Сумеречный город - Тара Сим

– Это большая честь для меня, – пробормотала Мирель. – Какую услугу я могу оказать моей госпоже?

Говорила она смиренно, но выражение ее лица было далеко не смиренным. Таисия решила, что ноктанка раздражена или ее что-то беспокоит.

Думать об этом не было ни времени, ни желания, поэтому Таисия просто сняла с плеча сумку и положила ее на стол.

– Ну, во-первых, я бы хотела, чтобы ты перестала называть меня госпожой. Таисия сойдет, можно и Тая, если тебе так будет проще. – (Тут даже Бэлвит округлил от удивления глаза.) – И во-вторых, у меня есть кое-что, что тебе наверняка очень понравится.

Таисия открыла сумку и методично, один за другим, выложила на стол позвонки астралама. Их было тридцать – шейные, грудные, поясничные, крестцовые. Таисия расположила их в естественном порядке и улыбнулась, увидев, как у Мирель от этой картинки отвисла челюсть.

– Это же… – У ноктанки засияли глаза, она посмотрела на Бэлвита, потом на Таисию. – Как и где вы смогли их найти?

– Купила у одного безумного очкарика, – соврала Таисия. – Бедняга даже не знал, насколько они ценные.

Мирель не стала задавать лишних вопросов, просто потянулась дрожащей рукой к позвонкам и тихо сказала:

– Моя мать рассказывала мне истории об астраламах. О созвездиях, с которых они падали, о том, как зарождались эти созвездия. О том, как королевская семья Инластрес устроила на них большую охоту…

Таисия подалась вперед. Она жаждала услышать продолжение, но Мирель неправильно поняла это ее движение.

– О, простите, опять я ударилась в воспоминания.

– Нет-нет, продолжай, мне очень интересно.

Мирель закусила нижнюю губу и посмотрела на разложенные на столе кости.

– Я из древнего рода кузнецов, именитых кузнецов, наша династия прославилась еще до Запечатывания. Один из моих предков выковал из клыков астралама корону для тогдашней королевы Инластресов. С помощью той же короны она создала щит вокруг их главного города Аструма. Кто бы мог подумать, что я доживу до…

У Таисии кровь заиграла в жилах.

Записи Данте. Он был прав. Она будет следовать его плану и сделает все, что он задумал, но не сумел.

Мирель встретилась с Таисией взглядом. Она больше не могла притворяться, будто ей все равно.

– Что мне сделать для вас, моя госпожа… Таисия?

«Что делает тебя сильнее?»

Таисия улыбнулась, и в этот раз Мирель искренне улыбнулась ей в ответ.

VIII

После двадцати одного года жизни в статусе дочери из дома Вакара Риша хорошо усвоила, что отлично скроенная и сшитая одежда обладает немалой силой. Она чувствовала эту силу, ступая в волны шелка, атласа или шифона и позволяя ткани обтягивать тело, словно ножны клинок. Все должно быть идеально – крой, длина, цвет, отделка. Подобрать перчатки – или лучше без них, выбрать ожерелье или браслет, собрать волосы в пучок на затылке или оставить распущенными.

Со временем Риша поняла, что одежда – это своего рода доспехи.

И, судя по тому, как улыбалась Таисия, прохаживаясь по «Виолетте», самому известному в Нексусе магазину одежды, она тоже это понимала. Она улыбалась не от радости или удовольствия, нет, она улыбалась как генерал, оценивающий своих солдат.

Но и это приятно удивило Ришу – ведь для Таисии арест брата стал настоящей катастрофой. Рише казалось, что она видит разбежавшиеся по телу Таисии тонкие трещины, а в ее глазах притаилась чернота.

Но надо было готовиться к празднеству, каким бы бессмысленным оно ни казалось. Ластрайдеры должны действовать осторожно, и особенно Таисия. Она – новая наследница, ее обязанность – достойным образом представлять свой дом.

Риша считала, что это жестоко.

Их младшие сестры, Брайли и Сайя, прогуливались между манекенами в моделях последнего сезона. Они тихо переговаривались, и Сайя часто клала руку на плечо Брайли. Бедная девочка очень горевала, но, похоже, красивые платья и компания Сайи немного подняли ей настроение.

– Какая это все бессмысленная возня, да? – вдруг сказала Таисия.

– Ты о чем? – осторожно спросила Риша.

– Да вот об этих походах по магазинам. О празднестве. О шумихе, которую они подняли за несколько недель до самого события. – Таисия остановилась перед манекеном в платье из переливающейся, как топаз, ткани. – Фердинанд, вместо того чтобы ублажать дворянство, мог бы направить ресурсы на что-нибудь более полезное. Наши фермы с трудом выживают, а советники нашептывают королю, чтобы он вкладывался в сделки с Паритви, в их рудники. – Таисия безрадостно рассмеялась. – Богатые богатеют, бедные беднеют, а весь наш мир гибнет.

Риша крепко сжала в пальцах рукав платья из шершавого крепа лососевого цвета.

– Мы не в силах заставить его передумать.

Таисия наблюдала за тем, как в конце магазина сама Виолетта, старая женщина с удивительно сильными для ее возраста руками, лично снимает мерки с Брайли.

– Думаешь? – Таисия глянула в сторону Риши. – Кстати, если порвешь, придется купить. И без обид, но лососевый не твой цвет.

Риша отпустила рукав платья и, не желая продолжать этот разговор, отправилась на поиски младшей сестры. Нашла ее в паритвианской секции магазина.

Сайя с вожделением разглядывала наряды самых разных фасонов.

– Как думаешь, амаа позволит мне надеть такое? – Она сняла с напольной вешалки плечики с сари из легкой полупрозрачной ткани лавандового цвета и топик такой короткий, что почти не прикрывал живот.

– Только не на празднество, – коротко ответила Риша.

Сайя надула губы и повесила плечики обратно. Потом посмотрела в сторону Брайли и Виолетты.

– Не по себе мне от всего этого. Их брат в тюрьме, а мы расхаживаем по магазинам и выбираем наряды.

Риша круговыми движениями потерла сестре спину.

– Это печально, конечно, но дома должны поддерживать традиции.

– Зачем? – пробормотала Сайя. – Какая от этого польза?

– Польза будет. Празднество…

Рише вдруг захотелось рассказать сестре о ритуале, но она вовремя передумала и неловко закончила:

– Пройдет как надо.

И Риша, хотя ей тоже было некомфортно, помогла Сайе выбрать лехенга-чоли темно-синего, почти черного цвета.

Разглядывая анаракли, мысленно она вернулась в часовню Тханы, где пахло пеплом и кровью, и словно наяву увидела лепестки черной розы на груди у Леззаро.

Вскоре после того жуткого случая им сообщили о происшествии в Костяном дворце – из зала Древностей пропало ожерелье, сделанное из костей пальцев основательницы дома Вакара. Риша отправилась во дворец, чтобы лично в этом удостовериться – и да, стеклянная витрина была разбита. Под ней – подушка из черного бархата, а ожерелья не было.

Когда Риша стояла там, раздумывая, что это мог сделать тот, кто начертил круг заклинаний в часовне Тханы,