотекарь рун. Том 2 - Ким Савин

— Ваши милости! Счастлив видеть столько высокоблагородий на «Тени»… сказал бы я, если б мне не хотелось плакать! Задача от барона Уроша у меня простая — с китом, с селедкой или без — но вернуть вас домой. По сему — утром отдаем швартовы и благородиями вы станете обратно — только по возвращении. Мои приказы — закон. Если не готовы принять правила — кланяюсь-извиняюсь, значицца, и прошу сойти сразу на берег, — дождавшись наших с Эдоном кивков согласия, капитан, так же тараторя, продолжил резким тоном. — Завтра, начиная с первых склянок, вы — корабельные маги Бер и Берке. Отмечу, как и наш наследник — просто маг Урош. И поздравляю Ваши милости с началом морской карьеры!

Когда капитан покатился дальше по своим делам, Меддур нам шепнул:

— Алмаз нашего флота. Но слово «судно» забудьте при нем, если что. «Скользящая тень» несет оружие на борту — и это корабль! А так — милейший человек…

А мне капитан понравился!

* * *

Первые пару дней — мы никого не встретили. То есть, киты попадались, но вот старых и крупных пока не было. Как магов, в повседневных корабельных делах, нас не нагружали. Мы постоянно общались с Меддуром, который продолжал воспитывать из нас «морских волков» нулевого уровня. А сейчас объяснял мне, как лучше подстроиться под качку…

— Косые фонтаны! Пять миль, справа по курсу! Восемь «таранов» в стае! — прервал нашу методологическую беседу крик впередсмотрящего из «вороньего гнезда» на мачте.

Мы переглянулись с Меддуром и сорвались каждый к своему «боевому» посту. Урош — к корме, поближе к рулевому и капитану, а я вперед — на полубак, к гарпунной баллисте. Меня догонял поднявшийся с внутренней палубы Эдон. «Косые» фонтаны были отличительным признаком кашалотов, а немаленький размер групповой цели давал шансы на присутствие там особи крупного размера.

Ветер был свежим и, насколько я разбирался, благоприятным нам по направлению. Двухметровые волны по нашему новому курсу «смягчал» уже приступивший к работе Урош, что тоже добавляло «Тени» хода. И минут через тридцать мы вышли на дистанцию выстрела баллисты. Помощники гарпунера уже подготовили барабан с линем, отмотав и разложив в специальный «поддон» метров пятьдесят каната. Баллисты или тяжелые арбалеты Урошей устанавливались на шарнирных подставках или вертлюгах, что позволяло достаточно удобно прицеливаться гарпунеру.

— Стаю сзади прикрывает крупный таран, еще один впереди! — целеполагающе прокричал с верхотуры матрос-наблюдатель.

Капитан отдал приказ стрелкам — бить по кашалоту в хвосте движущейся стаи. А магу-охотнику, то есть мне, быть готовым при маневре сближения — добить громадину. Дистанция для прицельного выстрела у меня была поменьше, чем у баллисты, ибо мне требовалось не разворотить тушу взрывом на части, а сделать аккуратную дырку, желательно — не сквозную.

300 метров. Гарпунер-форвард крепко держит ручки баллисты. «Скользящая Тень» оправдывает свое название, легко разрезая волны и настигая беглецов метр за метром. 100 метров. Стрелок рядом со мной, чуть наклонившись вперед корпусом, доворачивает баллисту вслед за периодически подныривающим китом, сливаясь в одном ритме со своей целью… Меньше пятидесяти метров. Вот сейчас… Сейчас… Но опытный охотник сам чувствует когда и как должен отправиться в смертоносное путешествие его гарпун. Бджих!.. Черное древко с широким стреловидным наконечником, сопровождаемое тонко извивающимся хвостом линя, несется к туше гиганта… Есть! Бригантина взрывается ликующими возгласами. Раненый кашалот не сбрасывает скорость и скрывается под водой, но сброшенный в воду буек линя — показывает направление движения.

— Налево разворачиваться начал! Возможно к нам направится! — кричит наблюдатель.

— Добивай после второго гарпуна в туше! — орет мне «Весельчака У».

А бригантина с легким креном отворачивает налево и вынырнувшего кита встречает гарпун с правого борта. Есть! Мой черед! И шарик плазмы поднимает гейзер с поверхности волн, рядом с кашалотом… Проклятая качка! А ведь предлагал Мед потренироваться побольше. Доэкономился!

Для меня все осложняется тем, что я боюсь повредить мозг животного — самое ценное для меня. Идиот! Позвоночник! Я бросаюсь к борту и при следующем выныривании туши, стремительно сближающейся с нами, под крики капитана и команды (нецензурные!), запускаю Плазму, сплющивающуюся в поле в тонкий диск, прямо по центру спины кашалота. Н-на! Теперь тоже — есть! Тело кита еще движется по инерции к «Тени», но фонтан смеси крови с воздухом показывает, что все в порядке. С моей точки зрения.

Вот ведь… Всплывшая тушка-то по длине мало уступает 25 метрам нашего корабля!

Шлеп! Радостный Эдон приложился ладонью мне по спине.

— Да! Ура!! Получилось!

А бригантина сбрасывает ход, чтобы спустить шлюпы и надежно привязать тушу…

— Стая разошлась в стороны! — новый крик с «верхних этажей». — Что-то… Змей! Змей! Там змей! Несется к нам! Капитан!

М-да… этажность морского мата… впечатляет и бодрит! А змейка… будет обезьянусам бонусный сюрприз!

Пока команда занята парусами и резкой сменой курса ко мне подбегает Урош:

— Арт, ставь перед ним щиты — мы можем только затормозить его! Эд, твой щит нужен будет прямо у корпуса «Тени» — жди до последнего!

Не-ет, дорогой Меддур, это плывут уже распланированные мною деньги! Сами — ко мне!

Вот чертов морской питон извивается меньше, чем в сотне метров, еще немного, секунда… — Н-на! Мой плазменный «циркулярный» диск, с максимумом залитой энергии, устремляется на шинковку к чертовой «сосиске»… Пш-ш-ш…

Чего? Промазал что ли? Но Познание показывает «на перемотке» — появившийся чуть ли не у самой кожи змеюки прозрачный наклонный щит — перед моим диском! Это как …?!..

(Музыкальная тема 23-й главы: Serj Tankian — Sky Is Over)

24. Не очень и хотелось!

Тварь, тем не менее, чуть замедлила свои извивания в нашу сторону и начала обходить нас по кругу, а я бросился на шканцы к корме и к беснующемуся капитану.

— Магическое дерьмо этой … в … и … … всех вас туда же! — выдал колобок определение ситуации. — Не траться на атаку! Их и ритуалами хрен прошибить — даже с военного фрегата! Ставь щиты перед мордой! Нам нужно поймать ветер! Мед! Слышишь? Эй, Берке, бегай за этим червем по борту, где б он ни выплыл — ты последний рубеж защиты!

Меддур вложился в большую волну, которая