Эльфогеддон - Станислав Аничкин

Гоблин не успел проговорить даже своего привычного «ага», как Хель с кулаками налетела на Хьяго, и они покатились по земле, снеся импровизированную барабанно-консервную установку. К тому времени, как Дамиан и Фукс подбежали, чтобы разнять их, девушка уже сидела верхом на уложенном на лопатки тролле. Оба, впрочем, смеялись. Хель щёлкнула Хьяго по носу.

— Не смей больше так шутить, понял?

— Что ж тут непонятного. Это было очень типа доходчиво!

— То-то же.

Ороконеру ухмыльнулась, поднялась с поверженного противника и пошла к своему недоеденному ужину. Дамиан проводил её взглядом. Весь запас хорошего настроения, полученного от любимой песни, улетучился и на душе заскребли кошки. Парень представил, как он садится рядом с Хель, обнимает её, девушка кладёт ему на плечо голову, он нежно целует её в макушку, а затем прижимается щекой. Они могли бы просидеть так целую вечность, даря друг другу тепло. Потом Хель подняла бы голову и посмотрела Дамиану прямо в глаза…

— Всё, привал окончен, до города типа ещё пилить и пилить, погнали уже! — голос тролля вывел юношу из мира грёз в суровую и угрюмую реальность. Дамиан встал с камня, служившего ему стулом, размял затёкшие ноги и забросил за спину рюкзак, изрядно убавивший в весе с момента посещения Астармарта. Дождь, если так можно было назвать мелкие капли, падающие с неба, уже успел закончиться.

Судя по отблескам за тучами, солнце уже почти закатилось за линию горизонта. Хорс не был однозначно убеждён, что заночевать в городе было бы безопаснее, чем на равнинах Вестхальта, но доверился мнению более опытных в выживании на поверхности товарищей. Хьяго, уверенно идущий впереди, вопреки тому, как он сблизился с Хель, не вызывал у Дамиана каких-либо негативных эмоций. Тем более что тролль сам не предпринимал каких-либо активных действий по отношению к ороконеру. Он просто наслаждался жизнью, такой, какая она стала, несмотря ни на что. Будто бы все катаклизмы, ужасы и невзгоды были только досадными недоразумениями, неспособными вывести Ир'Хьяго Пеллетино Крезейда Антрачокко из себя. Такой жизнерадостности можно было только позавидовать.

Вот и сейчас красноволосый шёл твёрдой походкой, напевая что-то под нос. Дамиан не стал вслушиваться, а вместо этого сам негромко затянул ещё одну песню из репертуара «графов» — «Низвержение». Достаточно мрачный трек из последнего концептуального альбома, в котором можно было отследить некоторое влияние учений культа Хранителей Солнца, что, впрочем, никак не сказывалось на музыке. К радости Дамиана Хель подхватила на припеве. Финальный куплет, написанный в форме диалога, они даже пропели по ролям.

Пока Хорс обдумывал следующую песню, в темноте проявились очертания города. Берст встречал путников невысокими, по сравнению с Астаримом, постройками. Хьяго затих, и Дамиан последовал его примеру.

— Вот сейчас осторожно. Без шуток, — максимально серьёзно сказал тролль и взял в руки свой дробовик. — Насколько я помню по карте, все большие магазины находятся типа в центре.

— И этот проспект ведёт прямо туда, — добавил Хорс.

— А ещё там есть гостиница. Думаю, сегодня найдётся пару типа свободных номеров для уставших бродяг. А новый дизель предлагаю поискать уже завтра. Даже я типа спать хочу.

Возражений не было. Как и каких-либо препятствий на первой половине пути, пока вдалеке не показалась десятиметровая стена, перекрывающая весь широкий проспект. Команда даже не успела переглянуться, как с вышки, установленной ещё на два метра выше стены, ударил яркий луч прожектора.

— Стоять там, где стоите! — раздался усиленный громкоговорителем голос. — Вы на прицеле, и наши снайперы соскучились по практике.

— Мы… — хотел было представиться Дамиан, но ему не дали.

— Эй, Ральф! Смотри, у нас тут целый анекдот в гости пожаловал, ха!

— Охренеть, и впрямь. Заходят человек, орчиха, тролль и гоблин в бар… — прозвучал второй голос, чуть пониже.

— Я ороконеру! — крикнула Хель.

— Шмаконеру! — насмешливо донеслось с вышки. — Я вам слова пока не давал. Ральф, что думаешь? Дадим им что-нибудь сказать?

— Слушай, Йохан, я бы их даже впустил, только ради того, чтобы услышать, как такая пёстрая компашка собралась вместе. Да и ты знаешь, Морда не обрадуется, если мы просто расстреляем их тут на пороге.

— Мордред не обрадуется, если узнает, что ты назвал его Мордой. Ладно. Эй, там! Подходите ближе, но не переступайте жёлтую полосу на асфальте. И уберите оружие, чёрт бы вас побрал!

Хьяго первым сделал шаг вперёд, огляделся по сторонам, убедился, что никто пока что не собирается стрелять в него, и гордо продефилировал к широкой полоске, расположенной в полусотне метрах от импровизированных ворот. Остальные последовали за ним.

— Что дальше? — громко спросил тролль.

Ворота открылись и из них вышел невысокий мужчина с рыжими волосами, стриженными под горшок. Оружия у него при себе не было. Он откашлялся, задумался, поправил воротник рубашки и заговорил:

— Ну здравствуйте. Меня зовут Ральф Брик, и вы стоите у врат общины «Рассвет». Советую не делать резких движений. Мой брат Йохан немного нервный, он стоит на страже уже пятый день подряд. Что привело вас в Берст? — было видно, что слова, произносимые им, звучат будто заученные наизусть.

— На самом деле нас сюда привело в первую очередь желание поспать под крышей. Мы из Астарима, — ответила за всех Хель.

— По закону, установленному Мордредом Водоправом, нашим лидером, мы не можем отказать путникам, ищущим ночлега. Ох, как же там… Неважно. Ненавижу этот официоз. Короче, идите за мной. Оружие сдайте на входе.

— Но… — запротестовала было Хель.

— Всё в порядке, — неожиданно сказал Хьяго. — Я знаю, кто такой этот Мордред. Слышал про него в нашей общине в Эйбри. Гном. Культист. Верит типа в Творца. За что был изгнан из Золотой Коммуны. И про эту общину тоже слышал, только не знал, что она в Берсте, мне казалось, что она где-то типа в анклаве Лин. Тут мы в безопасности, можете расслабиться, — тролль выдал свой фирменный оскал-улыбку.

—