Перевал Дятлова - Алан Бейкер

Алиса посмотрела на нее с недовольством:

— Значит, вы хотите просто развернуться и уехать домой? Оставить все как есть, плюнуть на все эти тайны и укатить в Екатеринбург — как ребенок, которому надоела игра?

— В том-то и дело, что это не игра, Алиса! — закричала Ника. — Дело не в том, хочу или не хочу я продолжать игру, а в том, что я хочу выйти отсюда живой! — Она повернулась к Константинову. — Виктор прав, мы больше не можем здесь оставаться.

Взгляды всех обратились на Вадима — что скажет он? Он долго молчал, и Виктору было ясно, что его мучает дилемма: остаться и продолжать разведывать этот лес с его опасными загадками — или вернуться в безопасный город. Если бы решать приходилось Виктору, он бы не сомневался. Он не подписывался на такое и с удовольствием рванул бы домой. Максимов, конечно, будет не в восторге от его истории и, вероятнее всего, тут же его уволит — тем лучше. Это было не важно — главное, убраться отсюда, пока их не расплющили до молекул, как бедного медведя.

Вадим, безусловно, был главным в «экспедиции Константинова» (сейчас это название звучало по-глупому самонадеянно), и окончательное решение оставалось за ним. Виктор попытался представить, как поведет себя, если профессор решит остаться. Может, он и Ника устроят бунт? Займут машину и поставят ультиматум: либо они все вместе уезжают, либо упрямцы остаются и идут прямой дорогой в ад? А что, если после этого Алиса и Вадим все равно решат остаться? Сможет ли он так просто взять и уехать, бросив их в лесу — даже по их собственному выбору? Позволит ли ему совесть?

Такие мысли бились в голове у Виктора в ожидании ответа Вадима. Наконец, глубоко вздохнув, Константинов заговорил:

— Мне очень тяжело. Вы не представляете, как я ждал этого — оказаться здесь и увидеть то, что видели они… наконец-то, наконец-то после пятидесяти лет сплошных вопросов без ответа быть так близко к разгадке их смерти… — Он посмотрел по очереди на каждого и покачал головой, опуская взгляд. — Но я не могу просить остаться тех, кто не хочет… Я не смогу жить с этим грузом, если что-то случится… если они…

— Вадим… — начала было Алиса.

Он жестом остановил ее:

— Все. Решение принято: мы немедленно возвращаемся в Екатеринбург.

— Но ведь ты вернешься сюда, — сказала Алиса.

— Конечно вернусь… очень скоро.

Алиса посмотрела на Виктора и Нику.

— И я вернусь с тобой, — сказала она.

Вероника выдержала ее презрительный взгляд и пожелала:

— Удачи. Вам она понадобится. — Потом повернулась к Прокопию, который молча слушал их, стоя в сторонке, и обратилась к нему: — А вы готовы ехать сейчас домой?

Он не ответил, но просто повернулся и пошел к машине.

— Видимо, это «да», — пробормотала Вероника.

Остальные устало потянулись вслед за ним — ничего не говоря и даже не глядя друг на друга. Константинов занял водительское место и завел двигатель, Алиса снова села рядом, хлопнув дверью сильнее, чем требовалось. Ника обменялась взглядами с Виктором и слегка улыбнулась ему, и у него потеплело на душе. Тот факт, что это она настояла на своем участии в экспедиции на Холат-Сяхыл, не менял дела — ведь если бы изначально Виктор ей не позвонил, ее бы здесь сейчас не было. Поэтому он чувствовал огромное облегчение, оттого что они воспользовались возможностью и повернули назад. Если бы с Никой что-то случилось, он бы никогда себя не простил. А что касается его самого, для него происшествие на перевале Дятлова навсегда останется неразрешенной загадкой. Но ему уже было все равно. «Пусть прошлое остается прошлым, — думал он. — Я не хочу ничего об этом знать, не хочу знать, что за чертовщина здесь творится. Я хочу просто обо всем забыть. Малодушно? Ну и прекрасно! Значит, я трус, и катись оно все к чертовой матери!»

Потом он подумал о Вадиме, и ему вдруг стало его ужасно жалко — не потому, что тот принял такое решение из-за него, а потому, что Константинов скоро вернется сюда, чтобы встретиться лицом к лицу с тем, от чего они сейчас убегали. Что с ним будет и какая судьба его ждет? Удастся ли ему найти разгадку? Или она погубит его? Но пока они двигались назад к лагерю, разбитому у кромки леса на перевале Дятлова, то, что сначала ощущалось как облегчение, постепенно сменилось унынием.

Первое легкое подозрение, что что-то не так, закралось после слов Алисы:

— Мы уже давно должны быть на месте.

Вадим остановился, сверился с GPS-навигатором — ведь он еще утром завел в систему координаты их лагеря.

— Что-то не так? — спросил Виктор.

— Странно, — ответил Вадим, — навигатор показывает, что мы находимся в лагере. Но я его не вижу…

Вероника подвинулась вперед.

— А он правильно работает?

— Вроде да. Наш лагерь должен быть прямо перед нами, но…

— Его нет, — констатировала Алиса.

— Вот дерьмо собачье! — выругался Виктор, вылезая из машины.

Он огляделся вокруг — куда ни глянь, во все стороны простирались могучие деревья. Его осенила догадка, но он постарался отмахнуться от нее — понимая, что она верна, но не желая в этом себе признаваться. Однако выбора не было. Он снова сел в машину и сказал, обращаясь ко всем:

— Никаких признаков лагеря, зато есть кое-что другое.

Вадим повернулся к нему:

— Что другое?

— Вы уверены, что навигатор работает нормально?

— Да, абсолютно уверен.

— Тогда у нас проблемы.

— Почему?

— Потому что мы разбивали лагерь на краю леса, но здесь края леса нет — нигде.

— Ерунда какая-то, — прошептала Алиса.

— Вовсе нет, — произнес Прокопий, не сказавший ни слова за всю дорогу от озера.

— Что вы хотите сказать? — спросила Алиса.

— Вы правда думали, что сможете так просто покинуть лес? Вы правда думали, что после всего, что вы увидели в нем, сможете развернуться и уйти? Он вас заметил и не отпустит вас так скоро и по вашей воле.

— Вы хотите сказать, что это лес не позволяет нам уехать? — спросила Алиса.

— Да, это я говорю, — подтвердил шаман. — Ваше присутствие здесь — это вопрос, заданный лесу, и он отвечает вам; а то, что вы больше не хотите получить его ответ, — уже не важно. Он все равно даст вам ответ.

— Мы умрем? — спросила Ника еле слышно. — Этот ответ будет стоить нам жизни?

— Не мне отвечать. Я сам ничего не знаю. Откуда мне знать? Наш народ сотни лет сторонился этого места. Отортен и Холат-Сяхыл хранят свои секреты, и мы это понимаем.

— Но ваш дух был здесь во время обряда инициации, — сказал Вадим, — если вам что-то известно об этом месте, вы должны нам рассказать…

— Я сам буду решать, что вам рассказывать. Но обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы вы остались в живых, когда лес даст вам свой ответ. Но сейчас мы должны ждать здесь.