Джанк - Ау Каеши

— Я не видела. — сказала она.

— Что вы именно не видели? То что гости “под кайфом”? — продолжал расспросы Сорот.

— Я не видела процесс принятия менкоина. Они могут быть пьяны по разным причинам и от разных веществ, коих в зале предостаточно.

— Меня интересует, если ли непосредственно менкоин в ближайшем доступе? На столе, например?

— Есть.

Сорот улыбнулся и сложил руки на груди. Покосился на королеву хитрым взглядом. Женщина считала его эмоцию и махнула девушке.

— Можешь быть свободна, благодарим за работу. — сказала она.

Мессалин поклонилась и ушла. Эшлен непонимающе обернулся к матери.

— И что это дает? — спросил он.

— Просто, было интересно. — усмехнулся Сорот.

* * *

Мессалин вернулась в комнату, чтобы переодеться в тренировочный костюм. Спальня была пустой, все жительницы разошлись по своим делам. Девушка залезла в общий шкаф и принялась искать свои вещи, как вдруг кто-то окликнул ее сзади.

— Привет, Месс! — крикнули позади.

Мессалин обернулась и увидела Вайш с Амалой. Они выгребали свои вещи с тумбочек и паковали их в большие сумки. На руке у Вайш красовался гипс от плеча до запястья, и такой же на шее. А у Амалы была загипсована одна нога.

— Мы живы, представляешь. — рассмеялись девочки.

Мессалин побежала к ним и обняла.

— Не думала, что вы так скоро вернетесь. А куда собираетесь?

— А как ты думаешь? — Амала потыкала в свой гипс. — Домой конечно. На полгода минимум. А скорее всего- навсегда.

— Лично я не планирую возвращаться, не мое эти шпионские игры. Если и вернусь, то обратно в обычные рядовые. — добавила Вайш. — Даже хорошо, что так сложилось. Не надо придумывать причины для увольнения.

Мессалин с теплом смотрела на девушек. Она была очень рада, что они вообще живы. С того момента как их выносили на носилках с зала, она боялась что-либо спрашивать про их самочувствие.

Они быстро закончили собирать свои вещи. Взяли в руки сумки и улыбнулись Мессе.

— Приятно было познакомиться. — сказали они.

— Взаимно. — кивнула Мессалин.

Она взяла одну сумку у Амалы и вызвалась проводить их до выхода.

* * *

На утренней разминке Хель озадаченно почесывал подбородок.

— Многовато места тут для вас теперь. Надо как-то оптимизировать чтоли…

Старик полистал ежедневник и нахмурился. Б14 изначально был очень маленьким отрядом, а теперь это и вовсе стала группа из двух человек.

— Как бы вас не расформировали вовсе… — озадаченно сказал тренер.

— А что будет если расформируют? — спросила Мессалин.

Ангел цыкнула языком и закатила глаза. На пол лица у нее красовался огромным фиолетово-бордовый синяк.

— Распределят по другим взводам и корпусам. На самые низкие должности. Снова придется заново вверх карабкаться. Если кто-то другой типа Эшлена к себе под крыло не возьмет. — объяснила блондинка.

— А что нужно сделать, чтобы не расформировали?

— В вашем случае- выслужиться и перепрыгнуть на должность повыше. Больше никак, вас слишком мало, дорого казне обходитесь. — вздохнул наставник. — Как там ваша миссия?

— Никак. — недовольно ответила Ангела.

— Ох не завидую я вам, девочки. Если еще и задание не выполните… Королева нынче не в духе, как бы вас вообще не “того”. Я на вашем месте писал бы увольнительные пока не поздно. А то будете до конца дней тут маршировать да унитазы мыть. — добавил Хель и захлопнул свой ежедневник. — Ну идите- идите, а то на завтрак опоздаете.

Мессалин отряхнулась от песка и двинулась к выходу, уже чувствуя на языке вкус кофе и булочек. Ангел догнала ее у самого входа и схватила за руку.

— Пойдем вместе? — неожиданно спросила блондинка.

Мессалин удивленно подняла брови: она никогда не видела, чтобы капитанша ходила на завтраки. Месса пожала плечами и кивнула.

Весь путь они молчали. Ангела была задумчивой и напряженной, Месса же весело скакала по коридору. Добравшись до столовой Мессалин набрала себе полный поднос сладкой выпечки и стакан кофе. Ангела же ограничилась одним бутербродом с сыром и чашкой чая. Они заняли маленький стол на двоих в углу. Люди только начинали приходить: зазвенели ложки и стаканы, голоса и смех. Толпы курсантов и давних служил расползались по обеденной зоне гремя подносами.

Ангел смотрела на бутерброд в упор, будто пыталась разогреть его взглядом. Месса же молча уплетала булочки и громко хлюпала кофе.

— Надо что-то придумать. Я не хочу обратно на самое дно. — сквозь зубы сказала Ангела.

Мессалин усмехнулась и махнула рукой.

— Может тебя Эшлен возьмет к себе куда-то. Почему сразу думаешь о плохом?

— Не возьмет. — она потерла фингал на глазу и зашипела от боли. — Никуда не возьмет, реально отправит толчки мыть до конца дней.

— Ну тогда уволишься и поедешь домой.

Ангела резко выдохнула. Слова про дом кольнули ее в сердце. Капитанша задумчиво нахмурилась и отвернулась к стене, подперев подбородок.

— Нет у меня дома. И ехать мне некуда. Тут хоть крыша над головой есть. — замялась она. — Я родилась на окраине Севера, в маленьком городке. Родителей не помню, самого дома тоже. При очередной стычке с Западом его разбомбили так, что и камня не осталось.

Мессалин прекратила жевать и положила булку на стол, внимательно всматриваясь в капитаншу.

— И как ты тут оказалась?

Ангел поджала губы, не желая рассказывать. Но потом повернулась к напарнице, уставилась на нее и продолжила.

— Всех выживших перевезли в столицу. Детей- сирот по приютам да интернатам. Вот я в такой и попала, при резиденции. Это и есть мой дом, я тут росла. Потом поступила на военную кафедру, семь лет службы и вот я капитан под крылом Эшлена. — она тихо посмеялась. — Мы даже один раз вместе за одной партой сидели, до того как он генералом то стал.

Мессалин усмехнулась и с недоверием покачала головой.

— С Эшленом за одной партой? Я думала он с пеленок в погонах был.

— Нет конечно. — рассмеялась Ангел. — Он был на последнем курсе, а я на первом. И однажды у нас общая пара по истории была. Я тогда и подумать не могла, что он так быстро до такой высоты допрыгнет.

— Что тут прыгать, он член правящей семьи. Я уверена, что ему место грели давно.

Ангел мотала головой и смеялась.

— Нет. Тогда место уже было занято. Братом короля… Не помню как его… Кажется Гарольд. Молодой был, но строгий такой. Одним взглядом на место ставил. И уходить не собирался, и Элиа был не из тех кто под своих чад коврики подкладывал. Никто действительно