Техподдержка - Олег Дивов

– Чего тебе, дура старая?!

– Убей это! – скорее прочел по губам, чем услышал он. – Убей!!!

Леха оглянулся через плечо.

Крокодил шел на него не спеша, будто принюхиваясь, слегка переваливаясь с боку на бок, чуть приоткрыв зубастую пасть. Осталось метров десять. Сейчас бросится.

Леха даже не испугался, он будто со стороны наблюдал за собой. Вот парень в грязной до серости рубахе с засаленным галстуком на груди разворачивается, поднимаясь на колени. Вот он выставил оружие перед собой, плотно схватив его за обе рукоятки. Ну!

Они сделали это одновременно: крокодил рванулся к добыче, а добыча нажала на спуск.

Железный комок забился в руках, запрыгал, плюясь свинцом, и Леха вернулся в реальность. Он всадил крокодилу почти весь магазин в открытую пасть и успел отвалиться в сторону, продолжая стрелять, вспарывая огненным кинжалом скулу, шею, чешуйчатый бок рептилии.

Крокодил рухнул на то место, где секунду назад был человек, и забился в конвульсиях. Он извивался и кувыркался, бил хвостом и мотал окровавленной мордой. На желтый песок реки Лимпопо летели красные брызги.

– А-а-а!! – хрипло орала Сара. – А-а-а!!! Бог ее знает, что она хотела этим сказать.

Леха, согнувшись в три погибели, мучительно блевал.

В небе уже не гудело и не свистело, там ревело; оглушительный рев, трубный глас войны, заполнял пространство и подчинял рассудок, не оставляя места для гражданских смыслов. Ты понял: там наши встали насмерть. Иди туда. Встань с нами, встань как мы, встань лучше нас.

Леха поднялся на ноги и побежал, утопая в песке, хрипя и плюясь, задыхаясь в чертовом пекле, размахивая бесполезным уже оружием, – туда, где скрылась «Избушка».

Он как раз успел выскочить за излучину, чтобы увидеть это.

Сквозь жаркое марево картина была как мираж, как наваждение, самая прекрасная картина в его жизни, и Леха, остолбенев, впился в нее глазами.

Далеко впереди «Избушка», едва различимая в вихре песка, стояла посреди сухого русла, чуть подогнув ноги и подняв стволы, изготовившись к драке; а над ней навис огромный конвертоплан «Ил», задрав хвост и опустив нос навстречу опасности, полностью накрыв машину собой.

А потом два звена ударных вертолетов прошли вокруг каруселью, будто отдавая дань отваге пилота, – и убрались восвояси.

Леха уронил «пукалку» и сел.

Спокойно и отстраненно он смотрел, как «Ильюшин» выровнялся, опустил захваты, подцепил шагоход и без видимого напряжения унес его в небо. Что-то тарахтело сзади и задувало песком за воротник; это не имело значения. Он видел, как улетает «Избушка», его любимая машина, и мог бы, наверное, заплакать от счастья или рассмеяться, или еще что-то, но не осталось сил. Маркетолог Филимонов, кажется, выполнил свою миссию в Лимпопо.

Как и обещал: любой ценой.

Он очнулся, только когда на плечо легла крепкая рука. Леха поднял глаза. Рядом сидел на корточках и скалил зубы громадный африканец в темных очках, черном кожаном плаще, белых татуировках и полосатых семейных трусах. Из-за спины у него торчал приклад «калашникова».

– Пойдемте, босс, они вас ждут, босс, – сказал «тонтон-макут» на довольно внятном английском. – Дама уже на борту. Если не можете ходить, мы отнесем вас, босс.

– Себя отнеси, – буркнул Леха.

Африканец захохотал, будто ничего смешнее отродясь не слышал. Очень мягко и деликатно подхватил «босса» под руку, помог встать и жестом показал, куда идти.

Там, сидя на песке, лениво крутили винтами на холостом ходу два черных вертолета без опознавательных знаков, и «тонтон-макуты» обступили труп крокодила.

