Люди и ящеры - Алексей Барон

Но нет, не мог он сразу после Кампанеллы очутиться на Земле и ничегошеньки не помнить о том, как это произошло. Изъятие памяти запрещено законом.

Внизу, во дворе замка, запрягали карету. Запрягали сноровисто, профессионально, обнаруживая многолетние навыки. Лошади помахивали хвостами, трясли головами – вероятно, отгоняли насекомых. Один из конюхов вдруг высморкался прямо на мостовую.

Нет, подумал Шеген, так выдрессировать актеров очень сложно. Да, приходилось верить глазам своим. И ушам...

– Быть может, не все еще потеряно, – с сочувствием сказал курфюрст.

– Думаю, ваши егеря хорошо искали, – покачал головой Шеген.

– Хорошо. Однако нужно переговорить с некоторыми вашими коллегами из экипажа корабля «Фламинго». У них есть свои источники информации

– С некоторыми?

– Увы, часть людей погибла, часть скрывается. Нескольких сожгли.

– В каком смысле?

– В прямом. На костре. Шеген медленно сел.

– Вы это серьезно?

– Совершенно.

– Да за что же?

– За то, что они небесники. То есть спустившиеся с неба.

– Разве это преступление?

– Смотря где. Здесь, в моих владениях, – нет.

– А где – да?

– Практически везде. За исключением графства Шевцен. Еще в Муроме небесников не жгут, а продают нам.

– Кого продают, людей?

– Людей, людей. Я знаю, для вас это должно звучать дико.

– И где находится этот Муром?

– Севернее Поммерна. Карту?

– Да, пожалуйста.

Курфюрст потянул тесемку и на ближайшем шкафе развернулся рулон.

– Прошу.

Шеген подошел ближе.

В доброй старой проекции Меркатора на листе плотной чертежной бумаги, наклеенной на полотно, была изображена оконечность незнакомого материка. Тонкая сетка координат покрывала коричневые, желтые, зеленые и голубые пятна, пересекала нити рек. Севернее куска суши в океане плавали изящные льдинки. Шеген заметил, что все названия на карту нанесены от руки.

Курфюрст взял указку, надел очки и стал походить на учителя географии с древней даже не фотографии, а какого-нибудь дагерротипа

– Смотрите, сударь. Государство Поммерн, в котором вы сейчас находитесь, занимает самый юг вот этой горной подковы, охватывающей верховья реки Текла. А нижнее течение Теклы вплоть до впадения в море принадлежит купеческой республике Господин Великий Муром.

– Вот, значит, где продают нашего брата, – сказал Шеген.

– Здесь, здесь. Но знаете, Муром еще благодушно к вашему брату относится. Слева, то есть западнее и юго-западнее Поммерна, располагаются Объединенные Эмираты Магриба. Там самая абсолютная монархия, какую только можно вообразить. О проблеме прав человека, например, там ничего и не слышали; таковыми правами обладает один лишь эмир. Справа, юго-восточнее Поммерна, находятся земли графа фон Шевцен, моего друга. Тут монархия староукладная, спокойная и добродушная.

Шеген с интересом рассматривал карту.

– А дальше? – спросил он.

– Дальше живут племена горцев, ведущих вялые войны то с королевством Альбанис, который расположен еще восточнее, то с Шевценом. На северо-востоке от нас, за Рудным хребтом, существует Пресветлая Покаяна, самое крупное из государств людей. Фактически власть в ней принадлежит религиозному ордену Сострадариев, крайне нетерпимому к любому инакомыслию. Вдоль морского побережья по бокам от Покаяны расположены два вассальных княжества, которые никакой реальной самостоятельностью не обладают. Еще люди живут на многих островах и рассеяны по Материку Изгоев, но государств в полном понимании этого слова там нет. Вот вкратце и вся наша террография.

– Поразительно, – сказал Шеген. – Княжества, эмираты. Но вы ведь земляне, я правильно понял?

– Абсолютно правильно. Наши предки действительно имеют земное происхождение, хотя далеко не все обитатели Терраниса сейчас в это верят.

Шеген наклонился к обрезу карты

– А что находится южнее Поммерна? Вот здесь, за этими горами?

– Схайссы, или Ящерланд.

– Он заселен?

– Весьма и весьма. Но не людьми.

– А кем?

– Рептилиями. Вероятно, они и схватили вашего товарища.

Шеген снова взял бокал и сделал большой глоток.

– Мне кажется, я от них убегал. Смутно припоминаю. Они разумны?

– Да. В том смысле, что наделены интеллектом. Но живут по законам, отличным от наших. Прибавьте сюда то, что мы появились на Терранисе в роли незваных пришельцев, а также разницу в биологии... До сих пор нас разделяли вечные снега Драконьего и Ледяного хребтов, практически непроходимые для холоднокровных ящеров.

– А теперь?

– Теперь? Вы не ошиблись, вас действительно преследовали ящеры. Их разведчики неожиданно появились на нашей территории. Они обнаружили неизвестный раньше проход в горах. Сейчас там идет бой.

– Теперь понятно, зачем нужна девятая дивизия. Курфюрст вздохнул.

– Потребуется не только девятая. На нашей стороне преимущество в оружии, но ящеров слишком много.

Шеген кивнул. Курфюрст снял очки и отложил указку. На его лбу обозначились морщины.

– Однако самое печальное не в этом. Буду с вами откровенен. Главная беда в том, что некоторые наши соседи только обрадуются, если Поммерн не устоит. И даже помогут нам не устоять.

– Пресветлая Покаяна? – спросил Шеген.

– Да. И эмираты.

Шеген еще раз взглянул на карту

– Это же глупо. Вслед за Поммерном ящеры могут хлынуть в другие государства. В ту же самую Покаяну.

Неожиданно Бернар Второй улыбнулся так, как не умеют улыбаться плохие люди: и грустно, и весело одновременно.

– А межгосударственные отношения и не определяются разумом. Чувствами – да, выгодой – сколько угодно. Но вот разумом – только изредка, по случаю. И уж совсем никогда такие отношения не строятся на морали. В общем, сегодняшняя выгода перевешивает завтрашние убытки.

Шеген некоторое время молчал, находясь под впечатлением не столько слов этого государя, сколько его улыбки.

– На что же вы рассчитываете? – наконец спросил он. Курфюрст пожал плечами.

– Прежде всего – на свои дивизии, разумеется. Поммерн может и выстоять. Многое зависит от всяческих обстоятельств.

– И одно из этих обстоятельств – я?

– Безусловно.

– Мне пока трудно понять, чем могу быть полезен. Но я готов.

Курфюрст вздохнул и отпил глоток вина.