Калгари 88 - Arladaar

— А почему у нас нет телефона? — недовольно спросила Арина. — Это необходимая вещь! Как можно жить без телефона???

— Так и живём. Как будто ты не знаешь. Потому что на установку телефона очередь! И мы в ней далеко не первые. Люся, мне твоё подростковое упрямство иногда совсем не нравится! Перестань вредничать!

Арина нахмурилась и всю дорогу до автобусной остановки молчала, размышляя, как так: есть люди, которые хотят поставить телефон, но существует некая очередь, где надо много времени ждать непонятно чего. В сеттинге Арины только свистни — нарисуется груда предложений, от которых отбиваться замучаешься.

Настроение и так слегка испортилось, так ещё, как назло, народу на остановке скопилось порядочно. Воскресенье, и все ломанулись в город кто куда. В магазины, на рынок, в кино, в цирк. И если в будние дни много пассажиров ехали только утром и вечером, на работу и с работы, то в выходные, похоже, людно было всегда.

Арина угрюмо осмотрела скопившуюся толпу и подходящий короткий ЛиАЗ. Ничего хорошего это не сулило. Люди приготовились брать автобус с боем.

— Будь наготове! — предупредила Арина маму. — Я тебе покажу, как затащить наши тушки в салон! Стой пока. Стой. Стой. Погнали! Вон туда! Беги! Быстрее, ма!

Едва автобус, подъезжая к остановке, начал тормозить, Арина схватила маму под локоть и потащила, минуя толпу, к открывшимся перед ними дверям. Точность до нескольких сантиметров!

— Ловко у тебя получилось! — засмеялась мама, быстро зайдя внутрь за мигом заскочившей, и бухнувшейся на место у окна Ариной. — Я бы никогда не догадалась так удачно подбежать.

— Ничего особого сложного, — скромно сказала Арина. — Навык и немного везения. И фигурнокатательного лайфхака.

— Да, но нам-то повезло, а люди с маленькими детьми стоят. Это непорядок! — строго сказала мама и обратилась к молодой женщине с ребенком лет трёх, дней в руках, стоящей рядом. — Девушка, давайте моя дочь подержит вашего малыша на руках. Или я подержу. Давайте, давайте. Это девочка? Ути-пути, как тебя звать? А на руки к Люсе пойдёшь?

— Чтооо? — округлила глаза Арина. — О щииит! Нет! Мама! Я не хочу! Это отстой!

— Что, мама? Какой ещё застой??? И ты, когда маленькая была, мне тоже место уступали! И тебя на руках держали! — возразила мама. — Люся! Как ты к людям, так и они к тебе! Будь зайкой и подержи девочку на коленях, это совсем не трудно и недолго. Надо помогать друг другу, и оставаться людьми в любой жизненной ситуации.

Арина неловко посадила ребенка на колени и, нарочито отвернувшись от него, уставилась в окно. Потом всё-таки посмотрела на девочку и увидела, как малышка повернула голову в круглой меховой шапке и посмотрела ей прямо в лицо. Увидев, что на неё обратили внимание, девочка вдруг заулыбалась широко открытым ртом с белыми молочными зубами и сказала: «Даша».

Причем произнесла очень твердо и чисто, даже не шепелявя, как это обычно делают маленькие дети.

— Эмм… Арина. То есть, Людмила, — представилась Арина, не зная, как ещё реагировать на детский лепет. Неужели вступать в беседу с такой крохой? Это выглядело бы смешно.

— Вот и познакомились! — засмеялась Дарья Леонидовна. — Теперь будете гулять вместе, и на санках кататься.

Люди, стоявшие рядом и видевшие всю сценку, тоже рассмеялись. Этот совсем небольшой отрывок из обычной жизни поднял настроение всем присутствующим, и уже не казался таким тесным автобус, да и толпа вдруг как-то поредела — приехав в город, люди стали расходиться кто куда, а вскоре пришлось выходить и Арине с мамой. Арина отдала девочку Дашу матери и прошла к выходу. Приехали.

Рынок располагался в огромном здании. Он, конечно, не шёл ни в какое сравнение с торговыми центрами современности, где Арина бывала не раз, но здесь, в Екатинске, считался самым большим по площади. Громадное квадратное здание сто на сто метров построили в начале 1970-х для удовлетворения потребностей трудящихся в продуктах питания и товарах народного потребления. Торговать там разрешалось лишь потребкооператорам, закупающим продукцию в сёлах, либо представителям колхозов и совхозов. Большинство торговцев, даже из южных республик, этим статусом типа обладали и торговали на рынке вполне официально, при этом за год могли наторговать себе на автомобиль «Жигули». Давали места за прилавком места и обычным дачникам за определённую плату в несколько копеек. Но в дачный период продавать можно и так, где угодно, с картонки, поставленной на землю. На крытом рынке дачники продавали лишь цветы. Цветочных магазинов не существовало, и купить букет в городе было большой проблемой.

Несмотря на внушительные размеры строения, в торговом зале оказалось светло: с трёх сторон в стенах сделаны громадные витражные окна, отчего в народе крытый рынок метко назвали «Аквариум».

Народу по рядам слонялось порядком — выходной как никак… В будний день столько покупателей не было. По странным законам советской торговли, рынок работал, как и все обычные советские предприятия, до 16 часов дня. И когда труженики, работавшие в этих самых предприятиях, шли с работы, рынок уже закрывался, а из служебного входа выходили радостные работники. При этом трудящиеся были вынуждены идти за продуктами в обычные продовольственные, которые во второй половине дня набивались до отказа и как будто соперничали друг с другом за звание «Герой социалистической очереди».

Для Арины, любившей познавать всё новое и необычное, вылазка на рынок и впечатления от неё стали интересным событием последних дней. Ещё бы… Она впервые видела советский торговый центр!

Хотя ничего особо интересного в нём не было. Во весь громадный зал тянулись торговые ряды. Однако не сказать, что их много. Проходы между прилавками занимали обширные пространства, и казавшийся внушительным торговый центр на деле внутри выглядел полупустым. В самых ближних от входа рядах продавали овощи и фрукты. В воздухе завис стойкий запах плесени и сырости. На прилавке в лотках лежали груды картошки, морковки, свёклы, редьки, репчатого лука, чеснока. Вот и все местные овощи. За прилавками стояли деревянные бочки с огурцами и квашеной капустой. От них и шёл неприятный кислый запах. Арина впервые в жизни увидела деревянные бочки из досок, стянутые железными обручами, и смотрела во все глаза на невиданное доселе устройство.

— Смотри! Там! Бочки! — восторженно сказала она, дёргая Дарью Леонидовну за рукав.

— Вижу. Бочки, — согласилась мама. — И что дальше??? У нас есть