Оставленные - Том Перротта

– Не повезло, – объявил Кевин, возвратившись в гостиную с телефоном в руке. – Я оставил сообщение, но она не всегда проверяет. Я знаю, что она была бы рада увидеться с тобой.

Они смотрели друг на друга. Как ни странно, в отсутствии Мег оба чувствовали себя еще более неловко. Кевин протяжно вздохнул.

– От Тома никаких вестей. С лета уже. Я немного волнуюсь за него. – Помолчав с минуту, он добавил: – И за тебя тоже волнуюсь. Особенно после того, что случилось в прошлом месяце. Надеюсь, ты осторожна.

Лори пожала плечами, давая понять, что у нее все хорошо, но и сама почувствовала, что ее телодвижение можно расценить двояко. Кевин положил ладонь ей на руку, чуть выше локтя. Не сказать, что это было очень уж нежное прикосновение, но у Лори начала зудеть кожа. Давно он ее не трогал.

– Послушай, – произнес Кевин. – Не знаю, зачем ты пришла, но я, правда, очень рад тебя видеть.

Лори кивнула, пытаясь донести до него, что она тоже рада встрече с ним. Ладонь Кевина переместилась чуть выше, словно робко поглаживая ее руку, вроде как и не совсем умышленно, чтобы это можно было понять как ласку. Но Кевин не имел привычки трогать ее по делу и без дела. Он редко прикасался к ней, если не хотел заняться сексом.

– Осталась бы сегодня здесь, – предложил он. – Как-никак Рождество. Семейный праздник. Хотя бы на одну ночь. Не пожалеешь.

Лори с беспокойством глянула в сторону ванной, недоумевая, почему Мег там застряла.

– И подруга твоя пусть остается, – продолжал Кевин. – Я ей в гостевой постелю, если она захочет. А утром вернется.

А утром вернется. Интересно, что он имеет в виду? – подумала Лори. Значит ли это, что сама она останется? Он просит ее вернуться домой? Она покачала головой, с грустью, но твердо, давая ясно понять, что она здесь не с супружеским визитом.

– Извини. – Кевин наконец-то понял намек и убрал с ее руки ладонь, приводившую Лори в смятение. – Просто мне как-то тоскливо сегодня. Компания не помешала бы.

Лори кивнула. Ей было жаль его, искренне жаль. Кевин всегда любил праздники, все эти обязательные семейные сборища.

– Слушай, ну что за дела? – расстроенно произнес он. – Поговорила бы со мной. Я ведь твой муж. Мне хочется услышать твой голос.

Лори чувствовала, что ее решимость тает. Она уже собралась было открыть рот, сказать ему что-нибудь типа: «Я знаю, это нелепо», и, поддавшись минутной слабости, уничтожить восемь месяцев упорной работы над собой, но тут послышался шум воды из туалета. Мгновением позже дверь ванной распахнулась. А потом, едва показалась Мег, с виноватой улыбкой на губах, в руке Кевина зажужжал телефон. Он поднес его к уху, даже не взглянув на дисплей, произнес в трубку:

– Алло?

* * *

Нора была настолько поражена, когда услышала в трубке его голос, что на время утратила дар речи. Ей удалось убедить себя, с помощью двух бокалов вина, выпитых почти на пустой желудок, что Кевина не окажется дома, что она просто оставит ему короткое сообщение на автоответчике и все, с нее взятки гладки.

– Алло? – повторил он, скорее недоуменно, чем раздраженно. – Кто это?

Нора хотела нажать «отбой» или сказать, что ошиблась номером, но потом взяла себя в руки. Я взрослая женщина, подумала она, а не двенадцатилетняя пранкерша.

– Это Нора, – представилась она. – Нора Дерст. Мы танцевали с тобой на дискотеке.

– Я помню, – сказал он, чуть более сухим тоном, чем она ожидала, с некоторой настороженностью в голосе. – Как дела?

– Хорошо. А у тебя?

– Отлично, – ответил он, не совсем искренне. – Так, праздную.

– Я тоже, – сказала она, как и он, подразумевая обратное.

– Стало быть?..

На несколько секунд в трубке наступила тишина. Ожидая, пока он докончит фразу – то ли вопрос, то ли еще непонятно что, – Нора глотнула вина и мысленно повторила речь, которую она репетировал в ванной: Не желаешь сходить куда-нибудь, выпить кофе?

Во второй половине дня я почти всегда свободна. Она все продумала. Встреча в послеобеденные часы ни к чему не обязывала, как и кофе. Если встретиться за чашечкой кофе до вечера, можно притвориться, что это вовсе и не свидание.

– Я вот зачем звоню, – нарушила она молчание. – Не желаешь поехать во Флориду?

– Во Флориду? – Кевин был удивлен, как и она сама.

– Да. – Слово «Флорида» само сорвалось с языка, но в результате она озвучила именно то, что хотела сказать. Она хотела отправиться с ним во Флориду, а не в бар кофе попить. – Не знаю, как ты, а я бы не прочь погреться на солнышке. Здесь как-то мрачновато.

– И ты хочешь, чтобы я?..

– Если хочешь, – сказала Нора. – Если не занят.

– Интересно. – Судя по его голосу, ее предложение его обрадовало. – И когда?

– Не знаю. Может, завтра?

– Лучше послезавтра. – Помолчав, он добавил: – Послушай, мне сейчас не совсем удобно говорить. Давай я перезвоню позже?

* * *

Убирая в карман телефон, Кевин всем своим видом старался демонстрировать беспечность, но сохранять непринужденность было не так-то легко: Лори и ее подруга смотрели на него с откровенным любопытством, словно он обязан был перед ними отчитываться.

– Один знакомый, – пробормотал он. – Ты его не знаешь.

Кевин видел, что Лори ему не поверила, но что он должен был сказать? Женщина, с которой я едва знаком, пригласила меня поехать с ней во Флориду, и, по-моему, я только что согласился? Кевин и сам с трудом в это верил. Он положил трубку всего несколько секунд назад, а ему уже казалось, что произошла какая-то ошибка – то ли его специально запутали, то ли разыграли. Он понимал, что нужно перезвонить Норе и все прояснить, но, пока он не один, об этом не могло быть и речи, а он понятия не имел, сколько еще пробудут его гости. Создавалось впечатление, что Лори и ее спутница готовы весь вечер стоять и смотреть на него.

– Итак. – Он тихо хлопнул в ладоши, уводя разговор в сторону. – Кто хочет есть?

* * *

Лори медленно брела в направлении Мейн-стрит, на шаг-два позади Мег, наслаждаясь непривычным ощущением тяжести в животе. Угощение было без изысков – никаких тебе остатков от праздничного обеда, как обычно бывает в вечер Рождества, – но все равно очень вкусное. Они умяли все, что Кевин поставил перед ними: морковь, баночный кэмпбелловский вермишелевый куриный суп с гренками, бутерброды из белого хлеба с салями и американским сыром; на десерт – шоколадные конфеты с горячим свежесваренным кофе.

Они заворачивали за угол, когда Лори услышала за спиной шаги и голос Кевина, окликающий ее. Обернувшись, она увидела, что он бежит по дороге, без пальто и шляпы, и машет одной рукой, словно пытается поймать такси.

– Ты забыла вот это, – сказал он, нагоняя их. В руке он держал маленькую коробочку – одинокий подарок, что она заметила под елкой. – Точнее, я забыл отдать. Это тебе. От Джилл.