Шестой сон - Бернард Вербер

– Я так и думал, это синий цвет Кляйна.

– Звучит, как моя фамилия, – заметил Жак.

– Да? Вы приходитесь этому художнику родней?

– Не уверен. На свете много Кляйнов.

Сильвен снова покопался в смартфоне и зачитал им короткую справку:

– «Французский художник Ив Кляйн родился в Ницце в 1928 году, а умер в 1962-м. Все его полотна были созданы в одном цвете, который он разработал и опробовал на разных материалах. Этот цвет называют “синий цвет Кляйна”».

– Мне приятно, что моя фамилия ассоциируется с открытием в области искусства.

– Посмотрите в Интернете его картины, и вы поймете, как много художник может извлечь из досконально исследованного им цвета.

– А можно прямо сейчас взглянуть?

Сильвен Ордюро протянул Жаку смартфон, и тот убедился, что цвет на полотнах Кляйна в точности совпадает с цветом морской дыры, где они только что побывали. Потом Жак изучил фотографию Ива Кляйна, но не обнаружил с ним внешнего сходства.

На палубу вынесли пиво. Жак и Фрэнки с удовольствием смаковали пенный напиток, сладко-горький вкус которого уже подзабыли.

– А почему дельфины приплывают в Синюю дыру парами?

– Может, у них, как и у нас, больше шансов соблазнить самку, когда она пьяна.

Все дружно рассмеялись. С борта было видно, как к Синей дыре приближаются три пары дельфинов. Млекопитающие резвились, играя друг с другом.

– А как дельфины спят? – снова спросил Жак.

– О, это одна из загадок природы. Долгое время считалось, что они не спят вовсе.

– Да? А я думал, что все живое спит в той или иной форме, даже растения.

– Если бы дельфины перестали двигаться под водой, время от времени выныривая на поверхность, то они бы задохнулись. Ведь они – китообразные, то есть относятся к отряду млекопитающих, которые, как и мы, дышат воздухом. Но если они заснут на поверхности воды, солнце иссушит их кожу, спровоцировав сильнейшие ожоги. Наконец, дельфины не настолько велики, чтобы не дышать больше двадцати минут, в отличие от китов.

– Так как же они выходят из положения?

– Дело в том, что полушария их мозга спят по очереди. Как только отдохнет одно, засыпает другое. Соответственно, дельфины могут плавать, не останавливаясь.

– Значит, они спят… наполовину?

Сильвен широко улыбнулся:

– Скорее, они все время спят. Это животное пребывает наполовину в реальном мире, наполовину – в мире снов.

– Должно быть, в их головах царит полная сумятица, ведь можно сказать, что там у них установлен экран, на котором демонстрируются одновременно два фильма: реалистический и фантастический, – сказал Фрэнки.

Выходит, они беспрестанно подключены к ноосфере дельфинов, подумал Жак.

Пары дельфинов по очереди погружались в Синюю дыру.

– Как я понимаю, туземцы вас обучают осознанным сновидениям? – спросил Сильвен и налил новым знакомым еще по бокальчику пива. – Меня это очень интересует. Одно время я занимался медитацией с учителем-буддистом, который был увлечен темой снов. Можно сказать, что я тоже практиковал осознанные сновидения, но скорее на любительском уровне. Мой учитель говорил, что осознанные сновидения в гораздо большей степени, чем медитация, освобождают разум, поскольку позволяют полностью отрешиться от тела. Ведь сидя в позе, мы, сами того не замечая, не перестаем думать о своих суставах, мышцах и дыхании и поэтому не можем полностью отстраниться.

– Я никогда не задумывался об этом, – сказал Жак.

– Мой учитель часто говорил, что смысл сна наяву состоит в подготовке к финальному взлету в вечность и что смерть в осознанном состоянии – это великое благо.

– А разве можно умереть по-другому? – удивился Фрэнки.

– За несколько секунд до смерти и в те несколько секунд, которые она длится, можно оказаться в таком водовороте мыслей, страхов, угрызений совести, раскаяния, волнений, связанных с этим мгновением, что… можно не осознать, что ты умираешь.

– Какая странная мысль – научиться видеть сны, чтобы не перепутать смерть со сном! – воскликнул Жак.

– Кажется, умереть легко, но это настолько мощный опыт, что можно и вправду его не заметить, – сказал Сильвен неожиданно серьезно. – Словно бы мы катались на американских горках с закрытыми глазами, и вдруг все остановилось. В буддизме считается, что некоторые люди умирают, не заметив этого.

– Это объясняет понятие духов у сеноев. Они называют их Мара и Гуник, то есть духи дикие, злые и духи прирученные, – вмешался Жак. – Когда духи были людьми, стоящими на пороге смерти, они не поняли различия между жизнью и смертью!

– Мой учитель рассказывал, что однажды столкнулся с духом, который не понимал, почему коллеги не здороваются с ним, когда он приходит на работу. Учителю с трудом удалось убедить его, что он мертв. Постепенно тот смирился с тем, что стал…

– Мара? – предположил Жак.

– Странствующим духом. И он продолжил обитать в том месте, где жил.

– А, понятно, призраком, – резюмировал Фрэнки.

Команда стала выгружать материалы для постройки временных жилищ на острове.

– У вас ведь были сложности с наемниками? – еще раз уточнил квебекец.

– Да, и поэтому нам необходимо, чтобы вы как можно скорее распространили информацию о вашей деятельности здесь, сделав ее официальной и общедоступной. Нам также потребуется помощь ваших охранников в защите Пулау Сеноу.

– Все предусмотрено, не волнуйтесь, – сказал Сильвен Ордюро и подал знак коллеге, чтобы тот принес им обед.

Гамбургеры с картофелем фри… Хлеб показался Жаку безвкусным, мясо – пластмассовым, корнишон – кислым, а жареная картошка походила на маслянистую резину. Он выплюнул еду.

– Извините меня, но полагаю, что в силу употребления здоровой пищи мои вкусовые привычки здесь изменились. Мне кажется, что на острове все вкусное, а на Западе едят полистирол, приправленный соленым или сладким соусом, чтобы его проглотить.

– Я слышал, что туземцы употребляют в пищу змей, гусениц, пауков, обезьян и белок. Нет уж, лучше я буду есть гамбургеры из полистирола. Что же касается системы питания в будущем отеле, то, полагаю, мы остановимся на классическом меню.

После обеда Жак с Сильвеном снова совершили погружение и наткнулись на стаю серых длинноносых дельфинов. Сильвену даже удалось погладить одного из них. Но Жаку не повезло, и он понял почему. Его окружил косяк сардин, на которых охотились дельфины. Ему показалось, что дельфины грозят ему своими рострумами. Потом сардины окружили и Сильвена.

– Дельфины не ищут нашей симпатии, – догадался Жак. – Они хотят дать нам понять, что мы мешаем им охотиться на сардин. Пришли и ходим здесь по их столу.