– Великий трофей, босс, – раздалось за спиной. – Наши поздравления, босс.

Леха оглянулся: он, кажется, забыл что-то важное. Африканец, улыбаясь, протянул ему пистолет-пулемет. Леха благодарно кивнул и повесил оружие на плечо. Без патронов – но кто же бросает ствол. Нормальные парни не бросают.

Да, подумал он, теперь всё в порядке.

* * *

Негр Вася был одет как с иголочки: в ослепительно-белый костюм с оглушительно-черной рубашкой. Первым делом он сунул Лехе бутылку воды. Закрылась дверь, в салоне вертолета стало тихо – заработала система активного шумоподавления. За окном взметнулся пыльный смерч, и почти беззвучно машина оторвалась от земли.

– Как к себе домой зашли, а, мерзавцы? – сказал Вася. – А представляешь, сколько стоит такой боевой вылет?! Это кто-то их очень попросил. Кто-то наступил им на яйца, иначе бы они так не обнаглели. Кому-то очень надоел твой шагоход… Или его содержимое. Ладно, будет у нас с ними разговор. Всё узнаем. А пока – пронесло, и слава богу. Я прямо испереживался весь… Хорошо, – он перешел на английский. – А теперь, любезный Алексей, вы не могли бы представить меня даме?

Дама, конечно, плохо выглядела, да чего там, паршиво выглядела, но плечи у нее расправились, и голову она держала гордо.

И смотрела на Негра Васю, будто тот был у нее в кармане.

– Сара Элизабет Рассел, маленький ты засранец, – произнесла она хрипло. – Для тебя – дорогая тетя Сара. И не притворяйся, будто не узнал. Ты мне нужен, Бэзил. И у нас очень мало времени.

Леха как-то не рассчитывал увидеть Васю обескураженным, и не был уверен, что ему это нужно, – но раз случилось, значит, случилось. На всякий случай он уставился в окно.

Вася толкнул его локтем.

– Простите, леди, я перекинусь с нашим юным другом парой слов на его языке… Леха! Это правда она?

– А я откуда знаю? Мне ее имя ничего не говорит. Эта тетка рулит замаскированной лабораторией в буше, километров за двадцать от границы. Вон там, – он ткнул пальцем за окно. – Сразу говорю: я не нарочно. Меня к ней фактически загнали. Там у нее говорят по-эскобарски и очень не любят гостей…

– …и туда мотаются американцы с рудников. Понятно. Ну ты даешь.

– Я не нарочно, – повторил Леха. – Меня там чуть не убили. Меня за вчерашний день сто раз чуть не убили. Я вообще не уверен, что жив.

– Перестань оправдываться, – сказал Вася. – Ты, блин, герой. Выше нос. И чего ей надо от меня?

– Наверное, чтобы вы помогли ей вернуться назад. Там сейчас командует ее заместитель. Надо успеть до полудня вломиться на территорию, запугать эскобарских боевиков, а заместителя она лично пристрелит. И тогда всё у нее будет хорошо. А если нет – всё будет плохо… Да, ну и просто для информации – она в своей лаборатории растит каких-то супердетей, новую элиту, которая поведет Африку к счастью и процветанию.

– А-а, известная фигня, – Вася небрежно отмахнулся. – Американцы осваивают бюджет, Сан-Эскобар у них подрядчик, и леди удачно села на финансовый поток. Доктор Рассел, м-да… Большой специалист по физиологии нервной системы. Теперь я верю, что это она. Дорогая тетя Сара меня обследовала, когда я был еще совсем маленький. Неплохо сохранилась… Новая генерация вождей, ага? Такая, блин, чушь. А я в нее когда-то верил – здорово же думать, что ты от рождения особенный и тебя ждут великие дела. Идея-то очень правдоподобная. Но, увы, не всё так просто в этом мире. Я сам из вождей, мне ли не знать. Короче, не бери в голову. Будем радоваться, что тетя Сара не растит там сан-эскобарский спецназ… Хотя…