Вечный Хэллоуин - Габриэль Г. Стюарт

— Помните, я говорил, что каждый год из мира людей сюда попадает ровно один человек? Так вот, сегодня я наткнулся на эту книгу. — Девин вытащил из-под лап Григория чёрную книгу с блестящей тыквой на обложке. — Точнее я подумал, что перечитал все книги в своей библиотеке, кроме этой. Знаете, что это?

— Книга Хэллоуина. — сразу ответил Аластар, беря книгу в руки.

Генри тоже подошёл и принялся её рассматривать. Она была будто бы измазана в саже, но пальцы не пачкала.

— То есть здесь, как в Библии записаны какие-то священные тексты? — уточнил парень, трогая книгу на ощупь.

— Да. — закивал Нострадамус. — Здесь всегда было ровно триста десять страниц, сегодня я обнаружил триста одиннадцатую. — почти шёпотом проговорил он и взмахнул рукой.

Страницы в книге стали переворачиваться, словно подул сильный ветер, и остановились в самом конце. Страница была такая же жёлтая и чуть обгоревшая по краям, как и остальные, но в отличие от других на ней был рисунок: стройный синий конь с горящими глазами, а сверху восседал человек в чёрных одеждах и держал он в руках злобно улыбающуюся тыкву, охваченную пламенем.

— И когда Он снял пятую печать, я слышал свой крик и закрыл я глаза не в силах смотреть. Но я взглянул, и вот, стоит конь синий, и на нём всадник, который пройдётся по земле и обрушит ужас на всё живое, завоет, закричит, заплачет, и имя ему — «страх». — прочитал Аластар и тут же захлопнул книгу. Его лицо побледнело, а зрачки стали огромными и почти скрыли жёлтый пигмент глаз.

Генри вытянул из окаменевших пальцев фамильяра книгу и ещё раз перечитал писание.

— Пятый всадник? — парень поднял голову, смотря на Девина. — Разве так можно?

— Самайн создал своего, уже нет сомнений. — закачал головой старик. — А вы знаете, что это значит?

— Конец света. — подал голос Аластар. Он всё ещё выглядел шокированным, но старался держать себя в руках. — Он хочет начать апокалипсис.

— Нет, — Генри усмехнулся, переводя взгляд с Аластара на Нострадамуса. — этого не может быть. Просто не может…

Нострадамус тяжело вздохнул и присел у подножья статуи.

— Если наступит конец света, то его царством может стать весь мир. По земле будут свободно бродить все твари, и он будет править ими. — заключил старый ведьмак.

— А как же Сатана? Разве не он этого хочет? А как же битва между Раем и Адом? — испуг на лицах старших заставил Генри быстро думать, чтобы найти другое объяснение, чтобы опровергнуть их догадку.

— Ты насмотрелся фильмов, мой мальчик. — Девин отрицательно покачал головой. — Никакой битвы не будет. Сам конец света — это Его победа.

— И как объяснить всё, что происходит здесь и в моём мире?! — Генри окончательно распалился и еле дышал.

— Думаю, все монстры чувствуют, что скоро здесь начнётся что-то грандиозное. Именно здесь, в Уоррене, в точке отсчёта. Самайн не хотел, чтобы его план разоблачили раньше времени, вот и не давал нашим головам работать ясно. А теперь уже поздно что-то менять. Мы на пороге Армагеддона. — заключил Нострадамус, доставая из кармана трубку и раскуривая её. — Скоро весь мир превратится в Вечный Хэллоуин. Он как болезнь расползётся и накроет весь земной шар. Уоррен по ту сторону забора уже застрял в одной дате. Я ходил туда вчера и видел, что там происходит. Люди начинают сходить с ума, от страха убивают себя и других. Оборотни уже не раз покидали этот мир, пугая жителей другого. И ещё Гончий…

— Кто? — Генри уже не мог стоять твёрдо и поэтому сел прямо на дорогу.

— Гончий — это злобный дух, который обычно принимает форму страшного оленя и гуляет по миру, убивая людей, дабы воздать дань Самайну. — пояснил Девин. — Жуткая тварь. Он и оборотни в каком-то роде первый знак начинающейся заварушки. Как я раньше не понял. — старик углубился в свои горестные мысли, покачивая головой и нервно теребя бороду.

Тогда маг обернулся к Аластару, смотрящему в одну точку перед собой.

— Мы должны что-то сделать! — заявил парень. — Должны предотвратить это!

— Остановить апокалипсис? — горько усмехнулся Аластар. — Я бы с радостью, но боюсь, от нас ничего не зависит.

— Это ещё не самое страшное. — вдруг произнёс Нострадамус.

— Что может быть хуже конца света? — в голосе Генри прозвучали истерические нотки.

— Каждый год один обращённый. — повторил свои слова старик. — Самайн искал того, кто поведёт его войско, кто станет пятым всадником. Долго же он готовился. Заманивал по одному. — хмыкнул Девин.

— Но мня никто не заманивал. — возразил Генри. — Я встретил Аластара. Если только ты не хочешь сказать, что Аластар и заманил меня. — парень неуверенно посмотрел на фамильяра.

— Не думаю, что это так. — покачал головой ведьмак. — Аластар, ты помнишь вашу встречу?

Мужчина кивнул.

— Что тебя сподвигло пойти именно туда, где был Генри?

— Я думал, это была судьба. — подавлено ответил фамильяр. — Я просто доверился интуиции.

— А может это была вовсе и не интуиция, а воля демона Хэллоуина? — Девин намекал на что-то, чему совсем не хотелось верить.

— Думаешь, это Самайн устроил нашу встречу?! — неожиданно громко воскликнул Аластар.

Нострадамус ничего не ответил, а мужчина вскочил на ноги и принялся пинать носком ботинка камни. Его разозлила эта догадка, ведь он так верил в судьбу. Если бы не Самайн со своей затеей, он бы может никогда и не встретил Генри и всё ещё был бы одиноким и никому не нужным. Сам Генри пытался согреть замёрзшие руки и дышал на них, позабыв о магии. Его била дрожь.

— И вот в этот год Самайн наконец-то поставил последнюю фигуру на свою доску. Ему больше нет нужны заманивать сюда людей, потому что он нашёл своего всадника. — закончил Девин. Его глаза блестели, смотря на юного мага.

Генри вдруг понял к чему клонит Нострадамус и почувствовал, что вот-вот потеряет сознание.

— Вы хотите сказать, что это я? — его голос дрожал и был не узнаваем.

— Всё это началось после того, как ты пришёл в наш мир. Мне жаль, мальчик мой, но всё сходится. — печально произнёс старик. Из его трубки шёл дымок.

Аластар тут же подскочил к Генри и вцепился в его плечо с такой силой, что парень жалобно вскрикнул.

— Это ложь. — сквозь зубы процедил мужчина. В его глазах пылало пламя. — Просто шутка. Ты ошибся.

Но глаза старого ведьмака говорили за себя. В этой пугающей правде он был уверен. Аластар вдруг издал звук, похожий на подавленный рёв. Он согнулся пополам, вцепившись когтями в асфальт.

— Я не дам Ему забрать тебя. Ни за что! — проревел фамильяр.