Яд для императора - Андрей Гончаров

– Меня зовут Эжен Делонье, – начал свой рассказ задержанный. – Я родился в департаменте Сены и Уазы в марте 1821 года. Мой отец…

– Погоди! – прервал его рассказ статский советник. – Ты что же, хочешь сказать, что ты француз?

– Именно так, месье.

– И что задание на убийство императора Николая ты получил от французского правительства?

– Я еще не дошел до этого пункта, но если вы хотите получить ответ уже сейчас – да, я получил задание в Париже.

– Не может быть… – растерянно произнес Углов. – Я думал на немцев, на англичан, турок… Но французы?! С какой стати?

– Пусть он расскажет все по порядку, тогда и поймем, какие тут были резоны, – заметил Никита Глухов.

Как видно, полицмейстер уже снял часть своих протестов против незаконного допроса. Карандаш в его руке так и бегал по бумаге.

– Итак, я продолжаю, – произнес Эжен Делонье. – Мой отец был убежденным сторонником императора. Он участвовал в свержении Бурбонов, а затем и короля Луи-Филиппа. Любовь к покойному императору и его славе он внушил и мне. Поэтому, как только в 1848 году Луи Наполеон вернулся в Париж, я тут же примкнул к его сторонникам. Я стал одним из ближайших помощников графа де Морни, сводного брата великого человека. Я участвовал в избирательной кампании Луи Наполеона, в результате которой он стал президентом Франции, а затем и в событиях 1851 года, когда он провозгласил себя императором французов. Я занял при графе де Морни прочное положение, став у него чем-то вроде руководителя разведки.

В конце прошлого года граф вызвал меня к себе и дал неожиданное задание: выехать в Россию, войти в окружение императора Николая и при первой же возможности – убить его.

– Но почему? – вскричал Углов. – Ведь я читал… И Катя потом рассказывала, что между Россией и Францией в то время были прекрасные отношения! Хотя потом, правда, была Крымская война…

– Вот именно, была война! – назидательно произнес агент графа де Морни. – Но дело не только в этом. Его высокопревосходительство господин граф объяснил мне причины, побудившие императора дать такое задание. Известно ли вам, что еще в 1847 году Луи Наполеон просил императора Николая разрешить ему приехать в Санкт-Петербург? Свою просьбу будущий глава Франции, а в то время – гонимый изгнанник, передал через графа Алексея Орлова…

– Нет, о такой просьбе я не слышал, – ответил Углов. – И что же вашему изгнаннику ответили?

– В просьбе было отказано, причем в оскорбительной форме, – сказал Делонье. – Однако Луи Наполеон не стал таить обиду. О, это человек широкой души! Спустя год он вновь обратился с просьбой к русскому государю. На этот раз он просил кое-что посущественней: один миллион франков золотом. Деньги требовались на проведение избирательной кампании. Луи Наполеон гарантировал, что, став президентом, вернет заем с процентами, а кроме того, станет проводить политику, выгодную России. Однако он вновь встретил отказ!

– Стало быть, ваш император все-таки обиделся! – проворчал в углу Никита Глухов. – Потому и решился на убийство…

– Вовсе нет! Решение было принято по совсем другим, государственным соображениям! Хотя Франция присоединилась к коалиции Турции и Англии и французские войска сейчас сражаются в Севастополе, наш император готов сразу после окончания войны протянуть России руку дружбы. О, у императора очень большие планы! Он хочет сделать Францию по-настоящему великой державой! Получить владения в Китае, на Тихом океане, в Америке! И везде мы могли бы действовать вместе с Россией. Но ваш покойный император не хотел ничего слышать! Ему противен дух всего нового! Он последним из государей Европы признал Луи Наполеона императором! И его все время тянуло на соглашение с Пруссией. А этот союз таил бы большую опасность для Франции! Вот почему было принято такое решение, вот почему я отправился в Петербург…

– И как же ты проник во дворец, в окружение Государя? – спросил Углов.

– Еще в Париже было решено, что я смогу это сделать только под видом одного из слуг, – продолжил свой рассказ Эжен Делонье. – Прибыв в вашу столицу, я стал наблюдать за дворцом. Вскоре я нашел слугу, внешне похожего на меня. Его звали Григорий Кругликов. Он, правда, не прислуживал непосредственно императору, потому что был глуповат, но жил во дворце – этого было довольно. Однажды, когда Кругликов отправился прогуляться по столице, я познакомился с ним и получил сведения о порядках во дворце. Я предложил Кругликову отправиться в «веселое заведение» с девицами; он согласился. Из заведения мы вышли вместе. А во дворец вместо лакея вернулся уже я…

– Так ты убил Кругликова! – воскликнул Дружинин.

– Ну да, – пожал плечами агент. – Это было необходимо. Потом я сумел войти в доверие к вашему Государю и стал ему прислуживать. Остальное уже было несложно… Когда император умер, я инсценировал свою собственную смерть и несколько задержался в Петербурге. Мне необходимо было увериться, что политика России пойдет по правильному, нужному нам пути. Возможно, для этого потребовалось бы еще кого-то устранить…