Круг Девятирога - Владимир Городов

– Светлый лад лэд! – вклинился в разговор Петя. – Ежели мы будем в каждой отштурмованной комнате разговоры разговаривать, то ужин по распорядку уже не получится.

– Резонно, – согласился я. – Поставь возле этой комнаты караул: здесь пока будем содержать пленных. А сам – на исходную позицию! Следующей штурмуем комнату напротив.

* * *

Освобождение всех последующих комнат разнообразием не отличалось: в каждую по внутреннему коммуникационному каналу посылался голографический Петя-парламентёр, и после переговоров, самый долгий из которых продолжался четверть часа, гарнизон комнаты сдавался «на милость Светлости». К исходу дня (или, по-суонарскому, к исходу ночи), когда мы освобождали тринадцатую, последнюю, я уже устал, как от рутинной монотонной работы. Всего мы взяли в плен тринадцать Неутомимых и пятнадцать техников. Поведение пленных меня чуть ли не умилило: оказавшись в нашей импровизированной ка-пе-зе и чуть оправившись от стресса, они тут же присоединялись к одному из «кружков по интересам», увлечённых той или иной азартной игрой настолько, что, когда я приказал всех построить, даже раздался лёгкий недовольный ропоток, тут же пресечённый громким рыком начальника гвардии.

– Сейчас мы отпустим всех Неутомимых, – сказал я. – Техников мы также отпустим, но несколько позже. Всем Неутомимым построиться в главном коридоре!

Неутомимые, разобрав автоматы из аккуратно составленных пирамид, потянулись к выходу из комнаты. Только лишь Пятьсот Девятнадцатый задержался, о чём-то негромко переговариваясь с Петей. Тот покивал и направился ко мне.

– Тут вот какое дело, – сказал он. – Пятьсот Девятнадцатый и ещё трое с ним… Не хотят они возвращаться. Просятся к нам. Уж больно ты им по душе пришёлся.

– А как же присяга? Клятву на верность императору давали?

– Так ведь нет у императора врагов. Не было, я хотел сказать. И клятва вроде бы как не нужна была. Присягу принято лишь лад-лэдам давать.

«А и вправду, – подумалось мне, – что есть присяга, как не повод законно покарать того, кто не будет послушен? А императору закон не писан, он сам себе закон!»

– Устали мужики всю жизнь под палкой-то жить, – продолжал меж тем Петя. – Я тут им порассказал немножко, как мы в Одессе живём, вот они и…

– Когда ты успел? Ты же всё время переговоры вёл.

– Не всё. Пока ты технику на следующую комнату настраивал, мы тут немножко лясы поточили. Так как?

– Выходит, ты им всё разболтал про Одессу?

– Не-е! Про Одессу – ни слова. Так, туманными намёками. Есть-де одно такое ладство, где я при тебе начальником гвардии…

– Поручиться за них можешь?

– Как за себя! С деревянных мечей вместе!

– Что за деревянные мечи?

– Нас в один день в Суонар доставили, в детскую казарму. Почитай, всю жизнь на одних нарах провели.

– Хорошо. Под твою ответственность.

– И ещё одна просьба есть, Светлый. – Петя немного замялся. – Остальных-то вот… тоже жалко! Накажут их. Ох, и накажут!

– Ты что, предлагаешь всех забрать?

– Нет, за всех я не поручусь. Да не все и захотят. Но вот сделать так, что они вроде бы как не сдавались, а вроде бы как достойно отступили…

– У тебя есть мысль, как это сделать?

– Есть. Такая: выдаём им по несколько патронов, и они отступают, вроде бы как от нас отстреливаясь. Те, что за воротами Города, увидят: тяжёлый бой, даже с потерями – четырёх-то недосчитаются! А?

– А если кого-нибудь случайно поранят?

– Командир! – укоризненно покачал головой Петя. – Вспомни, сколько раз сегодня по мне стреляли!

Только тут я понял, что предлагает Петя: имитировать бой Неутомимых с нашим отрядом, присутствующим в виртуальном виде. Идею в целом я одобрил, но несколько модифицировал.

* * *

Камера внешнего обзора позволяла видеть прибывшее по тревоге подкрепление. Около полусотни Неутомимых напряжённо ожидали развития событий в длинном тоннеле перед входными дверями Подземного Города – вполне достаточное количество свидетелей грядущего героического сражения. По каналу коммуникации я следил, как Петя прохаживался перед строем бывших пленных и выдавал им версию произошедшего за последние часы.

– Вы все бдительно несли службу, неустанно охраняя доверенные вам посты. Вдруг все двери медленно – повторяю, МЕДЛЕННО! – стали закрываться. Только входная быстро захлопнулась. Вы все успели выйти в коридор и занять здесь оборону. Вдруг вот эта дверь (запомнили, которая?) отворилась и вошёл Призрачный Зверь. Светлый, где Зверь?

Я включил транслятор, и рядом с Петей возник пушистый Бес, бестолково озираясь и зевая спросонок: его только что принесли из Одессы, где он уже бессовестно дрых после ужина, не дождавшись хозяина. В настоящий момент он квёло сидел рядом со мной.

По строю пробежал недовольный ропот.

– Издеваешься, да? – кисло усмехнувшись, спросил кто-то.

– Светлый, присутствующих Призрачный Зверь не впечатляет, – констатировал Петя.

Я немного поколдовал над пультом и увеличил изображение. Голографический Бес коснулся головой потолка.

– Ну большой. Ну и что?

– Страшно будет попозже, – пообещал Петя. – Вот в этом подсумке – патроны. По три штуки на каждого. На очень короткий бой хватит. Ваша задача – как можно быстрее смыться, лишь только откроется входная дверь, чуточку постреляв при этом. И не советуйте никому из встречающих сюда заходить. Сами видите, в коридоре ничего интересного нет, а в другие комнаты мы никого не пустим. Если кто-то останется здесь после того, как входная дверь снова закроется, то будет очень долго скучать. Вопросы есть?

– А если спросят, куда техники подевались? – спросил кто-то из строя.

– Скажете: чудовище скушало. Всех техников, а с ними Пятьсот Девятнадцатого, Пятьсот Двадцать Третьего, Пятьсот Двадцать Четвёртого и Пятьсот Тридцатого. Всё. Бывайте. Чтоб вам устать до отключки!

Петя вышел из коридора. Я закрыл за ним дверь, и коридор превратился в шлюз для пропуска людей в одном направлении. Я немного поработал над изображением Беса: уменьшил глаза, запустил в них красные огоньки, увеличил пасть, удлинил зубы, а в довершение перекрасил шерсть в зелёный цвет.

– Голос! – скомандовал я щенку, и тот вяло тявкнул несколько раз. Я повысил уровень громкости и смодулировал из этого «тяф‑ф» такой мощный и ужасающий рык, что снаряжающие автоматы Неутомимые непроизвольно оглянулись, некоторые даже передёрнули плечами: до того уж мерзкое создание слепил я из своего любимца. Дальше пошло маленькое издевательство над щенком. Петя дразнил его, всячески тормошил, строил ему страшные гримасы, оставаясь между тем за кадром. Бес сердито заливался лаем и наскакивал на него. А что в это время происходило в гулком коридоре, трудно представить. Неутомимые с недовольными лицами зажимали ладонями уши. Я открыл двери, и они бросились на выход, ведя беглый огонь по «ужасному монстру». Едва последний из Неутомимых пересёк порог, я закрыл дверь и выключил трансляцию.