Эльфогеддон - Станислав Аничкин

— Вода. Откуда у вас здесь вода? — спросил Хорс.

— Всё просто. Когда нижние уровни бункера обрушились, это случилось из-за землетрясения, как мы поняли. Если бы вы миновали поселение и прошли дальше, то увидели бы своими глазами разрушения на поверхности. Но вместе с этим открылись подземные ключи. Среди нас было много гномов, которые быстро сообразили, как всё это обернуть на пользу. И, предугадывая следующий вопрос, скажу, что с водой всё в порядке. У нас есть двое химиков, один из которых — обладатель научной степени. Прежде чем начать её использовать, всё было проверено десяток раз. И фильтры тоже никто не отменял.

— А те гномы ничего не имели против того, что Мордред… Ну… Верующий?

— Поначалу — да. Несколько из них даже со скандалом покинуло общину, не признавая лидером изгнанника. Один, кстати, потом вернулся. Но в итоге оставшиеся приняли путь.

— А ты сама? Ты всегда состояла в культе?

— Ох, не называй так, пожалуйста, нашу веру. Это не культ. Это истинный путь, который всем остальным ещё только предстоит понять. Кто-то сбился с него, кто-то и не знал. Но лишь когда достаточное количество сердец забьётся в едином ритме, Творец дарует нам героя, который низвергнет врага и его армию. И солнце вновь засияет на небе.

— Где-то я это уже слышал, — почесал Дамиан голову, — но ты не ответила на вопрос.

— Нет. Вообще, я с детства хотела поступить в Астарим на исторический факультет, но мне не хватило баллов. Поэтому я пошла на психологический здесь, в Берсте. На втором курсе к нам в город приехал настоятель Водоправ. Тогда просто Мордред Водоправ. Из интереса я пришла к нему на вечернюю проповедь. В первую очередь потому что там обещали бесплатный кофе. Так постепенно я прониклась его идеями и приняла путь. А на третьем курсе случился день Разрушителя, и Мордред по чистой случайной попал в наш бункер. Что было потом, ты уже знаешь.

— Вот это совпадение. Я как раз учился на историческом, на первом курсе. До Катаклизма. Хотя хотел идти в военную академию. Мой отец сражался в Войне Эпохи.

— А мой остался на пятом уровне бункера вместе с мамой.

— Сочувствую.

— Спасибо. Но это было давно, я смирилась с потерей. Нужно жить дальше и двигаться вперёд, именно этого хочет от нас Творец. Нельзя зацикливаться на былом.

Дамиан собирался что-то ответить, но Руби схватила его за руку и потащила куда-то за собой.

— Скорее! Не думаю, что ты видел такое!

Девушка перешла на бег, так и не отпустив руку, и Дамиан следом за ней. Они оказались у жилого пятиэтажного здания, двери в котором были выбиты, а проход увеличен в два раза по высоте и ширине. У дома уже стояло несколько человек и гномов. Хорс обратил внимание, что примерно каждый пятый носил белую мантию.

— Что тут происходит?

— Мунбл. Он выступал в цирке. Во время того, что ты назвал Катаклизмом, он остался совсем один. Я не знаю, что ему пришлось пережить, но теперь он боится абсолютно всего. Настоятелю пришлось долго работать с ним, чтобы хоть как-то заново социализировать. Что изначально было непросто. Сейчас ты поймёшь, видимо, его уговорили выйти на праздник.

Из дома раздалось рычание, и что-то ударило по полу, так громко, что эхо прозвучало по всем этажам. Потом ещё раз. Потом из здания вышел Мордред собственной персоной, но смотрел он не на собравшихся, а на проход, и шёл спиной назад, руками словно приманивая кого-то к себе.

— Ну же, не бойся, мы же обо всё договорились. Давай, дружок. Покажись Творцу.

— То-о-о-орцу-у-у-у-у! — раскатисто прозвучал будто бы звериный голос, а в проходе показался самый настоящий огр. Великан, ростом под четыре метра, с руками и ногами, по обхвату давшими бы фору деревьям. Кожа была практически белой, в синих полосках-венах. Его лоб украшал толстый рог, что делало лицо с массивной вытянутой вперёд челюстью напоминающим носорога. Из одежды на огре была лишь набедренная повязка, служившая некогда наволочкой для двуспальной кровати.

— Молодец! Давай, смелее! — подбадривал гиганта Мордред.

— Па-а-апа-а-а! — зарычал тот и, сильно косолапя, пошёл в сторону гнома.

— Огр? — Дамиан повернулся к Руби. — Говорящий на ланге огр, считающий гнома своим отцом? Серьёзно?

— Не просто говорящий огр. Его зовут Мунбл, и он тоже следует пути Творца, — расплылась в улыбке девушка, довольная тем, что смогла удивить. — В какой-то степени. Он тоже будет слушать выступление в честь годовщины. Мунбл очень редко покидает своё убежище, только по особым случаям. И сейчас одно из них. Пойдём, мы тоже не должны пропустить!

Глава 21. Потанцуем?

У сцены, на которой уже была установлена звуковая аппаратура, собралось, наверное, всё население «Рассвета». В толпе Дамиан разглядел Хьяго и Фукса, которые вытаращились на приближающегося огра. Хель пока не было видно. На столбе рядом со сценой часы показывали без десяти двенадцать. Раздался звук колокола, оповещающий о скором начале церемонии.

«Интересно, а Йараллиона в его жутком облике здесь бы тоже приняли?» — подумал Хорс, в очередной раз глядя на Мунбла. — «Может, тоже выделили бы отдельное жильё специально для его долгосрочной медитации. А потом, когда бы он пришёл в себя, начали агитировать принять этот их путь Творца. Я бы посмотрел на элливейро-ведомого».

В поле зрения наконец попала Хель. Она шла со стороны столовой-ресторана, ведя под руку Уну нар-Шихху, известную здесь как матушка Уна. Выглядели они как внучка с бабушкой. Обе ороконеру были спокойны, но задумчивы. Очевидно, их разговор не был простым, но, как Хель и обещала, обошёлся без оскорблений и, тем более, рукоприкладства. Дамиан помахал девушке рукой, та кивнула в ответ, давая понять, что увидела. Между ними уже собралось слишком много поселенцев, чтобы добраться друг до друга, поэтому Хорс отвернулся обратно к сцене, на которую уже поднимался Мордред Водоправ.

Гном в белоснежной мантии опирался на увесистый деревянный посох. Хромоты за ним Дамиан не припоминал, поэтому предположил, что это атрибут не то духовной власти, не то лидера общины. Что, в принципе, здесь было одним и тем же. Мордред прислонил пять растопыренных пальцев ко лбу,