Плацдарм - Евгений Дудченко

Силы вновь возвращались в расслабленные конечности. Руки, как то сами собой легли на бёдра покоящейся на мне девушки. Сознание, с трудом пыталось уложить в голове всё, только что произошедшее.

Я уже ощутил и понял, на мне, в данный момент с удовольствием устроилась моя любимая, ненаглядная и бесконечно желанная невеста, с которой мы не удержались до свадьбы и разделили постель. Уж эти аппетитные шарики совершенно бесподобных грудей, я не мог спутать ни с чьими ещё!

- Ой, ты проснулся! - Извиняясь и всё ещё с трудом отходя от только что испытанного оргазма, прошептала она. - Не смогла удержаться! Ты был так возбуждён во сне и так настойчиво тыкался в меня своим этим..., что я решила немного пошалить не спрашивая разрешения. И мне показалось, ты был совсем не против! - Уже игриво проворковала она. - Никогда бы не подумала, что это так меня заведёт. Извини, я кажется тебя немного укусила. Был такой оргазм, я думала меня разорвёт!

Облегчённо и счастливо обнял невесту. Это был всего лишь сон, дурацкий сон! Но до чего же реалистичный! Обнял и крепко прижал любимую, жарко целуя в губы и чувствуя, как снова завожусь...

Я совершенно упустил из вида, у нас же завтра должна была состояться свадьба! Время до неё пролетело каким то смутным калейдоскопом, помню только многочисленные поздравления, мелькание лиц, похлопывания по плечу и спиртное, принятое для храбрости и за компанию, приведшее меня в приподнятое и расслабленное состояние невыразимой лёгкости и некоторой, даже отстранённости от всего происходящего.

Невеста была умопомрачительно прекрасна в своём белоснежном наряде и смотрела на меня влюблённым взглядом из под прозрачной вуали наполняя сердце ответной любовью и трепетом.

Церемонию, к моему удивлению, проводили сразу два священника, лютеранский и православный. Моя невеста принадлежала к другой ветви христианства и специально для неё, был разработан соответствующий ритуал, что бы не проводить повторное венчание. Вся церемония проводилась в Соборе Всех Конфессий, выстроенном в Риге в знак единства в королевстве всех христианских течений.

Впрочем, меня мало волновали такие детали. Главным, был сам факт венчания, а не какие то там каноны и красоты нового храма эклектично совмещающего в себе представления разных конфессий на церковное убранство.

Священники что то там вещали себе, я заученно что то отвечал в ответ в положенных местах и церемония продолжалась. За спиной, слабо волновалось море приглашённых на церемонию гостей. На знаковое событие, в столицу Венедского королевства съехались все сливки аристократического общества. Что называется на людей посмотреть и себя показать.

- Таисия, согласна ли ты взять в законные мужья Александра? – Утробным, православным басом вопросил православный священник в нарядной рясе мою невесту.

- Да, согласна! – С готовностью, ответила Таис, глядя на меня блестящими глазами.

- Александр, согласен ли ты взять в законные жёны Таисию? – Торжественным голосом задал вопрос лютеранский пастор.

- Нет, не бывать этому! – Раздался внезапно за спиной истеричный женский вопль.

Мы с Таей удивлённо повернулись на крик и увидели молодую красивую девушку в нарядном платье с фанатично горящими глазами.

- Он мой и только мой! – Выкрикнула ненормальная, что стало видно по неадекватному поведению молодой особы.

Как то внезапно, у неё в руках оказался короткий обрез и как только она смогла его пронести сквозь охрану? На лице белокурой террористки проступило мстительное торжество и не дожидаясь пока охрана вырвет у неё из рук оружие, она разрядила его нажав на курок.

Словно в замедленной съёмке я наблюдал как из дула вылетел огненный сноп искр, а уже в следующую секунду рой дроби ударил мою невесту в живот отбрасывая навзнич. Безумную террористку уже крутила охрана, она кричала что то неразборчивое и истеричное, а у меня, словно вату в уши затолкало. Напало какое то дурацкое оцепенение и заторможенность. Я с ужасом наблюдал, как на белоснежном, подвенечном платье расплывается огромное кровавое пятно. Но при этом, невеста всё ещё оставалась в сознании жалобно глядя на меня и пытаясь встать.

Вокруг, словно оборвали замедленную съёмку. Народ, кто застыл в ступоре, на лицах некоторых был нарисован ужас, а у парочки, к своему удивлению, я заметил злорадное удовлетворение. Среди последних, как ни странно, была мой пресс секретарь. Но, мне было сейчас не до этого. Я это лишь зафиксировал краем сознания и уже спешил к своей любимой, подхватывая на руки и пытаясь успокоить и приободрить и как то зажать обширную рану, что бы остановить сочащуюся кровь. Что делать конкретно с раной на животе, выстрел был сделан дробью, я совершенно не представлял, но точно знал, что надо спешить и побыстрее доставить её в госпиталь.

Моя невеста ничего не говорила, только смотрела на меня своими огромными жалобными глазищами и из них, по щекам, стекали мокрые дорожки слёз. Я сам чувствовал невыразимую нежность и одновременно ужас от мысли, что могу вот вот потерять своего самого любимого человечка.

Меня, пока я нес на руках свою невесту из храма плотно обступила охрана, сквозь которую смог пробиться лишь один человек назвавшийся доктором.

Дальнейшие события прошли для меня словно в каклейдоскопе совершенно не отложившись в памяти. Перед моими глазами стояло только её лицо, такое бледное, нежное и прекрасное смотрящее на меня любящим беспомощным взглядом, словно она пыталась напоследок запечатлеть меня в памяти.

Возможность что то соображать, вернулась ко мне только тогда, когда я оказался в своей спальне. Ничто другое, с момента когда её увезла карета скорой помощи, дежурившая перед храмом, в моей памяти, не сохранилось. В руке была зажата пустая бутылка с чем то алкогольным, а в душе, зияла пустота и безнадёга.

Я просто сидел в кресле и тупо пялился в окно, в ночную темноту слегка подсвеченную фонарями. В душе был мрак и пустота.

Внезапно, моего слуха достиг едва слышный скрип открываемой двери и скорее ощутимое, чем слышимое приближение кого то со спины. Оборачиваться и смотреть, кто там пришёл по мою душу, совершенно не хотелось, как и выслушивать очередные слова утешения и соболезнования.

Ночной гость остановился у меня за спиной, нос уловил лёгкий аромат духов, а через секунду, мне на плечи легли две нежные, холодные ладошки. Это обстоятельство, заставило меня немного собраться и отбросив бутылку в сторону, укатившуюся куда то по ковру. Аромат духов, мне был однозначно знаком, только я, пока не мог его вспомнить. Но моя собственная рука машинально накрыла знакомую ладошку.

- Всё будет